Мне не хватало чего-то, что внесло бы окончательную ясность.

Только поговорить с Алексом мне не дали, а точнее нам не дали возможности остаться наедине достаточно долго чтобы поговорить.

После того как Старейшины покинула зал Совета. Начали уходить и другие. Когда, куда и с кем, ушёл Шилдэн, я не видела. Но обратив мой быстрый взгляд, брошенный на трибуну, Бугай оповестил меня.

— Его увели Стражи Совета.

— Яся, ты не переживай — тут же обнял меня за талию Лекс и гордо сказал. — Мы тебя ему не отдадим! Ты наша! Все слышала, дядя Алекс сказал, мы своё защищаем. Мы Альфы стаи Блэйквуд!

— Ну конечно! — улыбнулась я позволила себе вольность поцеловать мальчишку в макушку. — Вы мои Блэйквуды!

После того как зал почти опустил, Дарен, бэта стаи, который был среди наших защитников, дал сигнал, и мы так же пошли на выход. За дверями нас уже встречали. Регина Блэйквуд обняла меня и пусть я не была её дочерью, но слёзы в глазах, этой сильной женщины-волчицы, не могли оставить меня равнодушной. Доктор Сахров тоже тепло поздоровался со мной, но потом держался в стороне. Он всегда вызывал у меня симпатию, а сейчас, когда я увидела, как он смотрит на старшую миссис Блэйквуд, мне стало даже чуточку жаль его.

Получалось что, Аркадий Васильевич всю жизнь любить женщину, долгие годы служил ей и её семье, но при этом всегда оставался для неё лишь другом. А из того, что я уже знала о Регине Блэйквуд, она всегда любила только своего супруга, своего Альфу Блэйквуд. Поэтому даже после его смерти, её сердце принуждало только её волку.

Вот так будет и со мной. Теперь я это знала. Мои Альфы, мои Алекс и Влад, они забрали моё сердце, я сама пустила их в него и теперь, я не принадлежу сама себе. Камила права то, что между мою и моими волками, это не только запах, и химия тел, это одно биение сердца на троих.

Только в отличие от Регины, моё сердце будет биться до тех пор, пока бьются сердца Алекса и Влада. А значит Влад жив!

Об этом мне тоже нужно было поговорить с Алексом.

Не знаю как, почему, но Влад не умер тогда в гостинице.

Джек! Вот кто мог пролить свет на то, что случилось с моим вторым Альфой. И я видела его тогда в лесу, когда Алекс нашёл меня.

В голове было столько мыслей, что было сложно определиться, что абсурдные предположения, а что нет. Но мне не дали на это времени.

Сразу после того, как мы вернулись в крыло Блэйквудов, Регина Блэйквуд пригласила меня к себе. И первые её слова, дали мне понять, она истинная мать своих сыновей и от неё невозможно было скрыть правду.

— Я знаю, что ты не моя Алексия. Да после слов того волка, мне захотелось поверить в это. Но нет! Ты Блэйквуд, и я могу называть тебя дочерью, но ты стала ею не по рождению.

— Алекс сказал вам? — предположила я.

Сначала мы были в комнате втроём, Регина, доктор Сахров и я. Но вот Регина сделала лёгкий кивок, и Аркадий Васильевич ушёл. Оставив нас вдвоём. После этого она встала и подошла к окну, а я подумала, что имя Регина, означающая царица, очень подходило этой женщине. Но вот когда она заговорила, что и у царицы есть сердце, которое кровоточит и болит.

— Нет Настя, мои сыновья очень скрытные. Алекс даже не рассказал мне о смерти своего брата, думает, что эту новость я не переживу. Я уже лишилась дочери, похоронила мужа, потом младшего сына, а сейчас, когда мои мальчики нашли свою истинную пару, случилось это. Я ведь никогда не надеялась, что мои старшие сыновья найдут своё счастье.

— Вы так говорите, потому что у них один зверь — поняла я.

— Да. Мои сыновья особенные. Нет так было не сразу. Они родились с небольшой разницей, всего год. Мой волк сделал меня самой счастливой женщиной и матерью. Мальчики были такими разными, но дружными. Они росли и радовали нас. Но уже тогда злой рок начал преследовать нашу семью. На одной из своих первых охот мальчики попали в волчью ловушку. Один из них спасая другого чуть не погиб. И случилось то, после чего оборотни не выживают. — Регина замолчала, она как будто снова переживало то, что случилось много лет назад.

