— Хорошо…

Я осторожно подтянул Аки вперед, позволил ей скользнуть вниз, коснуться ногами ступенек… Ее ножки уверенно встали на ступеньку, а руки обхватили мою шею.

— Эй, что за… — дослушать его фразу я не успел, потому что пространство вокруг поплыло, исказилось и изменилось, стало тягучим, а ощетинившаяся оружием внизу стальная черепаха пропала.

Мы были уже на лисьей тропе.

— Ярик! — всхлипнула девушка, и ее руки сильней сдавили мою шею. — Ты… я…

— Все хорошо, малышка, — я погладил ее спину и обнял в ответ. — Уже все хорошо. Ты молодец.

Она расслабилась но лишь на пару мгновений, затем на миг сжала мою шею еще крепче, прежде чем отстраниться.

— Только теперь нам как-то надо с ними разобраться…

— А никак не надо! — перебила меня лисичка, и ее лицо стало хищным, радужки потемнели а волосы раздвинулись, пропуская наружу два рыжих ушка. — Быстро, поднимись на пролет выше, прикрой глаза и считай до двадцати. Мне нужно немного времени, буквально несколько мгновений…

— Но…

— Никаких «но»! Мы на тропе, и я лучше знаю что делать! Доверяй же мне!

Я стиснул зубы и подчинился, рывком взбегая наверх, опускаясь на ступеньку и прикрывая глаза, начав отсчет. Уже на пятнадцатой секунде чувствую, как пространство вокруг вздрагивает а снизу слышатся возгласы:

— … сзади! Стреля-а-а-а… -крик обрывается булькающим криком.

— Справа!! Сука-а-а-а…

Грохнули выстрелы, и мое сердце сжалось, а ноги сами подорвали меня с пола, унося вниз на звуки борьбы. Раздались еще крики и ругань. Я на миг высунулся на нижний пролет и поставил барьер, чтобы не схватить шальную пулю, после чего уже без опасений спустился ниже, наблюдая такую картину: металлические пластины, выполнявшие функцию заградительного заслона — валялись вразброс, пятеро изодранных в клочья тел истекали кровью, еще один лежал на ступеньках, глядя в потолок невидящим взглядом, а его шея была вывернута под неестественным углом. Один болтал ногами, вися в воздухе, удерживаемый за горло длинным огненно-рыжим… наверное, все-таки это один из ее хвостов, но выглядел он как длинное гибкое полупрозрачное щупальце. Аки прямо босиком по лужам крови надвигалась на оставшихся двоих, которые пятились назад с лицами, полными ужаса.

— Первого из вас, кто скажет мне где наш друг — оставлю в живых, со второго медленно деру шкуру заживо! — процедила она, и висевший в воздухе тип с чудовищной силой впечатался в стену, разбрызгав еще порцию крови.

— Я! Я могу провести!

— Я готов! У меня ключ от допросной!

Пока я спускался по ступенькам — девушка очевидно приняла какое-то решение, потому что метнулась к одному из бандитов и припечатала ребром ладони по затылку. Тот рухнул как подкошенный.

— Вот этот нас проводит, — схватила она за волосы бандюгана и развернула лицом в мою сторону. — Хотя, не уверена нахрена он нам нужен, кажется запах твоего кхм… двойника я чую и отсюда… — она мотнула головой себе за спину. — Нам туда.

— Интересно, а тебе как вообще, нормально передвигаться в таком виде? — я скривился, глядя на ее босые ступни, перемазанные в кровищи.

— Не очень, но заморачиваться нет времени…

— Сними ботинки с одного из этих. Так все же полегче будет.

— Ели честно не уверена, — брезгливо скривилась девушка. — Везет тебе, что ты не обладаешь полноценным обонянием…

— У меня полноценное обоняние! — обиделся я.

— Не смеши пожалуйста! — она иронично сложила брови домиком. — Прости, но это звучит так, словно несчастная летучая мышь пытается рассуждать о красоте и глубине палитры художественного шедевра, когда в их спектре восприятия пресловутая картина сливается со стеной… прости, Ярик, но ты не представляешь себе, что такое настоящее обоняние, и… как воняют их портянки. Уж лучше я так…

— Не лучше, — перебил ее такой знакомый и слегка насмешливый голос, зазвучавший после тихого хлопка со стороны выхода. — Неизвестно какой заразой пропитана их кровь, и не хотелось бы, чтобы ты что-то подхватила, а еще хуже — притащила такой подарок домой, в свой мир, — закончил свою мысль спускавшийся по лестнице бандит, но когда он снял маску, у меня в очередной раз возникло ощущение, что я смотрю в ожившее зеркало: Марко, как оказалось, уже освободился сам и в нашей помощи не нуждался.

