– Отлично, – заключил демон, – значит, разум не поврежден. Помните, как попали в клинику?

– Да…

Говорить оказалось тяжело. Шею словно опоясывала удавка.

– Знаете, какое сегодня число?

– Нет…

Райвен сидел возле капсулы, в которой лежала я, и детально изучал мои жизненные показатели на экране. Белый камзол идентифицировал его как лекаря, красный крест на спине как специалиста по проклятиям. И только резкий голос, суровая сдержанность с оттенком напускного равнодушия и легкая седина при довольно молодом для демона возрасте подсказывали истину. Не лекарь. Охотник, воин, капитан. Что-то заставило его отказаться от прошлой жизни и начать новую, совершенно другую.

Заметив на себе мой пристальный взгляд, Райвен обернулся.

– Как вы себя чувствуете? – спросил он.

В ответ я лишь поморщилась. Чувствовала себя отвратительно. Каждая клеточка тела реагировала на малейшее движение, меня знобило, и голова разрывалась на части, а еще апатия сковывала, как нейролептики широкого спектра. Но я жива, а это главное, так что все не так уж и плохо, а даже наоборот вполне себе хорошо.

– Давно я здесь? – прошептала тихо, едва ли различимо.

Но Райвен услышал.

– Четыре дня.

Я закрыла глаза. Как много времени прошло… а я помню лишь минутные пробуждения. Ну да ладно, теперь важно другое:

– Когда я смогу уйти?

– Кто сказал, – охотник насмешливо вздернул черную, рассеченную старым шрамом бровь, – что я собираюсь вас отпускать?

Я в недоумении уставилась на него.

– Что это значит?

– То и значит. Вы никуда не уйдете, пока не заплатите за мою помощь.

– Не проблема. Чего вы хотите? Денег? Сколько?

– Мне не нужны деньги. Я в них не нуждаюсь.

Логично. Высокородный явно не бедствует.

– Тогда что вам нужно?

– У меня есть ряд вопросов – о краймерах, вашем клане, о контракте и тысячелетних. Ответите на них и можете быть свободны. Все просто. В отличие от вас, я держу слово.

И всего-то? Врожденный интерес охотника? Я ожидала худшего.

– Хорошо. Задавайте свои вопросы.

– Я лекарь, а не садист. Сейчас вам нужен отдых, поговорим потом.

С этими словами он поднялся на ноги и, отключив личный анализатор от капсулы, безмолвно удалился из палаты.

Райвен больше не приходил, зато меня периодически навещала медсестра – светлая магиня уже преклонных лет. Она дружелюбно улыбалась, но от капсулы предпочитала держаться на расстоянии. Я чувствовала ее страх. Интересно, она знает, кто я? Если знает, то почему молчит? Предана Райвену? Боится Райвена? Презирает власть?

На следующий день рабочий андроид деактивировал капсулу восстановления, которая питала и поддерживала во мне жизнь магическим и медикаментозным образом. Другие андроиды из числа санитаров помогли мне встать, разрешили размять мышцы, затем усадили в кресло и перевезли в одиночную палату, где вместо капсулы меня ждала кровать. Окна в палате были запечатаны магией. Вероятно специально, чтобы я не сбежала. Как предусмотрительно со стороны Райвена… Наверное, высокородные это единственные существа, не считая рунников, чьи заклинания не сможет разрушить даже целый клан краймеров или ковен ведьм. Природа удивительна – она сбалансировала способности охотников и хищников, наделила и тех и других примерно сопоставимой силой.

Несколько раз я пыталась выйти в коридор и тихонько покинуть клинику, но дверь была так же запечатана магией, как и окна. Я попала в ловушку. И мне это не нравилось.

В палате я провела еще три дня. Полностью восстановилась и чувствовала себя как прежде. Единственное, что удручало, помимо заточения в палате, так это руны. Точнее их отсутствие. Татуировки и руны скрытности, которые позволяли мне оставаться незримой для клана и старейшин, были удалены вместе с поврежденными участками кожи. А те знаки, что остались, выжгла магия Райвена. Не специально, просто это было неминуемо при длительном воздействии целебных чар. Сохранилось только черное солнце у основания шеи на спине – единый знак краймеров, он возникает, когда пробуждаются силы, и исчезает в момент смерти. На солнце знак мало похож, если честно, скорее на огненный круг с беснующимися языками пламени.

