После окончившихся печально историй, связанных с борьбой за торжество передовых технических идей, хотелось бы обратиться к той области, где у нас всё обстояло, казалось бы, благополучно. Речь пойдёт о космонавтике.
В 1992 году я получил диплом действительного члена (академика) Академии космонавтики им. К.Э. Циолковского. Это меня несколько поразило. Ведь я, что называется, коренной нефтяник и для меня не было неожиданностью получить звание почётного члена Академии естественных наук и действительного члена Международной академии нефтегазового комплекса, поскольку я внёс определённый вклад в развитие новой техники и технологии в нефтяной и газовой промышленности.
Может быть, присуждение звания академика космонавтики объясняется тем, что по роду своей многогранной деятельности, особенно в Госплане СССР, мне приходилось участвовать в создании и развитии советской космонавтики. Так, в 1956-1957 годах, будучи Председателем Госплана при Хрущёве, я встречался с С.П. Королёвым — основоположником космонавтики и решал с ним немало вопросов, связанных с развитием этой области. Тогда под руководством С.П. Королёва создавались первые советские баллистические ракеты. Многие из них были на боевом дежурстве ракетных частей Советской Армии.
Возглавляя Госплан СССР в 1966-1985 годах, я продолжал принимать активное участие в дальнейшем развитии космонавтики. Возможно поэтому в сентябре 1981 года я был также награждён медалью академика С.П. Королева «За выдающийся вклад в становление космонавтики СССР», а в июле 1985 года удостоен медали имени М.Л. Миля «За создание новой техники».
В феврале 1998 года по приглашению главы администрации города Королева — А.Ф. Морозенко я посетил Ракетно-космическую корпорацию (РКК) «Энергия» им. С.П. Королева и его музей, а также Центр управления полётами космонавтов.
В музее широко представлены основные этапы развития советской космонавтики — от первых спутников Земли до последних космических кораблей. В Центре управления полётами демонстрируется фильм, просмотрев который можно узнать много интересного об орбитальной станции «Мир», вращающейся вокруг Земли более 12 лет.
В городе Королеве я встретился с Керимовым Керимом Алиевичем, который 25 лет был председателем государственной комиссии по запуску пилотируемых станций, с летчиком-космонавтом Аксёновым Владимиром Викторовичем, дважды Героем Советского Союза, представителями общественности и др.
Упоминаю об этой встрече потому, что у нас состоялась интереснейшая беседа о развитии советской космонавтики, о её состоянии в настоящее время. Хочу изложить заслуживающие внимания следующие основные положения, высказанные в ходе этой беседы К.А. Керимовым.
Часто говорят, что мы плохо готовились к войне с фашистской Германией и потому имели поражение в начале военных действий. Однако это неправда! Готовились мы даже больше, чем позволяла экономика страны. Именно потому у нас строго-настрого запрещалось тратить средства на всякие «экзотические» программы, как, например, освоение человеком стратосферы или даже космоса реактивными «приборами». Наш соотечественник К.Э. Циолковский провозгласил, что «...человечество не будет вечно жить на Земле, сперва робко проникнет за пределы атмосферы, а затем...». Мечтатель ушёл из жизни, а наследники его, желающие страстно воплотить его идеи в жизнь, были ограничены в своих робких начинаниях бурей надвигающейся войны.
А всему тому, чего требовала подготовка к войне, была открыта зелёная улица! Все, кто участвовал в этой войне, хорошо помнят, какой ужас наводили на фашистов наши легендарные[2] «катюши» — реактивные снаряды залпового огня, которые были созданы перед самой войной, а потом стали оружием Победы. Может быть, этим вся реактивная техника и ограничилась бы на какое-то время, если бы не ракеты вермахта — ФАУ-2, которыми немцы бомбили Лондон в конце войны. О них писал Черчиль Сталину и предупреждал его, что эти ракеты в конце концов и до Москвы достанут.
