- Это сердце. Нужно вызывать скорую!

Папа пытается что-то сказать, но только хрипит. Хватает меня за руку, сжимает изо всех сил. В его глазах страх.

- Папочка, держись. - Пытаюсь успокоить и его, и себя. - Всё будет хорошо, держись.

Глава 23

Что я натворила! Это всё из-за меня. Из-за моих проблем, из-за этого скандала. Папа так переживал, так злился и ему стало плохо. Он ведь всегда близко к сердцу принимал мои проблемы. И вот случалась катастрофа.

- Володя, не смей! Не смей меня оставлять! - Рыдает мама.

У меня у самой сердце застревает где-то в горле. Пытаюсь собраться и понять, что нужно делать в таких ситуациях. Но от стресса плохо соображаю. Тамерлан, напротив, собран и подробно сообщает всю информацию о состояние отца и диктует адрес.

- Скорая будет через десять минут. - Тамерлан прижимает телефон к груди.

Папа всё слабее сжимает мою руку. И я понимаю, что все наши проблемы, развод, измена мужа сейчас неважны. Важно только одно - чтобы папа выжил.

- Папочка, держись. - Беру его голову в ладони. Кожа холодная, влажная от пота. - Всё будет хорошо, ты же сильный, ты же мой герой.

Но в голове крутится одна мысль: не надо было приезжать. Не надо было рассказывать о Тамерлане. Лучше бы молчала, терпела, но папа был бы здоров. Он так переживал за меня, у него и раньше проблемы с давлением были, а тут такой стресс, который устроила именно я.

- Что ещё можем сделать?

- Его таблетки. - Мама, всхлипывая, мечется по кухне, открывает ящички. - Где-то должен быть. Вот!

Дамир аккуратно кладёт таблетку под язык. Тамерлан тем временем расстёгивает ему рубашку, ослабляет ремень, его каждое движение чёткое, без суеты.

Молюсь, чтобы скорая приехала как можно скорее. Я не переживу, если с ним что-то случится. Только не сейчас.

Спустя час мы сидим в больницы. Папу увезли в реанимацию, врачи мало что говорят. Только лишь сказали, что у него сердечный приступ. Белые стены давят. Мне самой становится невыносимо. Я всё ещё не могу привыкнуть к тому, что беременна и мне нужно беречь себя.

Мама дремлет на моем плече, вымотанная переживаниями. Дамир ушёл за кофе для меня, потому что чувствую, что мой запас энергии равен нулю и все батарейки сели.

Тамерлан то ходит по коридору, как зверь, запертый в клетке, то подходит к окну и барабанит пальцами по подоконнику, то разговаривает по телефону. Делает уже третий звонок за час.

- Да, нужна частная палата... Лучший кардиолог... Деньги не вопрос...

Когда он заканчивает разговор, подхожу к нему:

- С кем ты и о чём разговаривал?

- С заведующим частной клиники. Завтра утром папу могут перевести туда. Там оборудование лучше, и врачи точно ему помогут.

- Подожди. - Перебиваю его. - Я не просила тебя.

- Злата, сейчас не время для гордости.

- Дело не в гордости. - Повышаю голос, потом спохватываюсь и перехожу на шёпот. - Папу и здесь вылечат.

- Сомневаюсь.

- Я не хочу быть тебе должна. Не хочу, чтобы ты потом этим шантажировал.

Тамерлан меняется в лице, мои слова больно ударяют его. Он делает шаг ко мне, и вижу, как напрягается его челюсть, как сжимаются кулаки. Но голос остаётся ровным.

- Ты правда думаешь, что я настолько ужасен?

- Я не знаю, что думать.

- Злата, я помогаю без всяких там условий. Я помогаю, потому что могу, а не потому что хочу на тебя надавить. Владимир, тоже часть семьи. И он прав в том, что касается меня. Я действительно ублюдок, но не настолько, чтобы торговаться жизнью твоего отца.

Смотрю на него и чувствую, как подступают слёзы. Хочется поверить, но просто не могу. Тамерлан может говорить одно, а потом всё переиграть.

- Злата, позволь помочь! Твой отец при смерти, сейчас не время отказываться от моей поддержки. Потом можешь, но не сейчас.

- Ты уже доказал, что способен на всё ради своих интересов.

