Поднимаю на него глаза. В его взгляде читается понимание. Какое-то глубокое, человеческое понимание, которое сейчас для меня дороже золота.

- Знаешь, Злата, за годы работы я повидал разных мужей. Тех, кто контролирует каждый шаг жены. Тех, кто приезжает забрать с корпоратива. И тех, кто звонит начальнику и требует отменить командировку, потому что муж так решил.

- Он действительно всё решил за меня.

- Да, плюс намекнул на какие-то последствия, если я не прислушаюсь. - Олег Викторович хмыкает. - Байсаров, видимо, забыл, что я тоже не вчера родился.

Чувствую, как к горлу подступает ком. Хочется рассказать все, выплеснуть всю боль, весь страх, всю безысходность, но не могу найти слов. Голос застревает где-то глубоко внутри.

- Послушай меня внимательно. Я не знаю, что у вас происходит дома, да и не моё это дело. Но судя по тому, как ты выглядишь последнее время, и по тому звонку... У меня не очень приятные ощущения.

- Олег Викторович...

- Не говори ничего, если не хочешь. Просто послушай. - Он встаёт, подходит к окну. - Тамерлан Байсаров большая шишка в столице. Связи, деньги, влияние - всё при нём. Ты это и без меня понимаешь. Но знаешь что? У каждой большой шишки есть те, кто хотел бы сместить его с насиженного места.

Смотрю на его спину, не понимая, к чему он ведёт.

- У твоего мужа есть конкуренты. Серьёзные. Особенно Рустам Каримов. Кажется, троюродный брат отца Тамерлана. Они не просто родственники, но и старые враги, делят рынок строительства уже лет десять.

- Зачем вы мне это рассказываете?

Он поворачивается ко мне.

- Потому что, если женщина решит рассказать прессе историю о том, как влиятельный бизнесмен принуждает жену к чему-либо. - Он делает паузу. - Такая история может очень навредить репутации. Каримов, например, с радостью поможет эту историю раздуть.

- Я не могу...

- Конечно, не можешь. Ты порядочная женщина. - Он возвращается за стол. - Но иногда порядочность - это роскошь, которую мы не можем себе позволить.

- Есть ещё один вариант. Более элегантный скажем так. У Каримова есть сын, Адам. Ему около тридцати, холост, неплохо выглядит. Работает в семейном бизнесе.

- И что?

- То, что если жена Тамерлана Байсарова начнёт появляться в обществе Адама Каримова. - Он довольно улыбается. - Это может довести твоего мужа до белого каления. Его самолюбие этого не выдержит, а уж тем более сплетни, которые неминуемо поползут по городу. Он будет унижен. Мужчины как дети, Злата. Особенно кавказские мужчины. Им можно изменять, но их женщина даже не смеет смотреть в сторону другого.

- Олег Викторович, я замужняя женщина...

- И христианка, насколько я знаю. - Он кивает. - Поэтому никто не просит тебя изменять мужу. Просто, скажем, побудь на людях. Покажись в ресторане, на премьере, на выставке. В компании симпатичного мужчины. Слухи в нашем городе распространяются быстро.

Я молчу, переваривая услышанное.

Слова Олега Викторовича обрушиваются на меня, как холодный душ, пробуждая ото сна. Это не просто совет, это план. Рискованный, опасный, но, возможно, единственный.

- Подумай об этом. - Мягко говорит он. - И помни, что бы ни случилось, у тебя есть работа. Я на твоей стороне.

- Спасибо.

- Что с командировкой? - Может быть, всё-таки можно что-то придумать? Я правда могу работать, Олег Викторович. Мне это нужно.

- Конечно можешь. - Он понимающе кивает. - Я отменил поездку только потому, что твой муж фактически мне угрожал. Но работа никуда не делась. Проект можно вести удалённо, если понадобится. Или, если получится улететь, проект твой.

- Спасибо.

- Не за что. Просто будь осторожна, Злата. Загнанные в угол мужчины бывают опасны. И твой муж, похоже, сам себя загнал в угол.

Выхожу из кабинета и пониманием того, что у меня появились варианты. Страшные, рискованные, но варианты.

Сажусь за свой стол, но работать не могу. Прокручиваю в голове разные варианты.