Тогда-то и началась страшная битва за баллистические ракеты дальнего действия. Как у нас обычно бывает, вышло в свет знаменитое Постановление Совмина, подписанное Сталиным, от 13 мая 1946 года, где всё было расписано до мельчайших подробностей. Руководство этими работами и контроль за ними возлагались на спецкомитет по реактивной технике во главе с Маленковым, Устиновым и Зубовичем. Страна, не залечив ещё раны, нанесённые войной, начала битву за ракетную технику. В конструкторском бюро НИИ, в цехах заводов и на стройках люди стали работать днём и ночью, не считаясь со временем. Ракеты Р-1, Р-2, Р-5 и Р-7 явились опорными вехами становления в нашей стране ракетной индустрии.
После появления на свет межконтинентальной ракеты Р-7 главный конструктор этой ракеты С.П. Королев вместе со своими ближайшими соратниками В.П. Глушко, Н.А. Пилюгиным, В.И. Кузнецовым, В.П. Барминым и другими сосредоточиваются на космической тематике и начинают более настойчиво требовать средства на освоение космического пространства. Но Королёва ограничивают. Однако вскоре ему поручают создание ориентированного спутника для зондирования Земли из космоса, способного возвращать на Землю отснятую на борту фотопленку. Работая над этой темой, Королёв создал вариант спутника для возвращения на Землю живого существа — собаки. И он начинает усиленно отрабатывать в натурных условиях спутник с подопытными животными. Причём работы эти проводятся ранее других и при личном участии самого Королёва. Вскоре он достигает обнадёживающих результатов и предлагает Правительству разрешить ему послать человека в космос. Короче, инициатива опять идёт не сверху, а снизу.
Королёв, продвигая свою идею, отмечает, что США, проиграв нам запуск первого спутника, стремятся теперь взять реванш. В конце концов, ему разрешают полёт человека с безусловной гарантией его возвращения на Землю. После успешного полёта Ю. Гагарина и восторженной оценки этого события во всём мире происходит переворот в умах нашего руководства. Оказывается, что космос как раз является той областью, где можно показать преимущество одного строя перед другим. И начинается победное шествие в космос. Причём, в планы работ включаются только такие полёты, которые имеют приоритетное значение.
Нельзя сказать, что на Западе и в США всё обстояло совершенно иначе. Там тоже первые космические достижения появились после создания своих межконтинентальных ракет военного назначения. Но в те времена благодаря трудовому подвигу многих коллективов во главе с Д.Ф. Устиновым и С.П. Королевым СССР удалось опередить США. Как известно, принятые потом президентом Кеннеди меры позволили США создать долговременную и мощную научно-техническую базу, которая позволила им осуществить полет человека на Луну, а затем сохранить и использовать её для выполнения престижного проекта «Спейс-Шаттл» и хорошо спланированных экономических задач.
Если для нас первенство в космосе было тогда средством доказательства превосходства коммунизма, подчеркнул К.А. Керимов, то для них космические программы служили средством обеспечения мирового лидерства в научно-технической сфере. Однако теперь получается, что фетиш — символ мирового господства разрушен. Вместо соперничества на арену выходит взаимовыгодное сотрудничество! Так ли это — покажет время.
В результате космической гонки осталась как в США, так и в бывшем СССР, превосходная техника. Достроена и успешно эксплуатируется Россией в содружестве с передовыми странами Америки, Европы и Азии старая орбитальная станция «Мир»; сооружается новая станция для нового века. Сегодня товаром высшей пробы является полет на станции «Мир», а средства, получаемые от коммерческой деятельности, используются для поддержания этой станции в рабочем состоянии. Американцы, не связанные с НАСА своей деятельностью, просят русских (и обратилась даже к нашему Президенту) не уничтожать эту стойкую и живучую станцию после 1999 года, как хотелось бы НАСА, а послать её на более высокую орбиту до лучших времен. Наверное, они в этом правы, высказал свою точку зрения К.А. Керимов.
