– На три месяца? На полгода? – Мама откинулась на спинку кресла.

– Нет. – И добавила едва слышно: – Я не знаю.

– Хорошо. И каким же спортом ты хочешь заниматься?

– Я хотела бы заниматься конным спортом, – произнесла Вита и замолчала.

Эта мысль возникла у нее только сейчас, когда мама задала вопрос, но не была случайной. Все знали, что отец Дениса Воронкова, одноклассника Виты, – тренер. Денис не раз рассказывал о лошадях, показывал фотки и видео с соревнований. В классе они с Витой были на равных – оба перспективные, как говорили взрослые. И это тоже нравилось Вите. Между ней и Денисом словно шло постоянное соревнование, которое она собиралась выиграть. И почетнее всего было бы обойти его на его же поле. Ход конем. Кажется, есть такое выражение.

– Конным спортом?! – Мама даже встала и теперь смотрела на нее сверху вниз. – Это тебя Воронков подговорил? Его отцу учеников недостает? Неудивительно, учитывая его ценник и амбиции.

– Нет, он меня не подговаривал… И… – Вита сделала глубокий вдох и решилась: – Я вообще не собираюсь у него заниматься. Я хочу заниматься вольтижировкой.

– Чем? – недоуменно переспросила мама.

– Это как балет, – попыталась заверить Вита, – но на лошади. Лошадь бежит по кругу, а ты выполняешь на ее спине разные трюки.

– Как в цирке, что ли?

– Нет… Не совсем. Это… это красиво. Я смотрела видео.

– Боюсь, у нас разные понятия о красоте. Балет – это действительно красиво, а трюки на лошади… Хотя… – Мама внимательно посмотрела на нее. – Я дам тебе полгода. Просто для того, чтобы ты сама убедилась, что эта… как ты сказала?

– Вольтижировка, – подсказала Вита. Ей очень нравилось само название – казалось каким-то невероятно красивым, изящным.

– Ну, эта вольти-жировка, – некрасиво повторила мама, – тебе не подходит. Если ты откажешься от занятий, то вернешься в балет и больше не будешь спорить. Договорились?

Вита понимала, что это серьезно. Мама никогда не разбрасывалась словами.

– Договорились.

– Вот и отлично. – Мама вернулась в кресло и взяла со стола телефон, в котором что-то читала. – Запомни хорошенько: полгода. И продолжай заниматься у станка хотя бы дома. Это мое условие.

Не было сомнений, что мама не слишком верила в ее успех на новом поприще и считала, что через полгода все вернется на свои места, никуда дочь от балета не денется. Но Вита не расстраивалась: в вольтижировке ей пригодится все, чему она уже научилась, поэтому продолжать заниматься дома не сложно и уж точно приятнее, чем ходить на скучные занятия. С лошадьми, верила Вита, все будет совсем не так – живо, интересно, необычно. Она легко представила себя в эффектном золотистом костюме, исполняющей сложные упражнения на несущейся по кругу красивой лошади – белоснежной или черной, как сама тьма.

Все получилось как-то неожиданно легко и быстро. Мама выполнила обещание и связалась с отцом Дениса, который порекомендовал, куда идти учиться. В тот же день Воронков прислал ей сообщение, видимо, нашел ее номер в чате класса.

Вита ответила немедленно.

Телефон тренькнул, сигнализируя о новом сообщении.

ВОРОНКОВ: Это сложно. Сложнее, чем балет

Вита усмехнулась. Ну вот: Денис уже боится, что она окажется успешной и в его области. Вот и дополнительный повод заняться конным спортом. И что значит «сложно»? Воронков просто не разбирается в балете. После этих занятий уж точно ничего не страшно. Да, вольтижировка – немного другое, но освоиться в ней вовсе не трудно, нужно только упорство. А упорства у Виты достаточно.

Она быстро застучала пальцами по экрану телефона.

ВИТАЛИЯ: Ну и отлично.

Мне как раз челленджа недоставало.

Слово «челлендж» она узнала буквально на днях, от мамы, и теперь с удовольствием его ввернула, чтобы Денис понимал, что она вполне себе взрослая и умная.

