Через неделю мы с Погодиным двинулись на танцы, мы еще достаточно молодые парни — ему двадцать один, мне девятнадцать лет, хочется романтики. Не секса, а именно романтических отношений с девушками, мы с другом их как-то упустили это в свой жизни, сразу перейдя в горизонтальную плоскость в отношениях с девушками.

Сели в мой дрон, в режиме невидимки приземлились в удаленной алее парка, оттуда двинулись пешком. Мы прогулочным шагом двигались по аллеям ПКО к танцплощадке, музыку было слышно издалека. Молодежь спешила на эти звуки, и мы влились в этот поток. У билетных касс была очередь, мы ее выстояли, как полагается. Но были удивлены, когда нам предложили купить билет какой-то местной лотереи, выручка которой шла в фонд помощи местному оперотряду. Ну мы отказались от такой лотереи — нам-то она зачем? Если билет на танцы стоил двадцать копеек, то этот лотерейный билет стоил уже рубль.

Рядом с окошком кассы отирались пара каких-то мутных личностей, мы переглянулись с Погодиным, обменялись мнениями через нейросети.

— Уголовники что ли? — спросил он. — Может карманники?

— Да у кого тут крупные деньги на танцах-то? Карманники по магазинам шляются, да в транспорте — выдал я. — Пошли на танцплощадку.

Мы прошли на танцплощадку, билетер попросил лотерейные билеты показать. Я посмотрел на него удивленно.

— Тебя что, любопытство мучает? — спросил я молодого парня, лет двадцати.

— Да нет, если у вас его нет, то это ваши проблемы — буркнул он. А рядом с ним стояла парочка дружинников.

— Нехорошо жадничать, и отказываться поддержать наш оперотряд — хмыкнул один из них.

Мы прошли на танцплощадку, обменялись с Погодиным мнениями через нейросети

— Мутные какие-то оперативники — сказал Погодин.

— Есть такое, как будто вымогают деньги у людей. Надо иметь смелость отказать им — хмыкнул я.

Начались танцы, мы пошли танцевать групповой танец Шейк, прыгали как кто мог. Ну мы немного красивее всех — все-таки нам нейросети подсказывали правильные движения. Затем зазвучал медленный танец, мы пошли выбирать партнерш, покрасивее, конечно. Публика нас не впечатляла, ну это о девушках конечно. Девушки откровенно висли на парнях, на их лицах мы не увидели особого интеллекта, видимо это были учащиеся ПТУ — профессионально-технических училищ, будущие маляры и штукатуры. Были среди них и симпатичные девушки, но они вели себя уж слишком развязано. Мы продолжали смотрины, но тут начались проблемы — меня толкнул какой-то рослый парень.

— Поосторожнее — сказал я и продолжил свой обход.

— Что ты сказал молодой? — громко спросил он.

— Осторожнее ходить надо — сказал я сердито, остановился и посмотрел на него.

— Пойдем, выйдем, поговорим как кому ходить надо — с угрожающим видом двинулся на меня парень, который был выше меня на полголовы и гораздо шире в плечах. Футболка с короткими рукавами не скрывала мощные бицепсы.

— А тебе без этого не ясно, что себя надо скромно вести и не толкаться? — спросил я, уже понимая, что драки не избежать.

— Как хочу так и хожу, а твое дело быстро смыться с моей дороги! Понял? — парень протянул руку ко мне, пытаясь схватить за воротник тенниски.

— Убери руки, пойдем, выйдем и поговорим о твоем скверном поведении — сказал я и отодвинулся от здоровяка.

— Пошли, объясню молодому барану, как себя на танцах вести — хмыкнул здоровяк и мы двинулись к выходу. Я сообщил об этом по нейросети Погодину, и от него тут же пришло сообщение об аналогичной ситуации — к нему тоже докопались и он тоже идет на выход разбираться.

Мы прошли за веранду танцплощадки, там были заросли кустарников и большая площадка у самой веранды, наверно как раз была предназначена для разборок — снаружи она не просматривалась. Мы с парнем зашли на этот пятачок, а там обнаружилось еще четверо парней, двух из них я видел у кассы. Вслед за нами зашел и Погодин со своим оппонентом — таким же качком, как и мой оппонент.

— Ну что молодой, или плати штраф или сейчас я тебя отделаю — сказал мой оппонент, поигрывая мускулами.

