Кроме создания головных уборов, Габриэль в Варене развлекало чтение книжек. Дешевые сочинения французских романистов открывали перед девочкой мир таких же дешевых, как и сами книги, страстей. Но для нее, читавшей в монастыре литературу совсем иного свойства, эти истории стали настоящим окном в мир любовных интриг, приключений, в мир красивых благородных мужчин и не менее прекрасных возвышенных женщин. За лето Габриэль буквально проглатывала десяток-другой книжек, чтобы потом в монастыре развлекать себя воспоминаниями о придуманных страданиях барышень, далеких от реальной жизни.
Вскоре сестер Шанель начали ненадолго приглашать к себе бабушка и дедушка, родители отца. Не исключено, что вместе со старшей дочерью они все-таки попытались компенсировать хоть в какой-нибудь степени свой отказ взять их к себе на воспитание. Бабушка с дедушкой жили на тот момент в Мулене, городе, где била ключом жизнь. Летом на воды съезжались состоятельные люди, прогуливавшиеся по улицам в шикарных нарядах. На свежем воздухе играли оркестры, работали многочисленные кафе. Девочек в сутолоку этого «вертепа» не пускали, но они все больше проникались духом свободы и желанием удрать из-под контроля. Гостя у родни, Габриэль, кроме положительных эмоций, столкнулась и с неприятным открытием. Оказалось, отец изредка навещал любимую сестру — тетю Луизу и время от времени общался с родителями. Его внимания не хватало только дочерям: их он навещать не собирался. Понять причины подобного поведения Альбера несложно, вспомнив его биографию. За родителей и сестру он не нес никакой ответственности, а вот дети оставались обузой, никудышным наследством, которое ему завещала несчастная жена. Дети ассоциировались у Альбера с Жанной, постоянно преследовавшей и докучавшей ему. Обретенная свобода дорогого стоила. Зачем же ею рисковать, когда девочки находятся под присмотром, а парни вполне способны позаботиться о себе сами? Для Габриэль новость была вторым ударом, вторым предательством отца, которого она отправила в своем воображении торговать вином в Штаты. Она уверовала в собственные сказки о нем, и неприятное открытие вернуло девочку в жестокую реальность.
К восемнадцати годам Габриэль превратилась в весьма привлекательную девушку. Она вовсе не походила на идеал того времени, будучи слишком худощавой, фактически с нулевым размером груди. Это было время пышнотелых женщин, а худоба вызывала целый ряд вопросов: не больна ли ее обладательница, какой образ жизни довел ее до такого состояния? Этот факт она потом тоже обыграет в созданном ею фирменном стиле: это будет стиль худых и плоских фигур, для которых доселе никто не удосужился сшить что-то приличное. Напротив, подобные фигуры пытались замаскировать, придать им пышности путем всяческих ухищрений. Коко Шанель недостатки фигуры превратила в достоинства, хотя часто упоминала о них. Внутренние комплексы, видимо, оставались, но внешне они больше не проявляли себя. Но ведь кроме фигуры у девушки есть и другие черты, которые привлекают окружающих. У Габриэль были шикарные густые волосы. Она любила заплетать их в косу и укладывать вокруг головы. Лицо ее имело приятные черты: узкие, аристократические, больше унаследованные от красавчика отца, чем от матери. У него же она позаимствовала умение общаться с людьми любого круга и богатое воображение, позволявшее рассказывать выдуманные истории своей жизни. Зато от матери к ней перешло безумное трудолюбие, которое вознесет ее чуть позже на вершину славы.
Пока что она выглядела бедной девушкой из крестьянской семьи, толком не знавшей городской жизни и не видевшей достатка. Несмотря на внутренний протест, монастырское воспитание долго будет давать о себе знать. Обретенная в какой-то момент семья в лице тети Луизы, дедушки и бабушки, кузенов, других тетушек не смогла восполнить пустоту, успевшую образоваться в душе одинокой Габриэль. Родственников, так внезапно снова объявившихся в ее жизни, она отвергла всех разом, не желая признавать, что у нее есть обязательства по отношению к семье — уж слишком поздно она ее приняла обратно. Адриенна являлась единственным исключением.
