Пожилой Пикетт проехал мимо, затем посмотрел в зеркало заднего вида. Незнакомец доделал свое дело и полез в машину. Перед этим он как будто бросил что-то с насыпи.

Пикетт огляделся в поисках полицейского. Накануне во всей округе было полно людей, которые копались в сугробах и рылись в полях, но сейчас никого не было видно. Он решил вернуться и записать регистрационный номер нарушителя. Сбросив скорость для разворота, он увидел зависший у себя над головой вертолет.

Поворотные фары у «Селебрити» были потушены, передняя пассажирская дверца открыта, а парень внизу сидел внутри, высунув одну ногу наружу.

Пилот заложил крутой вираж, и когда мы разворачивались, дверца машины захлопнулась, и парень скользнул за руль. Он направлялся на восток, в сторону Рочестера, не превышая скорости, но держась всего лишь чуть ниже разрешенного порога. Я подумал, что кем бы ни был этот парень, что бы он ни замышлял, он связан с местом преступления, его нужно допросить. Правило № 1: Охраняйте место происшествия. Но… место может измениться.

Я решил, что тело никуда не денется, и сказал пилоту:

– Держись за этой машиной.

Мы выполнили еще один быстрый разворот и последовали за ним на нормальной скорости, чуть выше телефонных столбов, не отставая от машины. Опуститься ниже и рассмотреть регистрационный номер мешали деревья.

Через несколько километров «Селебрити» заехала на муниципальную стоянку в Спенсерпорте, через дорогу от дома престарелых «Веджвуд» на Черч-стрит. Я позвонил патрульному Стэндингу, и он сказал, что будет там через пять минут. Мы зависли над площадкой и наблюдали, как водитель выходит. Он был плотного телосложения, одет в бежевую куртку, синие джинсы и бейсболку. Перейдя улицу, он вошел в дом.

Патрульный Дональд Влак передал по рации, что услышал шум вертолета и направляется на помощь. Я попросил его найти водителя, чтобы мы смогли поговорить с ним.

Я не думал, что этот парень и есть убийца; я просто хотел знать, что он делал там, в парке. Стэндинг подъехал к «Селебрити» сзади и сообщил по рации номер – XLT-125. Машина принадлежала Кларе Нил.

Как только Стэндинг и Влак сообщили по рации, что парень у них, мы вернулись к ручью Салмон-Крик. Я ожидал увидеть кучу полицейских со сканерами, но прошло всего несколько минут, и мы использовали много жаргонных словечек, чтобы замаскировать наши переговоры.

Потребовалось три минуты, чтобы найти место для посадки на заснеженном поле в паре сотен метров от водопропускной трубы. Мы с Кеном Хантом вышли из машины и подошли к месту происшествия так близко, как только могли, не оставив следы. Свежая цепочка следов вела вниз к ручью от обочины. С дороги тело не было видно.

Из брокпортских казарм прибыл еще один следователь Бюро, Пол Десиллис. После того как он помог нам оградить место происшествия оранжевыми столбиками и лентой, я попросил его съездить в Спенсерпорт и опросить того парня из машины.

Я был счастлив, что мы наконец занимаемся делом. Я думал, что раз мы нашли Фелицию Стивенс, то потребуется совсем немного времени, чтобы поймать убийцу. Ребятам из Бюро уголовных расследований будет чем гордиться.

Около полудня Арт пришел на кухню в дом престарелых. Я раскладывала ланчи по подносам и расставляла их на переносных подставках. Он протянул пластиковую бутылку диетической пепси и сказал:

– Куда это можно выбросить? Мне пришлось пописать в бутылочку.

Я указала на маленькую ванную. Потом он возвращается и говорит:

– Подойди на минутку.

Я обратилась к своей дочери Линде:

– Закончи здесь за меня, хорошо? Мне надо понять, чего хочет Арт.

Мы пошли в комнату отдыха и сели там. Он сказал:

– Я остановился неподалеку отсюда на дороге съесть салат и пописать в бутылочку. И там пролетал полицейский вертолет. Они последовали за мной сюда. – Он помолчал и коротко добавил: – Один из копов только что зашел сюда и хочет посмотреть мое удостоверение личности. Для чего?

Я сказала:

– Не знаю, для чего. Они ведь не видели, как ты мочился в бутылку из-под пепси?

