А вот Лена встречается со мной по своему желанию, и именно я ее сделал женщиной. Поэтому увольте, если сама уйдет, тогда и ладно, но от меня она уйдет уже навсегда, расстанемся с ней друзьями, и в добрый путь ей. Это должно случится рано или поздно. Но устраивать оргии с ней — это выше моей морали, делить ее ни с кем я не собираюсь. Вот оказывается, что я еще и тот моралист — с удивлением обнаружил я. Но менять я свои убеждения не буду. И насчет Ольги тоже, не желаю, чтобы она стала такой раскрепощенной. Пока бурлит молодость, идет поиск своей половины — возможны интимные связи с многими партнерами, но не вместе, иначе это уже будет распутство, а не поиск партнера, точнее любимого. Который появится по мере возникновения отношений. Надеюсь, что она тоже найдет свою любовь и оставит Погодина, для которого она просто сексуальная игрушка, впрочем, как и он для нее.
— Ну как скажешь, это я так, в плане фантазии предложил — тут же отказался от этой идеи Валера. — А Ольга-то на тебя постоянно смотрит с интересом. Все же по ее планам ты должен был лишить ее невинности, а пришлось это сделать мне из-за ее проблем с моралью. Но тебя она не забывает, я вижу то, как она на тебя смотрит.
— Валера, давай займемся делами — смутился я.
— У тебя теперь суперзадача — запустить в производство самолеты, девушки будут тебе помогать. Я переключаюсь на микроэлектронику, буду строит тут завод по производству микросхем — перешел я на дела.
— Хорошо, с космосом вроде бы все наладилось, Бранец вполне успешно рулит — сказал Погодин. — Запуски идут, появились заявки из-за рубежа. Мы еще не определили стоимость доставки зарубежных спутников, у нас грузовик «Витязь-01» отдан в прокат на условиях запуска только отечественных спутников, зарубежные мы сами будем выводить на орбиту. Я уже принял на работу в корпорацию десять пилотов для этих целей, нейросети у них уже активированы, они летали на «Витязях» как стажеры.
— Тысяча долларов за килограмм груза для низкой орбиты до четырехсот километров — это уже подсчитали — сообщил я.
— Тонна — миллион долларов? Отличный бизнес! — улыбнулся Погодин. — Я читал, что в США намного дороже обходится запуск спутника. Ты же отказал в аренде второго «Витязя» СССР — почему?
— Да слишком маленькую арендную плату назначил, в сотни раз меньше стоимости собственного запуска. Вот пусть довольствуются одним кораблем, он и так каждый день может летать, только три дня в месяце мы его забираем на профилактику — ответил я.
— А, все не так! Они же аккумуляторы не успевают заряжать! Пришлось подвести высоковольтную кабельную линию мощностью сто миллионов киловатт! Теперь «Витязь-01» у них неделю заряжается. Чудес-то не бывает, энергию все равно приходится тратить, только электрическую в сопоставимых объемах, один электрогенератор приличной ГЭС неделю заряжает аккумуляторы на один полет на орбиту Земли — сказал Погодин. — А «Витязь-21» вообще месяц заряжался после полета на Луну. У нас-то с тобой проблем нет — от термоядерного реактора ИЧ-87307 наши дроны заряжаются в течении нескольких часов — там все из сверхпроводников выполнено, и мощность у реактора огромная.
— Ну вот видишь, получается, что за счет собственных ресурсов СССР может запускать «Витязь-01» всего четыре раза в месяц, и это здорово! Им не до зарубежных спутников, свои бы успеть отправить — усмехнулся я.
— Они готовят парные запуски спутников — грузоподъемность у корабля «Витязь-01» достаточно большая — сообщил Погодин.
— Ну это нормально, пусть хоть десять спутников за раз выводят, к этому в конце концов придут. Главное, что мы обеспечили почти бесплатный вывод в космос советских спутников, это такие огромные затраты бюджета мы сэкономили! — улыбнулся я, вспомнив, что мама об этом меня просила.
