М-да. Это мягко намекало на невиновность гоп-компании. И я бы обязательно узнал об этом без психотравмирующей магии, если бы они не кинулись бить мне морду, а потом угрожать ружьём.

Я вернулся обратно. Вид у тонущих был жалкий. Они всё ещё панически дёргались, подпрыгивали, сжимали рты, чтобы не терять драгоценный воздух.

Я потянулся к их сознаниям и вырубил иллюзию.

Они попадали на землю, кашляя и судорожно хватая ртами настоящий воздух.

— Дед, — сказал я, поворачиваясь к старику, — ты бы их выпорол. А то в следующий раз приедет к ним или Госкомдурь, или труповозка.

Дед сурово сдвинул брови.

— Да это уж мы в лучшем виде, дохтор, — ответил он, сплёвывая на землю.

Не знаю, почему он решил, что я медик, может, из-за того, как я держался, но разубеждать я его не стал.

Гоп-компания валялась по разным частям двора, стонала, подрагивая руками и ногами. Очевидно, их перегретые коллективным страхом мозги придут в себя не скоро. И всё же вины своей в этом я не чувствовал. За языком надо следить, и угроз вместе с оскорблениями не допускать, а то может прилететь такой вот ответ, что мало не покажется.

Я плюхнулся на сиденье УАЗа, хлопнул дверью и набрал номер Василисы. Она ответила почти сразу.

— Василиса, привет тебе ещё раз.

— Что там? — без обиняков спросила она. — Везёшь мне подозреваемых?

— Это не они, — выдохнул я. — Машина не на ходу. При допросе не сознались.

— Ты же не поджаривал им мозги, Вадим? — устало спросила она, и в голосе её послышалось предупреждение.

— Нет, за кого ты меня принимаешь? Моя стихия вовсе не Огонь, — я позволил себе слабую усмешку. — Моя стихия — Вода. Я всё сделал аккуратно.

— Вадим, мне не до шуток, — голос Василисы стал жёстче. — Марина и правда пропала. Мы подняли на уши всю деревню, кто её видел, когда… Камеры дорожные на поворот к Колдухину проверили. В посёлок не въезжало незнакомых машин. Но есть же ещё въезд через завод.

— А на заводе ещё два водоёма, — я кивнул сам себе. — Слушай, это маловероятно, но завод надо тоже проверить. Я сейчас поеду туда, ты сможешь подтянуться? Ты же помнишь, что я такой себе поисковик.

Я завёл мотор и, постепенно набирая скорость, двинулся в сторону райцентра.

— Я смогу к тебе вырваться на полчаса-час, — ответила Василиса. — А пока мы собрали три группы волонтёров, они прочёсывают берега вдоль озера.

— Ты же понимаешь, что это пустая трата времени, — сказал я, глядя на дорогу.

— Вадим, мы тут уже все версии отрабатываем, — недовольно ответила она. — Короче, как будешь на заводе — звони. И не делай глупостей.

— Когда я их делал? — искренне удивился я.

В трубке повисла пауза, я услышал, как она вздохнула:

— Я серьёзно, Вадим. Будь осторожен.

Связь оборвалась. Я прибавил газу, и УАЗ уверенно покатил вперёд, к заводу.

Глава 20

Защита своих

— Виктор Сергеевич, — мой тон звучал холодно и непререкаемо. Я всё ещё был на взводе, дипломатия выветрилась из меня напрочь, не оставив ни следа. — Мне нужно на завод. Прямо сейчас.

Пауза. Он был явно ошарашен моим тоном и таким напором, но нутром уловил, что спорить сейчас — себе дороже.

— Ну, Вадим… — осторожно начал он. — У тебя же есть пропуск. Или ты потерял?

— Не потерял. Всё на месте. Объясняю ситуацию, — я на секунду замялся. — У нас в посёлке пропала девушка. Спасательница с пляжа.

— Это как-то связано с тем, что пляж прикрыла СЭС? — насторожился директор. — Нас они тоже сейчас проверяют.

— Лишь косвенно. Скажу прямо, есть ненулевая вероятность, что она проникла на территорию завода. И сейчас находится в одном из ваших водоёмов, санитарном или пожарном. Я еду туда.

— У неё проблемы с психикой? Почему именно в водоёме? Маниакальный эпизод? — он тяжело выдохнул. — Ладно, ни о чём не спрашиваю. За всё это время ты ни разу не дал повода усомниться в твоей адекватности, Вадим. Так что я просто поверю тебе на слово. Давай к делу, что требуется от меня? Поедешь через второй КПП?