Райвен появился неожиданно, причем неожиданно во всех смыслах. Я не чувствовала его приближения, как это происходило раньше, и не улавливала угрозы, которая до сих пор имела место быть. Инстинкты дали сбой – они сочли высокородного безопасным существом, ведь он фактически спас мне жизнь, сперва добыв противоядие, а потом исцелив своей магией.

– Я вижу, вам уже лучше.

Демон приблизился к кровати. Я сидела поверх одеяла в больничной сорочке и, не реагируя на приход охотника, продолжала практиковаться в боевой магии. Вообще-то краймеры редко используют эту часть черной силы. Когда есть смертельная магия, доведенная до совершенства еще в детстве, то боевая, которую нужно ежедневно тренировать, чтобы не потерять сноровку, не так уж и востребована. Плюс краймеры предпочитают холодное и огнестрельное оружие боевым чарам.

– Надеюсь, вы пришли, чтобы выписать меня, господин Райвен? – Я мило улыбнулась, превращая черное облако дыма в убийственный пульсар, способный проломить бетонную стену. – В противном случае я уйду сама, но мне бы не хотелось разрушать вашу клинику. Под руинами умрут невинные. К тому же я благодарна за спасение, поэтому считаю бессовестным портить ваше имущество.

Но, в принципе, такой исход возможен. Черная магия способна устроить большой «Бум!».

Охотник настороженно проследил, как пульсар видоизменяется в призрачную пасть клыкастого монстра, хмыкнул и одним движением подавил мою магию.

Я растерянно моргнула. Черная дымка рассеялась в воздухе.

– Как вы это сделали?!

Нейтрализовать ядовитую магию краймера, то же что и летящий астероид остановить голыми руками. Нашу магию можно отразить, но не более того.

– Одевайтесь, – вместо ответа велел Райвен. Стопка одежды, явно купленной совсем недавно, легла на кровать. – Считайте, что я вас выписываю.

Я с подозрением покосилась на рубашку, джинсы и нижнее белье, затем на Райвена.

– Я могу идти домой?

– А он у вас есть? – жестокая издевка, учитывая, что дома у меня действительно нет.

Я заметно помрачнела.

– Просто одевайтесь, – повторил Райвен. – Я подожду вас в коридоре.

Одежда пришлась по размеру. Даже нижнее белье – черные трусики и бюстгальтер. Темные джинсы сидели на мне идеально, но все равно стесняли движения. Не люблю джинсы, в них нельзя сражаться, в них становишься медлительной, недостаточно поворотливой, уязвимой. Красная клетчатая рубашка была свободной, но опять же не для повседневного ношения. Слишком яркая, очень броская! И длинные рукава никуда не годятся. Райвен хитер. Он подобрал удобную одежду, но явно не предназначенную для наемника.

Я вышла из палаты, как только переоделась. Высокородный стоял у двери, подпирал стену своим плечом.

– Выглядите очень молодо, – заметил он, окинув меня оценивающим взглядом.

– В этой-то одежде? Еще бы!

– Дело не в одежде, а в вашей юной внешности.

Я безразлично пожала плечами. Что есть, то есть.

– Природа наделила женщин-краймеров красотой и вечной молодостью. Мы хорошо владеем магией, но физически слабее мужчин большинства рас. Обольщающие чары защищают нас от агрессии со стороны противоположного пола.

Райвен неодобрительно покачал головой.

– Ваши чары – яд, который сводит сынов Ночи и Тьмы с ума, заставляет отключать инстинкты и рассудок. Мужчины теряют голову, видя женщин-краймеров.

– Ваша голова пока на месте, – не удержалась я от колкости. – Когда начнете ее терять – сообщите. Очень хочу на это посмотреть.

– Обольщающие чары на охотников не действуют, – обрадовал Райвен. – Просто не забывайте, что в Тан-Граде детям до шестнадцати лет запрещено разгуливать по улицам ночью. Если стражи увидят вас в истинном обличии в ночное время суток – неприятности гарантированы.