Мы оба были озадачены, но я знала, что все уладится. Что они с ним сделают, посадят в тюрьму «Синг-Синг»? Мне нужно было возвращаться на работу, поэтому я оставила его сидеть там и читать утреннюю газету. Тут входят полицейские и спрашивают, не выйдет ли он к машине. Арт только что сказал:

– И все это из-за того, что я помочился?

Он выхватил бутылку из-под пепси из мусорной корзины и спросил, нужна ли она им в качестве улики. Они сказали:

– Нет, оставьте ее там.

Они все вышли на улицу. Скажу вам прямо, я подумала, что эти копы просто сумасшедшие. Я сказала Линде и другим, чтобы не волновались. Сказала им, что все, что сделал Арт, это перепутал лес с туалетом. Потом мы занялись кормлением пациентов.

Сидевший на заднем сиденье патрульной машины Джона Стэндинга мужчина по имени Артур Джон Шоукросс, казалось, не испытывал особого желания разговаривать. Он сказал, что одолжил «Селебрити» у подруги и поехал в близлежащий Брокпорт купить ланч навынос. Возвращаясь в Спенсерпорт по шоссе 31, свернул с дороги, чтобы перекусить. Он сказал, что выбросил пустой контейнер из-под салата в Салмон-Крик и начал мочиться на обочину, но когда услышал шум вертолета, переключился на пустую бутылку из-под диетической пепси. В конце своего повествования он добавил:

– Похоже, я действительно попал в передрягу, когда остановился там.

Пол Десиллис из Бюро запросил более подробную информацию, включая домашние адреса и сведения о работе Шоукросса и его подруги Клары. Он рассказал следователю, что высадил ее у дома престарелых незадолго до шести утра, перешел через улицу на муниципальную стоянку, припарковался рядом с мусорным контейнером и дремал до десяти. Он предъявил удостоверение личности с фотографией водителя транспортного средства штата Нью-Йорк и объяснил, что у него не было действительных прав с 1970 года. Когда следователь спросил, почему прошло так много времени, Шоукросс заколебался, затем сказал, что он был «в тюрьме».

– За что? – спросил Десиллис.

– За непредумышленное убийство.

Я была слишком занята подачей обеда, чтобы беспокоиться из-за копов, но когда освободилась в час дня и вышла на улицу, чтобы Арт отвез меня домой, вся парковка была забита ими. Около восьми полицейских машин! Они заблокировали мою «Селебрити». Я подумала: «Во имя всего святого, что здесь происходит?»

Когда они увидели, что я иду по дорожке из дома престарелых, один из полицейских подбежал ко мне и говорит:

– Мы хотим поговорить с вами минутку.

Подошедший мужчина в гражданской одежде представился следователем Десиллисом. Я спросила:

– Что, черт возьми, происходит?

Он задал мне миллион вопросов: видела ли я мистера Шоукросса с какими-нибудь незнакомыми женщинами, знала ли я о том, что в моей машине бывали другие женщины, и тому подобное.

Потом мистер Десиллис сказал, чтобы я не смущалась, но он вынужден кое-что спросить меня о нашей сексуальной жизни. Он был милым и вежливым. Он спросил, были ли мы любовниками, и я прямо сказала, что мы были любовниками больше, чем Арт со своей женой, и он всегда говорил мне, что я как будто девственница, только крепче.

Он задал еще кое-какие вопросы, и постепенно я начала понимать, что происходит. Поскольку они застукали Арта писающим в общественном месте, то подумали, что он какой-то извращенец. Я-то знала, что это не так, поэтому просто сказала:

– Вот что я вам скажу, мистер: вы можете задавать любые вопросы, какие захотите.

Его интересовало, как именно мы занимались любовью, и я объяснила, что мы делали это совершенно нормальным способом: Арт сверху, я снизу, все происходило нежно и приятно. Я сказала, что мы виделись, может быть, раз пять в неделю и занимались любовью раз или два из них. У Арта не было проблем с эрекцией, но в последнее время у него болело левое яичко, и из-за этого ему требовалось больше времени. Полицейский также спросил, эякулировал ли мистер Шоукросс, и я сказала, что да, ни у кого из нас трудностей по этой части не возникало.