Я обратила больше внимания на Пейдж, дочь-подростка. Она уверена, что родители обманывают ее. Когда она узнает об их тайной жизни, то испытывает такой же шок, как дочь Рейдера Керри, которая говорила репортерам, насколько ее потрясли новости об отце. Я использовала этот эпизод, чтобы подтолкнуть Рейдера к осознанию сходства, но он не захотел задуматься о нем. Говоря о длинном интервью Керри прессе, он сочувствовал ее боли, но одновременно наслаждался интересом СМИ к нему. Очевидно, после того, как расщепление становится привычным, даже обыденным, люди вроде Рейдера прибегают к нему практически неосознанно. Рейдер утверждает, что любит своих детей и в 1974 году пришел в восторг, когда узнал, что скоро станет отцом.

Возвращение к нормальной жизни

«Восторг от новости о том, что твоя жена беременна, разве это не признак того, что ты нормален и испытываешь нормальные чувства? Мы хотели обязательно со временем завести детей. Мы с Полой наслаждались моментом. В начале зимы 1974–1975 годов я работал в ADT, устанавливал пожарные сигнализации. Пола утром сказала мне, что идет к врачу. В обед она пришла, мы вместе поели в ресторане, и она сообщила хорошие новости. Мы оба были на седьмом небе!

В прошлом мы испытывали кое-какие проблемы. У меня выявили низкую активность сперматозоидов. Когда я получил работу на полный день в ADT, мы решили завести ребенка. Поле было двадцать шесть, мне – двадцать девять.

Брайан родился 26 июля 1975 года, во второй половине дня. Я был так рад – за нас самих и за наших родителей. Теперь мы стали настоящей семьей. С ребенком и работой у меня не оставалось свободного времени. Пола ушла с работы, чтобы растить сына».

В остальном мире тем временем продолжалось расследование дел Отеро и Брайт. Но в обоих детективы зашли в тупик. ВТК не позвонил на тот телефонный номер, и в следующий год сообщений от него не поступало. Однако Рейдер не закончил убивать.

С июля 1976 по август 1977 года Нью-Йорк держал в страхе Убийца с 44-м калибром, который расстреливал случайных людей, преимущественно пары. Он напал на тринадцать человек в трех разных районах в течение одного года и убил шестерых. Он также писал письма в прессу и публичным персонам, называя себя Сыном Сэма и признавая, что он чудовище. В городе царила атмосфера паники, потому что убийца мог нанести удар в любое время и в любом месте, а потом просто раствориться. «Я люблю охотиться, – заявлял он в одном из писем. – Рыскать по улицам в поисках дичи – вкусного мяса».

Специальный агент Роберт Ресслер из Отдела поведенческих исследований ФБР (позднее он был переименован в Отдел поведенческого анализа) говорит, что этот случай был первым, когда правоохранительные органы официально использовали термин «серийный убийца». Двадцатичетырехлетний Дэвид Берковиц был арестован благодаря парковочному талону. Жалкий помощник полицейского быстро сознался, оправдываясь психическим заболеванием, – он утверждал, что соседская собака, одержимая демонами, приказывала ему убивать. Его сочли дееспособным, и он признал свою вину.

Рейдер следил за этими событиями. «В его М.О. было мало сходства с моим, но он использовал 357-й «магнум», как у меня, и считал, что демоны, или Фактор Х, толкают его на преступления. У него имелись также представления о загробной жизни, похожие на мои. Я тоже бывал в Нью-Йорке, так что преступления в этом городе меня интересовали».

Перед тем как Берковиц был пойман, Рейдер выслеживал жертву номер шесть (хотя это был его пятнадцатый «проект»). Пола снова забеременела, у Рейдера была стабильная работа в ADT, однако он по-прежнему не знал покоя. «Моя жена сидела с детьми, пока они не пошли в сад, поэтому она либо находилась дома, либо навещала родственников. Я ссылался на то, что иду в колледж или, во время каникул, занимаюсь в библиотеке».

