Единого он корня был со мною;

Куниццой я звалась и здесь горю

Как этой побежденная звездою. [33]

Но, в радости, себя я не корю

Такой моей судьбой, хоть речи эти

Я не для вашей черни говорю. [36]

Парис — сын Гекубы, естественно одного с ней корня. А имя Куницца легко увидеть в имени превратившейся в собаку Гекубы — Киноссема или Киноццема. Гекуба была прозвана собакой не из-за того, что завыла над телом своего сына Полидора (кровь которого Данте видел, выступающей из отломанной ветви дерева), не оправившись ещё от жертвоприношения дочери Поликсены, а получила прозвище из-за своей высокой плодовитости. Судите сами, 19 или 20 сыновей и несколько дочерей (Кассандра, Поликсена, Иксиона и др.), что можно сравнить с плодовитостью собаки, которая мечет много щенков.

Русское название зверька породы куньих — куница, переводится точно, как «собачка». Ещё более точно это название звучит у её сибирской разновидности — соболя.

Из академической статьи:

Парис или Александр — в древнегреческой мифологии сын Приама и Гекубы, с именем которого связана Троянская Война.

По одному рассказу, он был вторым сыном Гекубы. По другому рассказу, родился, когда у матери было много детей. Мать увидела во сне, что рождает горящий факел, из которого выползло множество змей (либо видела, что рождает огненноносную Эриннию со 100 руками).

Напуганные таким предвещанием родители по рождении ребёнка велели рабу Агелаю отнести его на гору Иду и оставить там на произвол судьбы; но младенца вскормила медведица (по версии, собака) и воспитали в своей среде пастухи (или слуга Приама — Агелай).

Юный Парис подрос и стал пастухом идейских стад; его возлюбленной стала нимфа Энона. Получил прозвище Александр, так как отразил разбойников. Вырос среди пастухов.

В пастушеской обстановке застали его три богини, которых Зевс приказал Гермесу отвести на Иду, чтобы Парис рассудил их. Гера, Афина и Афродита пришли к нему за решением спора о том, кто из них прекраснейшая. Они явились Парису на Иде обнаженными. По Страбону, суд над богинями происходил на горе Александрия у Адрамиттского залива. Гера обещала ему господство над Азией, Афина — победы и военную славу, Афродита — обладание прекраснейшей женщиной; он предпочел последнее, приобретая этим себе и своему народу в Афродите постоянную покровительницу.

Вскоре после этого Кассандра признала в нём брата, и таким образом Парис обрёл свой родной дом. Согласно трагедии Еврипида, у него был любимый бык, который стал наградой на погребальных играх Александра, где Парис одержал победу. Победил на играх в беге, пятиборье и кулачном бою.

Вопреки предостережениям Эноны, Парис, по совету Афродиты, отправился в Амиклы, покинув любившую его нимфу. Построил корабль из елей на Иде, чтобы плыть в Спарту, либо из леса, срубленного на Фалакре. Плавал в Спарту с девятью кораблями.

Наделённый богиней Афродитой всеми чарами красоты и прелести, он понравился гостеприимным хозяевам и особенно прельстил Елену. Между тем Менелай отправился на Крит, а Диоскуры были заняты спором с афаретидами; воспользовавшись отсутствием защитников Елены, Парис убедил её бросить дом супруга, и отплыл с ней ночью в Азию, взяв много сокровищ из дворца Менелая. Этот поступок Париса послужил поводом к Троянской Войне. Похитив Елену, Парис впервые сочетался с ней на острове Краная (около берегов Лаконики), построив напротив храм Афродиты Мигонитиды. Плывя из Спарты в Трою, он посещает Сидон (либо прибыл сразу в Трою на третий день).

В последовавших битвах Парис принимал мало участия и лишь после настойчивых и оскорбительных увещаний брата Гектора вступил в единоборство с Менелаем, кончившееся тем, что Афродита спасла своего любимца от неминуемой смерти. В «Илиаде» убил 3 греков. Согласно эпосам, именно Парис (или Аполлон из его лука) поразил стрелой в пятку неуязвимого и непобедимого Ахилла.

Вскоре Парис был смертельно ранен Филоктетом; стрела была ядовитая, и он обратился к своей первой супруге за исцелением, но она отказала ему в помощи, и он умер от раны. Энона не пережила своего всё ещё любимого супруга.

Могила Александра и Эноны находилась на равнине Кебрения в Троаде. Его лиру показывали в Трое Александру Великому.

По Дарету, суд Париса был сном. По интерпретации, не судил богинь, а сочинил их энкомий.

По интерпретации ученых XIX века, как герой азиатских сказаний, Парис был женственным богом красоты и изнеженности, хотя в минуту необходимости он не лишён отваги. В нём сказываются те же типические особенности, что и в Дионисе, Лидийском Геракле и Сарданапале; он является полным контрастом Ахиллу и Менелаю, чисто эллинским героям, олицетворявшим собой мужественность и силу.

Гекуба, в радости пребывания в объятиях Рая, на Венере, побеждённая звездой Любви, не корит себя за то, что пережила смерть всех своих многочисленных детей (в этом её можно сравнить только с Ниобой, окаменевшей после того, как Артемида и Аполлон истребили семерых её дочерей и семерых сыновей).

Почему я трактую мифы, а не ищу аналогов в окружении поэта? Он сам признаётся, что этот свет неизвестный ему (новый), а Гекуба излагает свою историю не для черни, окружающей её, причисляя к черни и Данте, и Вергилия. В самом деле, царица Трои, праправнучка самого Зевса, взирает со своего Олимпа — Венеры на человека XVIII века. Восстановление времени жизни Гекубы, Париса и Троянской Войны — тема другой книги.

Di questa luculenta e cara gioia

del nostro cielo che più m»è propinqua,

grande fama rimase; e pria che moia, [39]

questo centesimo anno ancor s'incinqua:

vedi se far si dee l'omo eccellente,

sì ch'altra vita la prima relinqua. [42]

Об этом драгоценном самоцвете,

Всех ближе к нам, везде молва идет;

И прежде чем умолкнуть ей на свете, [39]

Упятерится этот сотый год:

Тех, чьи дела величьем пресловуты,

Вторая жизнь вослед за первой ждёт. [42]

О Парисе, этом драгоценном самоцвете, идёт громкая молва везде. Судивший богинь, вручивший им «яблоко раздора», похитивший красавицу Елену, что стало причиной Троянской Войны, защищавший со своими братьями Трою до последней минуты, смертельно ранивший знаменитого героя Ахилла, Парис, этот современник Олимпийских Богов и Богинь навсегда остался в памяти людской. Гекуба говорит, что молве этой ещё нет пятисот лет (практически равняется «сдвигу Данте»). Как это понимать, пока неясно, ведь со времени Троянской войны прошло 2500 лет (снова эти 25 веков). Она прямо говорит, что «тех, чьи дела величьем пресловуты, вторая жизнь вослед за первой ждёт». Такой второй жизни в памяти людей удостоилась и самая знаменитая жена и мать человеческая — царица Гекуба!

Как здесь не вспомнить Шекспира: — «Что он Гекубе, что ему Гекуба!»

E ciò non pensa la turba presente