Наследники короны начиная со времен Хуана I (1388 г.) получили титул «принцев астурийских». Таким образом был создан майорат из астурийских земель, присоединенных Хуаном I к королевским владениям.
Этот титул был подтвержден указом Энрике III (в 1394 г.) и грамотой Хуана II (в 1444 г.), причем этот последний указ является самым ранним из сохранившихся документов об учреждении астурийского принципата. Совершеннолетним король считался с 14 лет; а для управления страной до его совершеннолетия и для его охраны был установлен институт регентов или опекунов — традиционный обычай, закрепленный «Партидами». В соответствии с этим законом, в случае если умерший король сам не избрал опекунов, их должны были назначить кортесы или собрание представителей всех сословий. При этом за вдовствующей королевой-матерью, если она не вступила во второй брак, сохранялось преимущественное право на регентство. Опека учреждалась также в случае душевной болезни короля на то время, пока она длится.
Организация дворцового управления. По мере того как короли все более проникаются сознанием полноты своей власти, возрастает показной элемент в организации дворцового управления, роскошь придворной жизни и усложняется административный аппарат. Уже из «Партид» мы узнаем о существовании массы дворцовых чиновников; там упоминаются: старший капеллан, хранитель печати (canciller), нотариусы (notaries), лейб-медики, дворецкие, придворные медики, буфетчики, конюшие, экономы, виночерпии, постельничий, квартирмейстеры, привратники, майордомы, знаменосцы, альгвасилы и другие. В более поздних документах упоминаются доезжачие, егери, королевские птичники и тому подобные должности.
Король имел специальную охрану. Лица, к ней принадлежавшие, сперва носили название дружинников(mesnaderos), а затем, ballesleros de maza и monietos de Espinosa. При дворе постоянно теснились сыновья крупных сеньоров, которые стремились получить там «политическое образование» и заручиться покровительством (criarse) и благосклонностью короля. Этих юношей называли пажами (donceles), и было назначено специальное должностное лицо, начальник пажей (alcaide de los donceles), для наблюдения за ними. В конце концов пажи составили избранную гвардию короля.
Однако власть королей была отнюдь не столь абсолютна, чтобы они могли, удовлетворяя своим прихотям, содержать в роскоши двор. В этом им препятствовали кортесы, которые не раз фиксировали размер субсидий на содержание королевской фамилии. Так, кортесы в Вальядолиде в 1258 г. определили стоимость ежедневного рациона короля и его супруги в 150 мараведи и предупредили короля, что ему следует распорядиться, чтобы приглашенные к трапезе соблюдали умеренность в пище, дабы снизить расход на питание. В 1307 г. кортесы ограничили ставки янтара — налога на содержание короля — в тех городах, где он останавливался, суммой в 1000 мара веди на десять лет.
Но король жил не только на предоставляемые ему кортесами субсидии. Он владел землями, скотом, рудниками и другим имуществом; у него было особое хозяйство, которое он мог сдавать в аренду или использовать любым способом для удовлетворения своих потребностей. Однако и тут не обходилось без вмешательства кортесов; например, в 1311 г. они потребовали, чтобы король назвал сумму личных доходов, которые со времени Альфонса X возросли благодаря соляной и другим монополиям.
Королевский совет. Наиболее важным нововведением этого периода является разделение функций старинного Королевского совета, который ранее являлся трибуналом (cort) или курией для решения судебных дел. Это разделение наметилось постепенно и проявлялось в весьма неотчетливой форме. Поэтому нелегко провести границы между ядром Совета — курией — и теми совещательными органами при особе короля, которые впоследствии вошли в состав этого совета. Правда, уже в XIII в., когда совершенно точно были определены функции королевской курии (curia regia), считалось, что в компетенцию ее входят политические, судебные и финансовые дела, о чем можно составить заключение на основании решений, принятых королем после предварительного обсуждения в курии. Разделение функций происходит медленно, а вместе с тем отмечаются и значительные перемены в составе Совета, куда проникают и народные элементы, чему способствуют различные указы Альфонса XI, Энрике III, Хуана I и других королей. Энрике II в 1406 г. распорядился, чтобы двенадцать членов Совета назначались из числа «достойных людей» (hombres buenos), по два от Леона, Галисии, Толедо, Эстремадуры и Андалусии. Этот указ лишь подтвердил уже существовавший по крайней мере с 1293 г. обычай назначения в Совет нескольких депутатов или постоянных советников от Эстремадуры. Фернандо IV, как о том свидетельствуют акты кортесов в Куэльяре в 1297 г., призвал двенадцать «достойных людей», избранных городами, которым вменялось в обязанность давать советы королю, оказывать ему помощь в управлении страной. Во время малолетства Альфонса XI снова появляются «достойные люди» в составе Совета. Совместно с четырьмя епископами и несколькими рыцарями они должны были давать советы опекунам. Спустя несколько лет (в 1331 г.) Альфонс XI санкционировал участие в нем плебейских элементов. В 1385 г., при Хуане I, Королевский совет, по-видимому, становится вполне определенным административным органом, так как, в соответствии с указом, датированным тем же годом, он состоял из 12 членов, причем четверо из них были народными представителями, а впоследствии (с 1387 г.) обязательно законоведами (letrados). Это условие было подтверждено в царствование Энрике III, когда законоведы получили титул оидоров (аудиторов) (oidores). В 1390 г. Энрике III стал главой Совета. Хуан II разделил Совет на две палаты (судебную и административную), функции которых, однако, были неопределенны; он значительно увеличил число советников, возросшее уже в царствование Энрике III. В 1459 г. Энрике IV снова реформировал Совет; в дальнейшем Фердинанд и Изабелла подвергли Совет небольшой реорганизации, после чего этот орган приобрел стабильный облик.
