Ноги мои були связаны в лодыжках, и зафиксированы ремнями в двух места: на уровне колен и на уровне ступне. Нижнего белья на мне не было, и я знала, что раскрыв полы халата этот ублюдок видит меня обнажённой. Почувствовав чужую руку, попыталась сжать ноги ближе друг к другу. Только тело моё меня не слушалось. Я лежала как бревно.
Но видать кому-то это нравилось, в подтверждении этого я услышала.
— Люблю послушных сучек. Жаль у тебя кляп во рту, и я не могу услышать, как ты скулишь. Ну ничего, после опытов дока мы ещё с тобой поиграем по-настоящему. А пока я буду представлять, как ты скулишь, как просишь, чтобы я остановился, а потом молишь чтобы не останавливался. Вот сейчас.
Чужая рука переместилась и чужие пальцы попытались проникнуть внутрь меня. Не имея возможности физически противостоят действиям насильника я мысленно убивала его. Злоба, ненависть, чувство безысходности переполняли меня, и я кричала внутри. Кричала во всё горло, я звала их моих Альф! Знала, что это бессмысленно и меня никто не услышит, но только этот крик души помогал справится с происходящим и пережить этот момент. Часть меня умирала и спасения не было.
И тут снова раздался писк!
Но в этот раз пищал не мой ошейник. Моё тело было под воздействием успокоительного и не реагировало на метания моего разума.
Писк стал громче, и машина снова остановилась.
Всё происходило очень быстро и вот я услышала, как открылась дверь салона, Джек ругался и, кажется, мутузил своего напарника. Его слова слышала с промежутками между ударами.
— Дебил! Тебе что шлюх мало? Решил поиграть с огнём? Закрой её гроб. Ты что хочешь чтобы волки стаи Блэйквудов нашли её по маяку?
По звуку поняла, что Джек отшвырнул того второго, а потом захлопнулась крышка моего гроба. Стало тихо, но ненадолго. И пусть крышка и приглушала звуки, но из всех моих органов чувств сейчас работало лишь одно. Может именно из-за этого оно было так обострено, что несмотря на то, что они говорили уже тихо и нас разделяли стенки и крышка не простого гроба. Но я всё же расслышала часть их дальнейшего разговора.
— Так Франк же спалит маяк. Они не найдут её — скулил откуда-то из дальнего угла напарник Джека.
— Для этого её нужно сначала привезти к Франку. — как с неразумным дитём разговаривал Джек. — Но ты решил поиграть? Вот честно, ты дебил и своей смертью ты не помрёшь. Тебя либо сам Франк убьёт за порчу груза или Блэйквуд при следующей встречи почует на тебе её запах и разорвёт в клочья.
— Старший Блэйквуд в Глазго и пока он занят женихами своей невестки.
— Уткнись! — не сдержался и повысил ещё раз голос Джейк.
Но только его напарник уже не мог остановиться.
— Так он же на днях женится на вдове своего младшего брата. Так что эта сучка ему и не нужна уже. Они видать поделили всё между собой. Один стал главой стаи, второму досталась сучка.
Во время их диалога, Джек точно был чем-то занят. Он не спешил уходить, и спустя минуту прекратился писк, спасший меня от насильника. Что это пищало я так и не поняла. Ведь мой ошейник молчал. На ум пришла лишь одна мысль: «Помимо меня они везут к доктору ещё одного или одну подопытную. На кома-то там такой же ошейник, как и на мне!»
Тут же во мне проснулась надежда:
это же может быть Влад, а вдруг его не убили?
Но также быстро надежда и умерла. Ошейник надевают на оборотней в человеческом облике. На зверя не надеть ошейник. Даже на полумёртвого. Мне про эти ошейники я много чего узнала от Грасса-младшего. После нашего приезда в Канаду, когда мои волки уходили на охоту, Бугай был с нами и рассказывал Лексу всё что знал сам. Сейчас эти воспоминания лишь ранили душу. Но зато знания позволили не тешить себя глупой надеждой.
Это же подтвердили и слова Джека.
— Смерть, вот что досталось второму!
А дальше было откровение. Совсем тихо Джек добавил.
— Хотя если док прав, и она всё же их истинная пара, то второй Блэйквуд сойдёт с ума без неё. Так что тоже скоро сдохнет. В их случае было лучше не находить её. Возможно оба остались бы живы.
— Тогда я не пойму, если она им так важна, то почему метку не поставили? Ни один, ни второй? — реально удивился напарник Джека.