— Через первый.

Первый контрольно-пропускной пункт выходил к трассе и обслуживал грузовики, в то время как второй, поселковый, предназначался для сотрудников. Но я сейчас гнал со стороны райцентра, и первый КПП экономил мне минут десять. А сейчас каждая из этих минут была на вес золота.

— Понял. Тебя будет ждать начальник службы безопасности, я предупрежу его. Он сделает всё, что скажешь. Проведёт, покажет, а если надо, лично нырнёт в этот пруд в подводной маске. Не сделает — уволю к чертям.

— Добро. Спасибо, Виктор Сергеевич, я в Вас не ошибся.

Я сбросил вызов.

Нырять с маской, конечно, не потребовалось бы. Мне было достаточно просто оказаться на берегу.

Подлетел к КПП. Створки ворот поползли в стороны ещё до того, как я успел достать пропуск. Начальник безопасников, коренастый, накачанный здоровяк, с которым мы пару раз уже сцеплялись в прошлом, ждал меня на улице. Сейчас он стоял бледный как моль, выдавливая из себя натянутую улыбку. Судя по всему, Котляров передал ему свои угрозы дословно.

Я выскочил из машины, едва лишь заглушив мотор и бросив дверцу распахнутой.

— Где водоёмы? — резко бросил я. Играть роль скромного почтальона сейчас не было времени.

— Один там, другой левее… А что, собственно, стряслось? — спросил начальник охраны.

Но я уже не слушал. Сорвавшись с места, я пустился бегом к ближайшему резервуару.

Пожарный пруд представлял собой строгий искусственный квадрат, одетый в серый железобетон. На самом краю стояли лавочки под пластиковым навесом, а рядом находилась громоздкая мусорная урна в виде стальной лягушки с разинутой пастью. Монстр был сварен из обрезков металла, чудовищно безвкусно, но явно с душой. Наверняка кто-то из местных работяг-сварщиков обустроил себе здесь курилку.

Я подбежал к самому краю и с ходу опустил ладонь в прохладную воду. Охране же потребовалось добрых полминуты, чтобы просто меня нагнать. Зрелище было довольно-таки забавным. Впереди, отдуваясь, бежал начальник, а за ним, свято чтя субординацию, трусили двое подчинённых, даже не пытаясь обогнать шефа.

Вода оказалась на удивление живой, среди цветущих кувшинок безмятежно нарезала круги красноухая черепаха, явно тоже сюда выпущенная кем-то из работников. Пока рептилия патрулировала свою акваторию, я сканировал глубину. Пруд был больши́м и слегка мутноватым, но «экологически чистым». Моя связь с водой безошибочно рисовала в моём сознании внутреннюю архитектуру пруда, переплетение труб, отсутствие крупного мусора и аномалий. Ни Русалки, ни кого бы то ни было ещё.

— Где второй? — развернувшись, спросил я подбежавшего начальника.

— Ы-ы-ы… Там! — выдохнул он, тыча пальцем вдаль. В его глазах мелькнула паника, потому что до следующего объекта было не меньше полукилометра.

Снова наплевав на правила приличия, я сорвался с места. Сразу перешёл на бег, стремительно набирая скорость. Я спешил. Тратить время на объяснения, зачем я устраиваю эти весёлые старты, не было ни малейшего желания.

Второй водоём эстетикой уже не блистал. Огромный, с неровными берегами в форме фасолины, он служил совершенно иным, сугубо утилитарным целям. Да, его попытались скрыть от посторонних глаз тройным кольцом можжевельника, но крошечные саженцы пока ничего не маскировали. Вода здесь не была вонючей, что неудивительно, органика в производственном цикле завода не участвовала, а значит, и гнить было нечему.

Берега покрывали густые наслоения скользкой глиняной взвеси. Пачкаться совершенно не хотелось. Воспользовавшись тем, что мой запыхавшийся эскорт отстал, я ступил прямо на водную гладь. Не погружаясь, прошёл по поверхности пару метров от берега, замер и начал сканирование.

Глубины здесь особой и не было, по сути, передо мной раскинулась гигантская лужа. Но как Водяной, я чувствовал, всё сделано строго по науке. Вода не уходила в грунт, надёжно запертая изоляцией, чтобы грязь оседала на дне, не отравляя водоносные горизонты, а широкая поверхность обеспечивала мощное испарение. Впрочем, сейчас главное было в другом, здесь не водилось ни рыбы, ни потусторонних тварей. И не было ни следа Русалки.