Дэвид Брукс в своих показаниях полиции был скуп на подробности, однако Уэйн Хенли, который принимал непосредственное участие во многих преступных действиях Дина Корлла, достаточно подробно рассказал о том, как Корлл «обрабатывал» его и подчинял его своей воле. Хотя в полицейских отчетах по делу Дина Корлла отрицается влияние на события тех лет субкультуры, которая защищала и поддерживала мужчин, эксплуатировавших мальчиков, эта субкультура не просто существовала, она процветала в Техасе. Она стала частью набора методов, которые использовал Дин Корлл – как в качестве угрозы, так и обещанием тех или иных бонусов своим подмастерьям.

Пока весь Хьюстон пребывал в шоке от новостей о преступлениях Дина Корлла, 10 августа 1973 года в полицию Далласа позвонил двадцатиоднолетний Чарльз Брисендин. Он сказал, что был членом организации под названием Фонд Одиссея, и добавил, что сильно напуган, поскольку его, как оказалось, должны были отправить к какому-то мужчине в Хьюстон. Он разочаровался в организации – по словам репортера из «Адвоката» – и считал, что она «может быть связана с убийствами в Хьюстоне». Брисендин недавно переехал в Даллас, чтобы работать в Фонде, но затем понял, что его пригласили туда на роль мальчика по вызову, или «эскорта». Увидев папки, подписанные «Устранить» или «Устранены», он вспомнил, что многие другие «сотрудники» бесследно пропадали. Юноша также добавил, что мужчина, управлявший Фондом Одиссея, известный как Хичкок, «всю неделю созванивался с Хьюстоном по телефону и был “рассержен” тамошними массовыми убийствами».

Брисендин позвонил и в ФБР. Агенты ответили, что могут вмешаться только на основании закона Манна, но этот федеральный закон, запрещавший перевозку людей через границы штата в сексуальных целях, применялся только к женщинам. Они предположили, что слова «устранить» и «устранены» на папках означали просто, что эти люди больше не работают в Фонде. Тем не менее без расследования выяснить это было нельзя.

Несмотря на равнодушие ФБР, полиция Далласа занялась информацией, предоставленной Брисендином.

Штаб-квартира Фонда Одиссея, занимавшегося секс-торговлей и порнографией с участием мальчиков, была обнаружена в квартире на втором этаже дома 3716-18 на Коул-авеню. Сорокапятилетний мужчина, руководивший ею, Джон Дэвид Норман (он же Хичкок), ранее обвинялся в двух десятках преступлений на сексуальной почве против детей и в многочисленных изнасилованиях, о чем знало ФБР. Его арестовали в Хьюстоне в 1950-х и осудили в Калифорнии за сексуальное преступление. Полиция Далласа начала наблюдение за квартирой № 208. Четырнадцатого августа был выдан ордер на обыск.

Хенли упоминал об организации, торгующей людьми, в которой участвовал Корлл. Как отмечалось выше, он заявил: «Дин сказал мне, что принадлежит к организации из Далласа, которая покупает и продает мальчиков, занимается шлюхами и перевозит наркоту и все в этом роде». Брукс заявлял нечто похожее: «В одном разговоре Дин упомянул, что в Далласе есть группа людей, которая занимается тем же, чем он… Первых, кого Дин убил, надо было на самом деле отправить куда-то в Калифорнию». Брукс также знал про секретный абонентский ящик, принадлежавший Корллу, почту из которого он уничтожал, а еще видел в доме Корлла записанный на бумажке номер телефона с кодом Далласа.

Корлл использовал эту страшную организацию, чтобы запугать Хенли и принудить к сообщничеству: «Дин сказал мне, что его организация достанет меня, если я что-нибудь ему сделаю». Хенли считал, что эта угроза распространяется и на его семью. Позднее Корлл смягчил свою риторику и стал внушать Хенли, что он сможет хорошо заработать. Летом 1973 года он сказал Хенли, что им надо поехать в Даллас, чтобы Хенли «получил опыт работы». Он упоминал, что заработок может составить тысячи долларов.

