В Барселоне я познакомился с парнем, который потерял родителей, когда был совсем маленьким. Я помню его с банкой пива в руке, сигаретой в зубах и с блуждающим взглядом. Он говорил, что вышел из ада и в ад возвратится, ну не знаю, готов поспорить, он позаимствовал эту фразу из какого-нибудь вестерна. Ему нравилось играть в марсиан, мы играли сто раз, и я ни разу у него не выиграл. Однажды он предложил мне ограбить банк, он хотел достать денег, чтобы его бабушка могла жить по-человечески. Я решил, он шутит, но не засмеялся. Он показал мне пистолет. Я подумал — игрушечный. Его план был очень прост. Войти в банк, вытащить пушку, забрать деньги и спокойно, не торопясь, выйти. Но он разнервничался. Ему всадили две пули в живот, а одну женщину ранили в руку. Его вынесли из банка ногами вперед, как выносят преступников в его любимых фильмах, а вокруг стояли зеваки и гудели сирены «скорой помощи». Сами знаете, парню, которому всадили две пули в живот, уже никак не помочь, это медленная и мучительная смерть. После этого я понял, что у меня нет ни сил, ни желания жить дальше. Я смотрю на себя в зеркало, подмигиваю, и кажется, что мне лет сорок.

Ну, я знал разных людей, и мужчин и женщин. Мне жаль, что после стольких скитаний и стольких знакомств именно это знакомство оказалось таким коротким. Ведь, по правде говоря, про все остальные и рассказать нечего.

notes

Примечания

1

В испанском тексте употребляется слово «дикобраз» — puercoespi'n, досл.: свинья-иголка. (Прим. перев.)