— Большая потеря крови — закончила я за неё.

— Да. Один из братьев принёс почти обескровленное тело второго. Сила зверя в крови оборотня. В его сердце. А сердце одного из моих сыновей уже почти не билось. Переливание чеховской крови не спасёт волка, даже тело. Нельзя влить в тело оборотня человеческую кровь и надеется, что он выживет, пусть и станет просто человеком. Но будет жить. Может быть, обратный процесс и работает с людьми. Но не с двуликими.

Раньше я не задавалась вопросом, что такого особенного в том, что у моих Альф один зверь. Я просто знала и любила. Да, Лекс мне несколько раз говорил, что это семейная тайна. Но я не думала, что это всё так сложно и запутано. И вообще я всё ещё слишком мало знала об оборотнях.

— И как же…? — ведомая не просто любопытством, спросила я.

— Аркадий Васильевич сделал переливание

— Нет, мам. — зайдя в комнату к матери, сказал Алекс. — он соединил две кровеносные системы в одну. Наши сердца несколько дней работали в унисон и перекачивали одну кровь. Это продолжалось пока крови не стало достаточно, чтобы можно было попробовать разделить цикл. Но зверь одного из нас умер ещё в той волчьей яме. Поэтому была вероятность, что после разделения цикла, оставшийся в живых зверь выберет только одно тело.

— Да, всё так и было. — ответила Регина сыну и с гордостью добавила. — Но в итоге вы оба остались живы, и ваш зверь теперь сильнее всех других!

Алекс подошёл к креслу, встал за ним и положил свои руки мне на плечи.

— Мам, зачем ты вспомнила эту историю? Сейчас у нас и так много других забот.

— Затем, что я не верю, что Влад умер! — поразила меня мать Алекса.

Она озвучила ему мои слова.

— Мама, эта тема закрыта! — резко ответил Алекс.

— Ты не понимаешь, я ведь тоже — подскочила я с кресла и попыталась объяснить всё Алексу.

— Настя. Ты сама всё видела. Не стоит придумывать что-то. Не тешьте себя пустыми надеждами. Влад мёртв! — каждое слова моего волка, оставляло глубокий порез на моём сердце.

Регина, хотела что-то ещё сказать, но вот постучали в дверь и Варс сообщил, что Алекса вызвали на закрытое совещание совета.

— Мам, если ты устала, Настя может.

— Нет сынок, пусть останется, и позови Аркадия Васильевича.

— Простите, но его и ещё Руслана Бугаева, так же вызвали на это закрытое совещание — отчитался Варс.

Регина ничего не ответила на это. А я пошла проводит Алекса до дверей. После мимолётного прикосновения к моим губан мой волк, сказал.

— Сегодня я понял, что Совет не вправе решать за нас! Мы достаточно сильны чтобы самим диктовать правила! Да, нам придётся задержаться в Англии, но сделаю так как будет лучше для нас, а не как требуют правила, придуманные кем-то! Не для этого мы нашли тебя. Зверью не нужна другая! Только ты! Люблю!

Ещё один короткий поцелуй и он ушёл.

Уже почти закрыв дверь, Алекс ещё что-то сказал. Но я не расслышала что.

— Алекс?

— Последние слова он сказал мне. Знал, что я расслышу, а ты нет — усмехнулась Регина.

— Вот он опять что-то от меня скрывает? — расстроилась я, вернулась к креслу и плюхнулась в него.

— Мой сын попросил не разговаривать с тобой о Владе, он чувствует твою боль и пытается избавить тебя от неё. — в глазах Регины я видела сейчас искреннюю материнскую любовь. — И боюсь, девочка моя, тебе придётся смириться, с тем, что порой любовь бывает деспотичной, особенно когда ты истинная пара Альфы.

Регина выполнила просьбу сына, мы не разговаривали о Владе. Точнее о том, что случилось с ним, но мать моих Альф с удовольствием делилась со мной своими воспоминаниями. Потом был просмотр фотоальбома. Регина недавно оцифровала все архивы семьи Блэйквуд, и я могла видеть, как росли и менялись мои волки. Правда приходилось смотреть фотографии в перемешку.

— У меня ещё не было времени выстроить их по хронологии — первоначально предупредила меня Регина.