— Да чё с ним церемониться! Дать в рыло и деньги забрать! — крикнул один из уголовников и подскочил ко мне, замахнувшись на меня.

Я не стал ожидать, когда он ударит и ударил его в солнечное сплетение левой рукой снизу, он согнулся с воплем. Я не стал его добивать и спросил здоровяка — Ты еще и трус оказывается? Это для меня ты приготовил эту кодлу? Так ты заранее на меня напасть собирался?

— Ну я тебе предложил другой вариант, ты отказался — сказал здоровяк и встал в боксерскую стойку, тут же ударил меня левой джебом, который я легко парировал — уклонился от него. Сзади на меня накинулись двое, нанося удары, один хорошо попал мне в челюсть сзади, но мой укрепленный организм выдержал этот мощный удар. Я отмахнулся от него как от мухи, ударив открытой кистью руки, костяшками пальцев ему в челюсть, но только для того, чтобы вырубить его, хотя мог и раздробить ему таким ударом челюсть.

Правой ногой я сбил с ног здоровяка, который пошел на меня в атаку — ударил его носком ноги в чашечку левой коленки, тот с воплем осел, держать за коленку. В другой стороне полянки двое нападали на Погодина, он лениво отмахивался от них.

Третий оппонент ударил меня кастетом, попал в левое плечо — больно! Захотелось раздробить ему руку, чтобы больше кастет не смог в нее брать, но связываться с разбирательством не хотелось, поэтому ударом правой в челюсть отправил его в нокаут.

А Погодин продолжал развлекаться, его оппоненты не пользовались кастетами, поэтому он их просто лупил, как груши в спортзале. Но так чтобы не вырубить.

Мой здоровяк поднялся на ногу, и хромая хотел покинуть поле боя.

— Куда? Стоять, а то вторую ногу сейчас сломаю — скомандовал я. — Кто тебе дал задание напасть на меня? — спросил я, взяв его за воротник.

Но здоровяк решил воспользоваться моментом и правой залепил мне в челюсть. Мне было лень даже уклоняться — пусть ломает себе руку о мою стальную челюсть. Так и произошло — парень закричал от боли и схватился за разбитую руку. Я дал ему легкую оплеуху — чтобы в ушах неделю звенело, тот упал, скрючившись от боли.

— Валера, завязывай цирк — сказал я. — Мы на танцы пришли, а не в спортзал.

— Жаль, так интересно колотить реальных противников, а не груши — сказал Погодин и двумя ударами послал противников в нокаут.

— Надо допросить этого парня, кто их нанял напасть на нас — сказал я, беря в руки здоровую кисть здоровяка.

Глава 16

— Кто тебе дал задание напасть на нас? — спросил я, сдавливая его кисть левой руки.

— Да пошел ты! Тебе не жить! Ты не понимаешь с кем связался — ответил здоровяк.

— Ну так расскажи с кем я связался — сказал я, сдавливая кисть.

— Ой, не надо, сломаешь руку! Ты с оперотрядом ПКО связался! — сказал здоровяк, морщась от боли.

— Оперотряд нанимает уголовников? — удивился я. — Быть не может!

— Давай подробности! — приказал Погодин, сильно пиная его в бок. — А то сейчас все ребра переломаю!

— Командир оперотряда Бакин этим заправляет. Ну и несколько его помощников в курсе этого — ответил парень, морщась от сильной боли. Костоев и Угрюмов. Остальные оперативники обычные дружинники.

Погодин знал, как ударить, чтобы допрашиваемый получил незабываемые впечатления и не захотел повторения.

— Командир оперотряда? — удивился я. — Он же наверняка из комсомольских работников?

— Ну да, по документам — хмыкнул парень. — Он их подделал, он сидел, срок правда небольшой — два года отмотал. Подделал документы, по ним в институт поступил, занялся комсомольской работой, стал комсоргом курса, возглавил оперотряд.

— А ты какие боком тут оказался? Тоже сидел? — спросил я.

— Да нет, это Гоша меня подловил на спекуляции валютой, а этим уже КГБ занимается и сроки большие за это дают. Заставил на себя работать, пригрозился сдать, если откажусь. Я тоже в этом институте учусь. Вот занимаемся тут поборами под эгидой оперотряда. Да, кассир тоже в деле. А несогласных купить лотерейные билеты тут прессуем.