В результате обыска в офисе Фонда Одиссея в Далласе в августе 1973 года полицейские отчитались, что у Нормана было «большое количество папок с делами в его квартире, где перечислялись имена людей, не живших в городе, которые участвовали в актах содомии с друзьями Джона Нормана». В полицейском отчете сказано, что из офиса конфисковали «полный фургон порнографической литературы, картинок и карточек с личными данными».

Среди прочего там было новостное письмо, датированное маем 1973-го, где приводились фотографии и описания – включая спектр сексуальных услуг – многочисленных юношей. Они предлагались в качестве «эскорта» «спонсорам», которые платили пятнадцать долларов в год за членство в организации и брали на себя транспортные расходы по доставке юношей на место. Кодовым языком письмо сообщало, что эти юноши отправятся к спонсору для «личностного роста и развития». Хотя возраст, указанный рядом с фотографиями, подтверждал, что все юноши совершеннолетние, на некоторых снимках были очевидно детские лица. Получатели новостного письма находились в тридцати пяти штатах. За сумму от двадцати до сорока долларов, плюс авиабилет, спонсор мог «заказать» себе «спутника» и «разделить с ним увлекательные приключения».

Квартира Нормана служила перевалочным пунктом для юношей, которые проходили там трехнедельное «обучение» и «оценку». Нормана и еще пятерых человек арестовали по обвинению в хранении запрещенных веществ (1,8 кг марихуаны), а также в гомосексуальном сводничестве, из чего можно сделать вывод, что правоохранительные органы прекрасно понимали, что стоит за использованными эвфемизмами. Вряд ли «целый фургон порнографической литературы» являлся частью образовательной программы.

В ходе расследования, начатого полицией Далласа, выяснилось, что за последние двадцать лет Норман руководил организациями, занимающимися детской порнографией, в Лос-Анджелесе, Сакраменто, Сан-Диего и Санта-Монике в Калифорнии, а также в Хьюстоне, Техас. Офицеры в Далласе обнаружили сеть деловых контактов, связывавших Фонд Одиссея с Хьюстоном, Нью-Йорком, Флоридой и Калифорнией. В новостях упоминалось о «карточках с именами»: якобы там было от пятидесяти до ста тысяч имен «спонсоров». ФБР уведомили об этом, но карточки агентство так и не получило. Вместо этого полиция Далласа отправила их в Государственный департамент. Журналисту Кену Вудену из «60 минут» разрешили посмотреть на эти карточки. В выпуске «Детское порно» в 1976 году он сообщал, что видел на них имена двух сотрудников Госдепа, руководителя Нью-Йоркского балета, многих судей и крупных бизнесменов. Адвокат Госдепа заявил, что эти карточки «не содержат никаких конкретных данных», и никак не отреагировал на факт, что в списке клиентов Фонда Одиссея было двое членов Государственного департамента. Все карточки были уничтожены. Копий полиция Далласа не сохранила. Не было предоставлено никаких объяснений, почему карточки не получили ФБР, почтовая служба США или Налоговое управление, притом что все эти организации вели собственные расследования в отношении Фонда Одиссея. Те, кто видел карточки, считали, что дело замяли намеренно.

Норман внес залог в 7000 долларов (по данным репортеров) и вышел на свободу, отчего расследование застопорилось. Он сбежал из Далласа и поехал в Чикаго, где, используя псевдоним, укрылся в пригороде у одного из «спонсоров». Там он заново начал свой бизнес. Как у Корлла, у Нормана были молодые помощники – факт, который вскроется гораздо позже.

Стивен У. Беккер, чикагский адвокат, составил развернутое описание Фонда в Далласе, базируясь на информации о его основателе, Джоне Дэвиде Нормане. Беккера возмущало, что при расследованиях убийств связь с торговлей людьми упускают из виду; он объяснял это тем, что прокуроры предпочитают не усложнять дела, которые ведут, особенно дела об убийствах, где и так задействовано множество факторов. Они хотят, чтобы присяжные сосредоточились на обвиняемом, и стараются исключать все лишнее. Таким образом, важная информация замалчивается, утрачивается или даже уничтожается.