Глава 4
Космический извоз
— Это верно. Будем зарабатывать на запусках зарубежных спутников — согласился Погодин. — Но пока только робкие попытки идут из Европы и из США. Другие страны пока еще не имеют возможность изготавливать спутники. Япония свои ракеты-носители использует, в Европе Франция их имеет, у них зреет идея создания интеграционного космического агентства. В СЭВ по сути СССР спонсирует космические программы этих стран, за свой счет выводя их спутники. Так что рынок тут пока в зачаточном состоянии. Вот насчет космического туризма мы можем быть пионерами, богатых людей хватает. Но пилотируемые полеты намного дороже, чем запуск спутников — в сотни раз. Ну сам посуди, или железяку в космос забросить, или человека, которого на Землю надо аккуратно вернуть в целости и сохранности.
— Надо за полет космического туриста брать десять миллионов долларов — выдал я свое предположение.
— Ну ты загнул! Многовато будет! — возразил Погодин.
— Валера, это, по сути, будет гонка честолюбия или тщеславия — усмехнулся я. — Ну хорошо, будем брать поменьше, за каждый виток будем брать по миллиону долларов, маловато конечно, но думаю, что меньше двух витков брать не будут.
— Эта цена уже ближе к реальности. Надо начинать рекламную компанию по этому направлению — сказал Погодин.
— В США плохо относятся к СССР — ты сам все своими глазами видел — «Красная угроза» звучит из каждого утюга. Надо бы от имени нашей корпорации эти услуги оказывать, как от частной фирмы — предложил я.
— Тут палка о двух концах — космонавтику СССР считают самой надежной — редко космонавты погибают. Да и количество запусков у нас в СССР большое. Ну еще этот полет на Луну свою роль сыграл. Надо наверно говорить о частно-государственном партнерстве. Государственные гарантии от СССР, обслуживание от частной компании, так будет лучше — предложил Погодин.
— То есть наш филиал надо делать совместным предприятием? — спросил я.
— Необязательно, для запусков туристов можно создать отдельную компанию, скажем десять процентов выручки пойдет СССР за гарантии и маркетинг, а остальное через эту компанию нашему филиалу — пояснил Погодин, который тоже, как и я, дополнил свое образование базой знаний корпоративного управленца у Айка.
— Ну тогда звоню Устинову, будем вместе стричь туристов! — усмехнулся я.
— Да, условия мы оговорили, дерзай! — улыбнулся Валера.
— Добрый день Дмитрий Федорович! Есть взаимовыгодная идея — начал я свою речь, когда он ответил на вызов через нейросеть.
— Слушаю с интересом — улыбнулся он.
— Можно я выведу на коммуникатор, чтобы Погодин поучаствовал в нашей беседе? — спросил я разрешения.
— Давай, выводи — разрешил он и на коммуникаторе появилось его изображение. Ну и наши рожицы с Погодиным.
— Дмитрий Федорович, мы тут с Валерой размышляли, как бы нам наши корабли монетизировать, чтобы без дела в ангарах не стояли. Подумали насчет зарубежных спутников — рынок очень маленький, ну просто мизерный. А вот возить космических туристов — это просто поле не паханное! У нас сформировалось предложение — создать частно-государственную компанию, которая будет заниматься продажей мест на туристические полеты. За СССР гарантии и маркетинг, то есть поиск клиентов и реклама на государственных средствах массовой информации и по посольствам в разных странах, на это пойдет десять процентов выручки. За нами все остальное, ну и деньги тоже. Как вам такое предложение? — спросил я.
— Интересно, вы правы насчет спутников, рынок этот еще предстоит создать. А вот насчет космического туризма — тут попадание в десятку, как говорится. В мире достаточно миллионеров, которые готовы заплатить большие деньги за полет в космос — согласился Устинов. — Какую цену думаете назначить за полет одного человека?
— Я вначале предложил десять миллионов долларов за одно место, Валера сказал, что цена не реальная. Тогда я предложил миллион долларов за один виток вокруг Земли. Прошу вас проанализировать эти предложения и выдвинуть свое — попросил я.
— Хм, меньше миллиона долларов точно не стоит брать — хмыкнул Устинов. — Я ваше предложение услышал, мне надо обсудить его в рабочей группе Политбюро. Я уже отправил им на нейросети нашу беседу. Мы привлекли к работе в рабочей группе министра финансов Гарбузова и председателя Госплана Байбакова — установили им нейросети из вашего подарка. Ну и Патоличева, министра внешней торговли, также пришлось привлечь к этой работе и установить ему нейросеть. Вот теперь у нас рабочая группа Политбюро в таком составе свои заседания проводит.