Он закончил с «проектом 17-я» и «проектом С. Э.». На 17-й улице, где он когда-то с другом арендовал квартиру, Рейдер увидел женщину, которая жила одна. Когда ее не было дома, он перерезал телефонный провод и собирался войти, но она вернулась прежде, чем он забрался внутрь, поэтому Рейдер сбежал. На «проекте С. Э.» он тоже перерезал телефонный провод, но тут залаяла соседская собака и «спугнула меня».

11 августа 1976 года Рейдер оказался в совершенно неожиданной ситуации. «Я увидел трейлер «Коулмен», выставленный на продажу, и назвал свой проект «Трейлер». Когда-то я работал на «Коулмен», поэтому обратил на него внимание. У нее была пара ребятишек школьного возраста, но жила она одна. Я заговорил с ней и собирался посмотреть трейлер, как будто хочу его купить, – в качестве уловки. Но в тот же день в «Уичито Холидей Инн», совсем близко оттуда, кто-то устроил стрельбу, и вокруг было полно полицейских. Я ушел».

Дело № О5CR498

17 марта 1977-го полиция прибыла по адресу 1311 Южная Гидравлик-стрит. Соседка, к которой прибежали крайне встревоженные мальчики, увидела внутри женщину с пакетом на голове, которая казалась мертвой. Тело было обнажено, лежало на кровати лицом вниз, ногами к изголовью кровати, приставленной к дверям ванной. Пакет на голове был завязан розовой ночной сорочкой. Запястья и щиколотки были перемотаны черным скотчем, белая веревка связывала руки за спиной. Также веревкой была обмотана шея, четыре раза; веревка шла через все тело, к щиколоткам и запястьям. Жалюзи на окнах были опущены.

Погибшую звали Ширли Виан. Ее сыновья, шести и восьми лет, прибежали к соседке, и вскоре полиция узнала, что мальчики являлись свидетелями убийства – они сидели в запертой ванной. Дети описали белого мужчину с пистолетом и небольшим чемоданчиком на молнии. Он затолкал их и младшую сестру в ванную, а потом связал мать. Их в ванной он тоже связал. Стив, шестилетний, ранее видел этого мужчину на улице – он постучал к ним в дверь и показал фотографию женщины с ребенком. Он спрашивал, не знает ли Стив этих людей, и тот ответил, что не знает. Старший мальчик разбил окно в ванной, чтобы выбраться наружу.

Быстрое переключение

Рейдер выбрал март для следующего нападения, потому что «он связан с тройкой. Это третий месяц в году. К тому же у меня были весенние каникулы в университете и отпуск на работе».

Ширли Виан не была его первым вариантом в тот день. «Она подвернулась совершенно случайно. Напротив магазина «Диллонс» жила другая, которая могла стать потенциальной добычей, – а может, я путаю ее с девушкой из своих фантазий. Я называл ее проект «Грин», или «Гринвуд». Я познакомился с этой девушкой, Шерил или Черил, в университете и знал, где она живет, у нее в адресе [была] цифра 12. Еще один проект у меня был на Южной Гидравлик-стрит. В тот день я поехал в «Диллонс» и припарковался там, чтобы понаблюдать за тем домом, а потом вылез из машины и подошел к дверям. Я постучал, но никто не открыл. Я говорил [в других показаниях], что у меня был еще проект, «Блэкаут», по названию бара, где я встретился с девушкой, о которой подумывал. Но я просто нагонял туману. Это не был реальный проект.

Я был на взводе из-за того, что не попал в дом проекта «Грин», поэтому поехал, припарковался и начал ходить по району. На мне был «пиджак Джеймса Бонда», очень хороший, твидовый, и красивая обувь. У меня было достаточно проектов, над которыми я работал, для замены, так что я мог перейти к следующему. Я ходил по задним улочкам и знал, где кто живет. Тот район был хорош для проектов, потому что туда легко было подъехать и было где скрыться. Имелись и другие дома, за которыми я наблюдал, но я записывал только самые основные. Мне было удобно парковаться у «Диллонс» и искать проекты, приезжать и уезжать беспрепятственно. Еще я часто пользовался в «Диллонс» ксероксом и делал вид, что совершаю покупки, чтобы идти за людьми на улицу и до их домов. В «Диллонс» я покупал и тру-крайм-журналы.