- Ты – мои интересы.

И тут меня прорывает. Все эмоции, которые сдерживала весь день, выплескиваются наружу:

- Не смей так говорить! Это всё ложь. Это ты довёл его до сердечного приступа! Это из-за тебя и твоей чертовой Айны!

- Злата, милая.

- Если бы ты не изменял, не унижал меня, папа бы не нервничал! Если бы ты был нормальным мужем... - Голос срывается и вместо слов остаются только рыдания.

Пытаюсь оттолкнуть его, но Тамерлан крепко обнимает меня и прижимает к себе. Сопротивляюсь, бью кулаками в грудь, но он не отпускает.

- Тише. - Шепчет он мне в волосы. - Тише, родная. Всё будет хорошо.

- Отпусти меня! - Всхлипываю, но сил бороться с ним больше нет.

- Не отпущу. Не сейчас.

И я ломаюсь окончательно. Уткнувшись лицом ему в грудь, плачу так, как не плакала уже давно. От страха за папу, от боли за разрушенный брак, от усталости бороться со всем миром.

Тамерлан просто держит меня, одной рукой прижимает к себе, другой гладит волосы и что-то шепчет на своём языке, те самые слова, которые говорил мне в медовый месяц, когда я просыпалась в его объятиях и чувствовала себя самой счастливой женщиной на земле.

- Он выживет. Обещаю тебе, он выживет. И я сделаю всё для этого.

И в этот момент, прижавшись к груди мужа, которого одновременно люблю и ненавижу, которого хочу, но не могу оттолкнуть, я почти верю ему.

Глава 24

Тамерлан улетает решать свои важные дела. И я остаюсь одна.

Папа к тому времени уже в частной клинике, в отдельной палате. Врачи говорят, что кризис миновал, но нужно наблюдать.

Тамерлан был прав, когда сказал, что сейчас не время для гордости, и я сдалась.

Согласилась на то, чтобы отца перевезли в частную клинику. Да, и если честно, мама приняла такое решение, мне лишь оставалось просто не противиться.

Мы навещаем каждый день, но сегодня мама пошла одна.

У меня у самой скоро случится нервный срыв, и я тоже загремлю в больницу. Да ещё в какое-нибудь неврологическое отделение.

Почти каждый день просыпаюсь разбитой, с тяжёлой головой. Мама едва держится, у меня тоже сил еле хватает.

Смотрю на себя в зеркало: бледное лицо, тёмные круги под глазами, потухший взгляд. Но нельзя раскисать. Я прилетела в Питер работать. Не могу из-за личных проблем забить на всё и подвести Олега Викторовича.

Надеваю лучший деловой костюм: тёмно-синий, приталенный, с белой блузкой. Волосы собираю в строгий пучок, тщательно маскирую консилером следы после бессонных ночей. Пусть хотя бы косметика скроит то, что творится внутри.

Отель «Золотой лев» находится на набережной реки Мойки. Это очень красивое здание начала XIX века, фасад выполнен в стиле классицизма. Но внутри полная разруха после предыдущего ремонта. Его реконструкций мне и предстоит заняться.

Если честно, то я рада заняться работой. Так хотя бы могу отвлечься от всех своих нерешённых проблем.

Потому что это Тамерлану я смело заявила, что подаю на развод. Сама же несколько раз пыталась заполнить форму на Госуслугах. Но каждый раз закрывала страницу браузера.

Дура, конечно. Но это так сложно. Убеждаю себя, что завтра всё сделаю. Вот только папе станет лучше, и я буду немного поспокойнее.

Встречаюсь с представителем заказчика в небольшом офисе на первом этаже. За столом сидят трое: женщина средних лет в деловом костюме, пожилой архитектор - Семён Александрович, который когда-то был моим преподавателем в университете и...

Адам Каримов.

Сердце пропускает удар. У меня чуть сумка с чертежами не выпадает из рук. Такого «сюрприза» я точно не ожидала.

Что он тут делает?

Если у меня на лице можно прочитать удивление и даже шок, то он, наоборот, выглядит довольным. Его карие глаза сверкают. Это всё тот же взгляд самоуверенного хищника.

- Злата Владимировна. - Женщина приветствует меня. - Я Ирина Васильевна, управляющая проектом. Это наш инвестор Адам Каримов.