Из серии: в момент удара рука дрогнет. Движение получится смазанным. Дубль запорот, свет ушел, а на подготовку сцены угрохали миллион-другой.

Чтобы азиаты над подобным заморачивались — не видала такого. Может, просто не успела.

Но и актеров, способных на глубочайшее погружение в роль, я здесь встречала мало-мало…

О дружбе киборгов я узнала, когда эти двое с сияющими окулярами… глазами, то есть, ринулись к мамочке. И принялись наперебой на лютой смеси мандарина с кантонским объяснять, как они ждут нового творения от сценариста Бай Я. Чтобы снова вместе сыграть, и не важно, здесь или на материке.

Главное, чтобы для них нашлись персонажи, а с остальным — разберутся в процессе.

— Но-но, мы договорились: в следующий раз злодей — ты, — наставил на Жуй Синя «грозный» палец Кевин Лю.

— А разве я здесь не отработал за зло и неизбежность? — возмутился наш Жуй. — Мне до финальных титров не забудут шрамы на теле Кейси Ди! О, это же мой подопечный? Идем, я тебе всё здесь покажу.

Эта ворона решила не прятать то, что есть. В предыстории Т-800 успеет ранить героиню прежде, чем она расплющит его гидравлическим прессом. И потом, в основном сюжете, шрамы Элис покажут. Без грима, всё своё, натуральное.

С трепетным отношением китайцев к наружности такие следы на теле героини будут выглядеть «последствием встречи» с киборгом как бы не более страшным, чем гибель защитника. Тот отдаст жизнь в борьбе, это хорошая смерть. А вот шрамы — уродство.

Честный брат Ли Чжун тоже блестел окулярами… да что ж такое! Глазенками он поблескивал, когда впитывал атмосферу съемочной площадки. Ещё бы, с такими-то гидами — звезда всея Гонконга, машина убийства, Кевин Лю тоже увязался показывать и рассказывать.

О том, как будет охотиться на пацана… Уф, отставить завидки.

Хотелось бы мне принять участие в этом проекте? Ещё бы!

Но решение принято. Оно — верное.

— Госпожа Лин, малышка Мэйли, — добрался до нас и Ян Хоу. — Рад вас видеть. Могу ли я обратиться с просьбой?

Слишком вежливо для режиссера-деспота…

— Конечно, говорите, — Мэйхуа, похоже, тоже слегка напряглась. — Для вас — всё, что в моих силах.

— Речь о нашем с вами фильме, — на режиссерском лбу проступила складка. — Помню: Мэйли уже отказалась от роли лидера сопротивления. Но я решительно убежден, что ваша дочь должна появиться в фильме. Считайте это моей блажью. Я просто знаю: успех картины зависит от участия в ней Мэйли. Её талант, её экспрессия, её способность извлекать душу из смотрящего, перемалывать и собирать заново. Госпожа сценарист, «Небесной сети» нужна Мэй-Мэй.

Он был так серьезен, будто у него личная линия связи с Мирозданием. И оно сообщило режиссеру, что будет так. И никак иначе.

Допустим, так и есть. Или это безотказное режиссерское чутье говорит.

В глубине павильона абсолютно счастливым подростковым смехом заходился брат Ли Чжун в компании двух «страшных» киборгов.

Вправе ли я так поступить с ним, добрым другом и честным братом? Пусть даже из лучших побуждений…

Глава 18

Пытливый взгляд режиссера вперился в мамочку. Словно в радужке её глаз зашифрован код Вселенной.

Я же отступила на полшага. И судорожно соображала: как быть? И что делать, всё по классике.

Запрос от Яна Хоу не исполнялся мимолетным появлением в кадре. Посидеть на соседних с «булочкой» Мари качелях недостаточно, чтобы «извлечь, перемолоть и собрать заново».

С братом поступить по-свински эта ворона не готова. Никак нет.

Перед глазами, словно это я — машина-убийца (или взбунтовавшийся ИИ) — замелькали готовые строки возможных сценариев.

Отсылки, намеки и полунамеки. Воплощение самого Скайнета? Так, в порядке бреда. Люди создали искусственный разум, и придумали ему милое детское воплощение…

Не то, не то…

— Режиссер Ян, мне нужно тщательно обдумать ваши слова, — умница моя словами выиграла мне время. — Обещаю не тянуть. Ответ вы получите в ближайшие дни.