— А ты очень страшная… в гневе, — добавил братец, криво ухмыляясь и подмигнул. — Хорошо, что мы с тобой не враги…

— И для кого же хорошо? — Аки подозрительно склонила голову, сузив глаза.

— Для обоих, — спокойно ответил он. — Не хотел бы я испытать на себе твои эти когти… и мне не пришлось тебя убивать. Жаль такую красоту, даже если она не моя, — он подмигнул, а щеки моей лисички польщенно порозовели. \

— Мне не нравится этот тип, но тебе, безусловно, есть, чему у него поучиться, — прошептала мне на ухо Аки, слегка касаясь его своими губами. — Надо отдать ему должное, стиль у него есть…

* * *

Аки все-таки обулась, предварительно отмыв и оттерев ноги, а также позаимствовала штаны с пленника, которого до того оглушила. Последний, оставшейся в живых стал нашим новым проводником. Коридор встретил нас горячим воздухом и сиренами. Тусклые лампы мигали, красный свет катился по стенам, выхватывая из мрака всполохи стали и трещины в старых перекрытиях.

— Вперёд, — коротко бросил Марко, махнув рукой. — Ангаp с транспортом в той стороне, правильно?

Пленник испуганно затряс головой. Он шагал первым, то и дело озираясь по сторонам, и поглядывая на нас, но Марко каждый раз тычками заставлял его продолжать движение.

Ржавая арматурина, лежащая у стены — отделилась от пола и метнулась в боковой проход. Раздался чавкающий звук и затухающий крик боли. Марко даже не моргнул, лишь сжал руку в кулак, сминая в труху хрипящий динамик, из которого выла сирена, заставляя его умолкнуть.

Из-за следующего поворота грянула очередь, пули вгрызлись в ржавую металлическую дверь, отдавая по ушам барабанящими звуками.

— Не высовывайтесь, — предупредил Марко, а сам демонстративно шагнул за поворот.

Я не успел даже выдохнуть, как снова треск автоматического оружия, почти сразу же сменившийся криками боли, и наступила тишина.

— Пошли! — донесся его голос.

За поворотом мы успели разглядеть, как последние его противники сползли по стенам, истекая кровью от многочисленных пулевых ранений. Понятно, похоже он задействовал этот свой отражатель…

— Сюда!

Дверь, ведущая в шлюз впереди взорвалась облаком пыли. Марко выставил руку — и створки, как живые, разошлись в стороны, открывая обзору коридор, напоминающий гигантскую трубу старого, заброшенного коллектора. Хуже то, что внутри мы были как на ладони, а по ту сторону нас уже ждали.

— Не хочется мне туда соваться, — предостерёг я, но Марко осторожно заглянул вовнутрь, и отпрянул — с противоположной стороны раздались выстрелы.

— Ладно, это уже не важно. Мы добрались до места, откуда я могу достать… в общем, все ко мне. Живее! Ближе!

Мы с лисичкой приблизились — у нас уже вошло в привычку обходить препятствия таким способом. Пленника я недолго думая просто оглушил и оставил лежать.

— Готовьтесь, сейчас мы прыгнем прямо в гараж с транспортниками. Там только четверо охраняют помещение, и еще двое возятся с техникой — похоже водилы. Этих не убиваем…

— Почему? — прищурилась Аки

— Потому, что транспортом должен кто-то управлять, а я сомневаюсь, что кто-то из вас двоих имеет опыт вождения этих колымаг…

…огромное просторное помещение, пахнущее машинным маслом и перегоревшим электричеством встретило нас нерадостно. Вдоль стен — ящики с запчастями, на площадке два уродливых внедорожника, в брюхе одного из них копался — по всем признакам -техник.

Завидев нас, охрана вскинула оружие, но Марко лишь махнул рукой в своей манере и двоих справа отбросило назад, впечатав в стену. На ноги они уже не поднялись. Аки ощетинилась, скрючила пальцы, крестя воздух — еще двое с разодранным горлом рухнули на бетон, заливая все вокруг кровью. Последний с воплями рванул в боковой проход и пропал из виду.