— Сказал замолкни. Иначе я и тебе кляп в рот вставлю! — перед тем как покинуть салон катафалка и снова сесть за руль раздражённо сказал Джек. — И к этой сучке Блэйквудов даже не смей прикасаться. Хочешь поиграть? Так второй груз есть. Рискни! А вдруг тебе понравится!
В конце Джек громко заржал, считая, что его шутка удалась. Смеялся громко, так что даже после того, как закрыл дверь салона я слышала его смех. А вот ответ его напарника я уже не услышала. Наконец-то подействовал второй укол, и я отключилась.
Пришла в себя уже в клетке. Пусть и большой, но клетке!
Мешок с моей головы сняли и это было единственное что кардинально изменилось. А в остальном я всё так же лежала привязанная ремнями, но теперь к кровати. Мои руки в кистях и ноги в районе лодыжек были зафиксированы, но уже не верёвкой как раньше, а широкими ремнями и они были разведены в стороны. Вместо моего халата на мне была какая-то больничная ночнушка-рубашка глухая спереди и длинной почти до колен, белая в синий цветочек.
После того как осмотрелась поняла, что синие цветочки на моей ночнушки — это единственное что было в этой клетке цветное. Всё остатное было серым. Даже решётки. Внутри клетки была кровать, на которой я лежала, и всё больше ничего. Но не отсутствие мебели давило на меня. И не путы, которыми меня сковали будто я смогла бы выбраться из этой крылатки.
А именно сама клетка! Металлические решётки! Вертикальные прутья плотными рядами давили на меня со всех четырёх сторон.
В голове снова начался какой-то гул и тут же запищал ошейник.
Лёжа, я почти не чувствовала этот предмет на своей шее. Он не сдавливал и не был холодным. Но вот этот жуткий писк меня нервировал.
— Привыкай. — услышал я чей-то голос. — И научись контролировать эмоции, а иначе он будет пищать постоянно. Он реагирует на учащение твоего пульса и ещё на что-то.
Я не видела говорящего, но могла точно сказать, что это был мужчина.
А ещё только когда он заговорил, и я попыталась найти его взглядом я поняла. Что освещение было сделано так, что я видела лишь то, что было внутри и саму клетку. А вот снаружи было темно.
— Кто ты? Где я? — начала я задавать вопросы, но ответ не получила.
Вдруг свет погас, клетка погрузилась в кромешную тьму. А потом я услышала, как что-то скрипнула и я знала, что кто-то зашёл в клетку. Я чувствовала приближение кого-то. Хотя и не могла ничего разглядеть.
Вот мне сделали укол. Поняла это же когда тонкая игла вонзилась в голое предплечье. Потом было несколько минут ожидания. Писк ошейника прекратился. Кто-то померил мой пульс. Мне самой даже не пришлось прилагать усилия чтобы успокоиться. За меня это сделало то лекарство, которое мне вкололи. Снова моё тело было безразлично к любым внешним раздражителям, и не починялось мне, а вот разум работал.
Ещё когда свет выключился, и я не смогла разглядеть в кромешной тьме ничего, я закрыла глаза. И вот сейчас я так и лежала обездвиженная лекарствами, с закрытыми глазами, но в полном сознании. Разве что гул в голове всё ещё мешал сосредоточиться на звуках.
— Ну что подействовало? — спросил кто-то.
Голос был мужской и звучал как будто издалека. Видать тот, кто спрашивал стоял не рядом с моей койкой, а там за периметром клетки.
— Думаю, что да. — ответил тот, кто стоял у койки. — Она же не зверь, а людям много времени не нужно.
— Тогда нечего тянуть. Нужно вытащить из неё маяк. — дал указание первый, тут же объяснив причины спешки. — Времени мало! Скоро Старший Блэйквуд узнает, что случилось и начнёт поиски.
Второй ничего не ответил, но моя койка сдвинулась с места и меня куда-то покатили. Вот мы миновали открытую дверь клетки, я понял это по характерному стуку колёсиков больничной койки по металлической рамке на полу. Потом шли по какому-то гулкому и тёмному коридору и вот вышли на свет. Сквозь плотно закрытие веки я лишь могла предположить, что второй коридор был освещён лампами дневного света. Вот тут-то это и случилось. Я моргнула. То есть моё веко дёрнулось. Сначала я решила, что это просто рефлекс. Но потом, когда смогла сделать это сама, то чуть не выдала себя. Сжала пальцы правой руки и почувствовала покалывание. Получалось, что в этот раз они точно ошиблись с дозой или же лекарство было другое, но меня потихоньку начало отпускать.