Наряду с выделением в особый орган административных функций Совета происходило и обособление судебных его функций, что привело к созданию новых учреждений и новых должностей.
Должностные лица центрального аппарата управления
Административная иерархия, столь запутанная и неясная в предыдущий период, начиная с Альфонса X становится все более определенной, по крайней мере цели судить об этом по законодательным актам и решениям кортесов. В системе управления еще в течение долгого времени сохраняется смешение административных и судебных функций.
Должностным лицом наивысшего ранга, которому подчинены были все дворцовые чиновники, был хранитель печати (саnсillег), который являлся одновременно и генеральным секретарем, и главным нотариусом. Он должен был визировать королевские послания и грамоты (а для этого требовалось, между прочим, знание латинского языка и романсе). Хранитель печати был доверенным лицом короля; его помощниками являлись нотариусы (notaries), которые вели регистрацию королевских указов (впоследствии для этого создается должность королевского регистратора — registrador real и королевские писцы (escribanos). Все они входили в состав бюро или секретариата (secretaria) короля, как впоследствии называлось в Кастилии это учреждение. В крупных административных округах также имелись старшие нотариусы (noiarios mayores), должностные обязанности которых были подобны обязанностям их коллег, состоявших при дворе. За хранителем печати следовал знаменосец короля (al ferez del rеу), военные и судебные функции которого будут рассмотрены ниже, и главный аделантадо (adelanlado mayor, adelantado del rey, sobrejuez) — королевский верховный судья, который помимо судейских функций осуществлял еще и функции надзора. Он рассматривал жалобы и выносил приговоры по апелляциям, в тех случаях, когда король не мог сам рассмотреть дело, и контролировал деятельность мэринов и низших должностных лиц с правом их смещения и наложения взысканий. Те же функции надзора выполняли и пескесидоры или пескеридоры (pesquesidores, pesqueridores — буквально «расследователи»), которые одновременно являлись также и судьями, назначаемыми королем или мэринами. Позднее пескесидоры получили название веедоров (veedores — инспекторов). Наподобие главного аделантадо при особе короля, в крупных административных округах также имелись аделантадо на правах правителей и начальников всех мэринов. В обязанности аделантадо входили: охрана общественного порядка, информация короля о положении на местах и разбор апелляций. В помощь им придан был совет, в состав которого входили «знатоки привилегий» или алькальды. Если территория округа была пограничной, то аделантадо назывался adelantado de frontera, т. е. пограничным аделантадо, и получал в качестве помощников двух алькальдов. Король для передачи своих доверительных распоряжений пользовался услугами мандадерос — особых гонцов — делегатов, должность которых считалась почетной и важной. Старшие мэрины (merinos mayores), известные уже в XIII–XIV вв., замещали аделантадо, а в некоторых случаях выступали в качестве комендантов крепостей или замков. Младшие мэрины (merinos menores) им подчинялись и имели определенные судебные функции. За ними следовали портерос (porteros), являвшиеся исполнителями королевских приказов и судебными исполнителями, но в обязанности их входила также передача во владение различных лиц королевских замков. Впоследствии портерос заменяют ballesteros de nbmina — титул, встречающийся в документах XIV в. Наконец, в царствование Хуана I создается должность коннетабля Кастилии (condeslable de Castilla), верховного главнокомандующего войском, который хранит ключи от королевской резиденции. От имени короля и коннетабля обнародовались военные приказы (bandas).