Да, возможно, Тамерлана можно задеть через репутацию. Но что, если он прав насчёт религии?

Что, если по исламу он действительно имеет право на вторую жену, а я просто «капризничаю»?

Когда мы поженились, его семья смирилась с тем, что я не приму ислам. Тамерлан даже гордился этим - мол, показывал свою терпимость. «Люблю тебя такой, какая есть», - говорил он. Но теперь, когда ему это выгодно, он требует, чтобы я жила по законам чужой для меня религии.

Я могла бы просто сбежать, прямо сейчас. Сесть в такси и умчаться в аэропорт. Но что потом?

Беру телефон, ищу адрес центральной мечети. Двадцать минут на такси. Если сейчас уеду, к семи вернусь. Тамерлан ничего не заподозрит.

Мне нужно сначала услышать правду от имама. Мне нужно услышать от религиозного авторитета: действительно ли ислам требует от жены-христианки покорно принимать вторую жену мужа? Или это злоупотребление, которое осудил бы любой честный человек?

И уже потом, если понадобится, буду использовать советы Олега Викторовича.

Если окажется, что Тамерлан извращает религию ради своих прихотей, тогда я не буду чувствовать вины за то, что действую против него. И у меня есть права, которыми и воспользуюсь.

Глава 12

Мечеть находится в двадцати минутах от работы, добираюсь очень быстро. Стою и смотрю на небольшое, но красивое здание с минаретом, куда Тамерлан иногда ездил по пятницам.

Если он постоянно ссылается на ислам, на традиции, на религиозные права. Хорошо. Если он играет по религиозным правилам, то и я изучу, какие права есть у меня.

Вспоминаю слова муллы во время нашего никаха: «Брак в исламе - это договор взаимных обязательств. Муж обязан обеспечить жену, жена обязана быть верной мужу. Но если условия договора нарушаются» … Дальше я тогда не слушала, была слишком счастлива. А зря.

Свои права нужно знать!

И ещё одно воспоминание всплывает. Был разговор с Тамерланом через год после свадьбы. Я спросила его в шутку, не планирует ли он когда-нибудь взять вторую жену. Он тогда рассмеялся: «Зачем мне вторая жена, если первая даёт мне всё, что нужно?

Я ему верила, вот только Тамерлан нарушил своё слово. Ему вообще не стоило доверять. Или что-то сильно поменялось? Или мой муж всегда таким был?

Наконец решаюсь и захожу во двор мечети. Утром здесь немноголюдно, всего несколько пожилых мужчин, которые пришли на утреннюю молитву. Они с удивлением смотрят на меня - женщина в европейской одежде, явно не из числа постоянных прихожанок.

- Простите. - Обращаюсь к одному из них. - Можно увидеть имама Исмаила?

- Он сейчас в молитвенном зале. - Скоро закончит. Подождите в женской части.

Прохожу в небольшую комнату, отведённую для женщин. Сажусь на ковёр, пытаюсь успокоиться. Что я скажу имаму? Как объясню ситуацию?

Через десять минут появляется имам Исмаил, мужчина лет шестидесяти, с седой бородой и добрыми глазами.

Я запомнила его очень хорошо. В день свадьбы он показался мне добрым и достойным служителем, к которому можно обратиться за помощью.

- Добрый день. Не знаю, помните ли вы меня?

- Ас-саляму алейкум, сестра Злата. - Говорит он мягко. - Что привело вас к нам так рано?

- Ва-алейкум ас-салям. - Отвечаю, пытаясь вспомнить правильные слова. - Имам Исмаил, мне нужен совет. О правах жены в исламе.

Он внимательно смотрит на меня, садится напротив.

- Слушаю вас.

- По исламскому праву. - Начинаю осторожно. - Жена имеет право на справедливое отношение мужа, правильно?

- Конечно.

- А если муж... если он не выполняет свои обязанности? Если причиняет страдания?

Имам хмурится.

- Сестра, о чём именно вы говорите?

- О том, что муж взял вторую жену без согласия первой. И теперь требует, чтобы первая жена прислуживала второй.

- Ахх, - имам качает головой. - Это сложный вопрос. Полигамия разрешена в исламе, но при условии справедливого отношения ко всем жёнам.

- А если справедливости нет? Если первую жену унижают, заставляют терпеть оскорбления?