Часть вторая. 1901–1910 годы
Глава первая. Первые признаки свободы
Многие известные люди, особенно вышедшие из самых низов, пытаются скрывать детали своей биографии. Их путь наверх, к успеху, часто сопровождается болью, потерями, неудачами, позорными фактами, которые хочется скрыть от посторонних глаз. Неважно, что людям интересна именно эта сторона успеха. Главный герой не желает учить других преодолевать сложности, он пытается рисовать красивую картину, усыпанную розами без шипов. Именно такова Шанель; отсюда и некоторая неясность в трактовке разных периодов ее жизни, особенно на раннем этапе. По поводу ее переезда из Обазина в Мулен существует две основные версии, которые в целом картины не меняют, но первая, как более приглаженная, выглядит менее интересной — и, учитывая характер Габриэль, менее правдоподобной. Довольно часто из монастырского приюта девочек отправляли продолжать учебу в Мулене. Могли отправить и сестер Шанель. С другой стороны, в то время у них наладились какие-никакие контакты с семьей, поэтому переезд могли организовать родственники. Варен-сюр-Алье, маленький городок, где жила Луиза Костье с мужем-служащим, находился всего в двадцати километрах от Мулена. Тетя тоже могла приложить руку к судьбе молодых девиц — ведь им предстояло начать зарабатывать на жизнь, а значит, следовало завершить обучение и приступить к работе. Сомнительно, что кто-то видел для девушек будущее в монастыре: они явно не годились на роль монахинь. Как бы то ни было, а Габриэль в возрасте примерно семнадцати лет приняли в одно из религиозных заведений Мулена.
Итак, первая версия гласит: Габриэль исполнилось семнадцать, и дальше держать ее в обазинском приюте монашки не могли. Поэтому при содействии тети Габриэль и Адриенна переехали в Мулен. Там располагалась католическая школа с предоставлением проживания для девушек старшего возраста. Именно в Мулене у Габриэль начнутся первые опыты работы с платьями, так как пансион предоставлял возможность подрабатывать в ателье с безукоризненной репутацией. Однако, почувствовав «ветер свободы», девушка переехала из пансиона на съемную квартиру, а вскоре запела в местном кабаре.
Вторая версия куда более витиевата и насыщена деталями. Габриэль, чей дух сопротивлялся строгой, затворнической, подчиненной безусловной дисциплине жизни в Обазине, постоянно задумывалась о побеге. Подростком она не могла ни себе, ни сестрам ничего предложить в качестве альтернативы. Но когда она повзрослела, мысли на эту тему постоянно одолевали ее. Она часто демонстрировала свой крутой нрав, который не смягчится с годами. Именно в тот момент родственники решили пристроить Адриенну, сосватав ее за некоего солидного мужчину, который был гораздо старше предполагаемой невесты и не очень хорош собой. Понятно, что самую младшую дочь в семье деда и бабушки Шанель выдать замуж было непросто. Особого приданого за ней дать не могли, а в начале очереди на замужество стояли старшие сестры. Всем казалось, что вариант просто прекрасный, отказываться от которого неразумно. По большому счету, никто отказа от Адриенны и не ждал. Сама девушка додумалась лишь до монастыря: стать монашкой, остаться в Обазине — это всё, что пришло ей в голову, когда она увидела фотографию будущего жениха.
Габриэль женихов не предлагали, однако она сразу поддержала свою тетушку, которая была всего на год ее старше. Впрочем, поддержала только в порыве отказать жениху. Оставаться в монастыре, в заточении на всю оставшуюся жизнь? Нет, представить себе подобного она не могла, поэтому предложила Адриенне бежать. Та недолго отнекивалась — у Габриэль характер был покруче, она умела убеждать. Впоследствии больше ее увлечь «тетю» мог только мужчина. Но куда бежать молодым девушкам без гроша в кармане? Они добрались до Варена и сдались на милость тети Луизы. Луиза собиралась отправить нарушительниц порядка обратно в монастырь, однако их отказались принять. Порядки в монастыре отличались строгостью, кроме того, возраст воспитанниц вполне позволял отправить их в другое заведение.