Денис не ответил. Только поставил под сообщением реакцию-огонек.

Вита побаивалась, что он слишком быстро и как-нибудь нехорошо преподнесет эту новость в классе, но Воронков повел себе неожиданно правильно и никому ничего не рассказал. Вита тоже пока что молчала. Несмотря на уверенность, что у нее получится все, за что она только ни возьмется, Вита решила придержать хвастовство. Сначала нужно чего-то добиться, чтобы потом как бы случайно, небрежно рассказать девчонкам о своих достижениях, а уж ее свита разнесет это по всей школе. Главное, чтобы действительно было чем хвастаться.

Первое практическое занятие обернулось кошмаром. После того, как Вита ловко села в седло, она… не смогла сдвинуть лошадь с места. Та встала как вкопанная и отказывалась идти. Вита пыталась сделать так, как говорил инструктор, – прижать икру к животу лошади и легонько толкнуть пяткой, – потом разозлилась, потом пришла в отчаяние. Но это ничего не изменило. Только когда инструктор взяла лошадь под уздцы и повела, та двинулась так легко, что казалось, будто обе – и лошадь, и тренер – просто издеваются над Витой.

Вначале были самые простые занятия верховой ездой – привыкание к седлу, повороты, упражнения на баланс. Хорошо, что с балансом у Виты сложностей не возникло, она быстро освоила и его, и правильную посадку. Проблема заключалась в другом.

– У тебя хорошая физическая подготовка, но нужно еще найти контакт с лошадью и научиться ездить, – сказала инструктор – серьезная светловолосая девушка с длинной тугой косой. – Если ты хочешь заниматься вольтижировкой, контакт обязателен. К тому же на соревнованиях с тобой не всегда будет знакомая лошадь, иногда мы берем коня в аренду на месте, и требуется быстро наладить с ним контакт. Ты целиком зависишь не только от своих сил и человека, который работает с кордой, но и от навыков установления контакта. Если их нет, не поможет никакая физическая подготовка.

Вита молча кивнула. Лошадь казалась ей непонятным существом, а еще было страшно и обидно. Вот выйдет смешно, если мама окажется права и придется сдаться. Но сдаваться Вита не собиралась.

– Ну как? – поинтересовалась мама после занятия, встретив Виту в коридоре, чтобы отвезти домой.

– Хорошо, – ответила она как можно безразличнее. – Пока только осваиваемся.

Мама бросила на нее быстрый взгляд, словно оценивая, и Вита улыбнулась. Она вообще предпочитала улыбаться во всех случаях, когда дела шли хуже некуда.

Тренера звали Машей. К ее длинной русой косе прилагались спокойный характер и способность сохранять невозмутимость в любых ситуациях. Из-за этого Маша казалась немного медлительной и равнодушной, но Вита быстро поняла, что впечатление это было обманчиво и, если требовалось, реагировала тренер мгновенно и действовала четко.

Вита ходила на занятия три раза в неделю, как раньше на балет, терпела все испытания, упрашивала тренера, чтобы ей доверили седловку лошади, старалась лишний раз сама вести ее в поводу. С верховой ездой шло довольно неплохо, Виталия быстро нарабатывала опыт, однако ее всерьез беспокоила вольтижировка, к которой они приступили не сразу.

Вита видела девочек, опытных в вольтижировке, и обещала себе, что однажды станет не хуже, а пока упражняться приходилось не на лошади, а на деревянном бревне, да и сами упражнения, несмотря на балетную подготовку, оказались не такими уж простыми. В балете больше внимания уделялось плавности и растяжке, а здесь требовались ловкость, сила и скорость.

Постепенно все начало получаться, и спустя полгода, установленных мамой в качестве контрольного срока, Вита довольно прилично выполняла все базовые упражнения – «мельницу», «ласточку», «ножницы», стойку.

– Ваша дочь очень перспективная. Конечно, она пришла поздновато, но балетная подготовка и упорство, которые у нее есть, оказывают хорошую услугу, – говорила Маша Витиной маме в гулком коридоре конноспортивной школы.