Это она молодец. Даже если я быстренько найду решение, которое никого не обидит и не ослабит историю, его — решение — ещё же записать нужно. Дать мамочке на ознакомление. Презентовать его именно ей. Угу, и стоимость вносимых изменений считать тоже родительнице.

— Признателен, — наклонил голову режиссер.

Эта ворона продолжала перебирать варианты.

Камео в фантастическом фильме?

Что-то с переносом памяти, с отголосками на тему: «Айл би бэк»?

Азиаты (те, что не шибко образованные) в «тонкие» намеки и скрытые смыслы не очень. Если им не разжевать, конечно. А разжеванный намек — уже не особо и намек.

Вырезанное: «Нет судьбы», — это растолкованное послание. Не сравниваем.

Нам нужны большие охваты. Мы и так уже футуристичностью и пугающими предсказаниями будущего отталкиваем часть зрительской аудитории. Усложнять сильнее — только гнать от себя больше людей.

Им нужны понятные образы. Вневременные. Близкие им.

— Сынок! — как отзвук моим мыслям, воскликнул Хэ, который в «Скайнете» — Кайл Ли. — Джейсон, я твой отец!

— Отлично, ты-то и отведешь сына на грим, — среагировал на звук Ян Хоу. — Киборгам доверять нельзя.

Дитя, которое отцу не суждено увидеть — ясный образ. Издревле мужчины уходили сражаться, зная, что могут не вернуться домой. К семье.

Кайл Ли погибнет в бою. Его сын, зная о судьбе Кайла заранее, отправляет солдата из будущего в этот смертельный бой.

Драма вне времени.

Ещё мой разум уцепился за «отсылку». (Тут что-то похожее на «Звездные войны» снимали, но не прям идентичное тем «войнам», что я помню).

Отец. Родственные связи.

Хм.

В этот миг я поняла, что сделаю.

Бюджет? Забудьте, тут полет режиссерской мысли, за ним же ни один счетовод не угонится.

А менять что-то придется. Как много и как «больно» от этого будет бюджету — другой вопрос. Про расхождения с оригинальной историей эта ворона и не заикается даже.

Мы и так уже многое изменили — относительно «образца» в моей голове. Так, Кейси Ди не попадает в лечебницу для душевнобольных. И не подвергается аресту.

Никакой приемной семьи в том виде, как показано в «Судном дне», не будет. Хотя по роду деятельности мать-одиночка Кейси будет часто отсутствовать в жизни сына. И жить он, по сути, будет у дяди с тетей.

Кейси не станет путаться с разными мужиками, способными чему-то её научить… Такого не поймут здесь, да и мне не по душе. Она пройдет школу для телохранителей. Благо, у нас есть «технические специалисты», способные дать подробное и красочное описание процесса обучения.

Чтобы его снять жизненно, с надрывом и новыми ранами. Не все шрамы Элис-из-будущего можно «залегендировать» ранением от Т-800.

Чтобы: «Ух!» — и кровь стыла в жилах. Ради будущего — и ради защиты сына — наша героиня пройдет все круги ада, они же — этапы обучения.

Бодигард — работа без фиксированного графика смен. На воспитание ребенка остается не так много свободного времени.

Здесь иное отношение к родственным связям. Если ребенком не могут заниматься мама-папа, то включаются бабушки-дедушки. И те не могут? Дядюшки, тетушки — кого найдут.

Семьи, где вовсе некому позаботиться о ребенке, тоже бывают. И приютские дети — не фантастика в Срединном государстве. Так, сама Кейси — приемная. Но всё же, при любой возможности пристроить ребенка у родственников, так и поступят.

У приемных родителей Кейси есть родня, а у родни — свои дети. Героиня не становится «матерью-одиночкой в вакууме», она часть клана, сообщества.

И мне здесь, в Китае, проще и быстрее кратко упомянуть степень родства, чем выдумывать и объяснять, как мог сын главной героини оказаться у «левых» родителей.

Хотя, конечно, восторга у семьи не вызывает, что молодая незамужняя женщина приносит малыша. Степень понимания и вхождения в ситуацию — это будет часть киношной условности.

Отношения у Джейсона и этих взрослых тоже совсем не такие, как в оригинале. Дядя с тетей строги к нему. Они требуют, чтобы мальчик учился, учился и ещё раз учился. Но это жесткость со скрытой теплой улыбкой.