Прежде чем приступить к систематическому изложению материала, я сделаю несколько общих замечаний, во-первых, о теории мышления, а во-вторых, об организации нашей работы.

По характеру своего объекта теория мышления является наукой значительно более сложной, чем, скажем, физика или химия. По развитости и дифференцированности своих понятий она сейчас уже не уступает им. Вместе с тем по тонкости различений и сложности абстрактных способов рассуждения теория мышления намного превосходит и, по-видимому, должна превосходить все другие науки.

Объем материала, который мы должны пройти в этом курсе, огромный, а литературы почти нет. В лучшем случае это будут отдельные журнальные статьи, рассматривающие более или менее детально отдельные стороны и моменты того круга проблем, который мы с вами будем обсуждать. Поэтому, если вы хотите войти в этот круг проблем и действительно овладеть методами исследования, вам придется работать здесь, на лекциях, изо всех сил.

Чтобы облегчить вам освоение излагаемого материала и придать ему бо́льшую структурную четкость, я буду все время отмечать в своем изложении разделы, параграфы, главы. По окончании каждого параграфа (я буду говорить об этом) можно будет задавать вопросы. Я думаю, что самым полезным будет, если мы сможем тут же устраивать небольшие дискуссии, обмениваться мнениями по недостаточно отработанным и недостаточно точно изложенным вопросам.

Запомните, что вопросы на учебных лекционных курсах не могут быть неуместными и глупыми; эти характеристики могут быть приложены только к ответам. Наверное, на всю жизнь я запомнил слова одного из моих первых профессоров в университете о том, что самый худший результат после лекций – это отсутствие вопросов. Все бывает понятно только гениям или дуракам.

Первый вопрос, который у вас, естественно, возникает: что такое «мышление» и какое отношение к нему имеет логика? Или, иначе: какое место занимает «мышление» в логике? С этого вопроса действительно надо начинать.

Но, чтобы ответить на него, мне придется зайти издалека и затронуть целый ряд очень сложных и относительно самостоятельных вопросов. Нам придется потратить на них довольно много времени. И к ответу на вопрос, что такое «мышление» и какое место оно занимает в логике, мы придем не на сегодняшней лекции и даже не на следующей. В частности, нам придется рассмотреть вопросы о том, что такое наука, каковы ее основные элементы, или составляющие, затем перейти к вопросу о структуре науки логики. И только обсудив все это, мы сможем достаточно обоснованно ввести само «мышление» и охарактеризовать, очень грубо и предельно схематически, его место в науке логике.

При этом мы с вами попадаем в несколько странное, на первый взгляд, положение. Задача науки о мышлении и одна из важнейших целей изучения самого мышления состоит в том, чтобы ответить на вопрос: что такое наука? А нам приходится идти противоположным путем: чтобы ответить на вопрос, что такое мышление, и войти в круг проблем теории мышления и ее методологии, нам приходится предварительно ответить на вопрос: что такое наука? Это может показаться [логическим] кругом. Но пусть это вас не волнует.

Действительное, реальное движение научных исследований всегда совершается по таким кругам. Чтобы ввести понятие о мышлении, мы должны знать в общих чертах, что такое наука, и опереться на эти знания. Но затем, чтобы получить более детальный, развернутый и систематизированный ответ на вопрос, что такое наука и каковы ее виды, мы должны будем разработать, развернуть теорию мышления и использовать ее понятия как основания и систему средств для ответа на этот вопрос.

Разбирая все эти вопросы, я буду вместе с тем параллельно вводить понятия, которые нам необходимы и которые будут выступать в качестве средств нашего анализа и рассуждений. Фактически каждый параграф этого раздела будет содержать одно или несколько понятий, вводимых более или менее явно и более или менее формально. На эту сторону дела вам тоже нужно обратить особое внимание.

§ 1. «Практика», «искусство» и «наука»

Представим себе, что перед нами какая-то совокупность однородных процессов деятельности и они образуют некоторую область, которую мы будем рассматривать. Говоря об однородности процессов деятельности, я имею в виду пока очень неточное и интуитивное представление о сравнительной простоте этих процессов: они должны быть либо чисто «практическими», либо же «теоретическими», но в последнем случае обязательно одного порядка. Это интуитивное различение, имеющее хождение в широкой литературе, будет сразу же уточнено путем задания особого изображения структуры рассматриваемой нами деятельности. Это изображение даст нам экспликацию введенного выше определения, и в дальнейшем мы будем пользоваться им, всегда имея в виду указанную структуру. Чтобы упростить рассуждение, мы будем дальше рассматривать только практическую деятельность и будем строить первые исходные изображения именно для нее.

Итак, мы имеем какую-то единицу процессов практической деятельности. Эта единица может быть изображена в виде следующей схемы (см. рис. 1).

Рис. 1

Здесь нужно сделать несколько оговорок.

Во-первых, приведенная схема не исчерпывает всех тех элементов, которые обязательно должны входить в изображение акта деятельности[26]. Поэтому в правом углу схемы мы введем еще один блок, обозначенный знаком вопроса, и предположим, что в него входит все остальное, что необходимо для акта деятельности и что мы не зафиксировали в уже введенных выше блоках.

Второе важное замечание будет носить методический характер. Все блоки приведенной схемы составляют некоторую целостность и поэтому должны рассматриваться обязательно вместе, как единство, и лишь на этом пути возможен их действительный анализ. Но вместе с тем, помня о сформулированном выше принципе, мы можем брать любые блоки этой схемы попарно или в любых комбинациях, в отношениях друг к другу или в связях друг с другом. Таким путем мы будем выявлять функции и свойства элементов деятельности, зафиксированных в этих блоках. В дальнейшем вы увидите, что эти выделения и сопоставления не могут быть произвольными, а должны подчиняться особым схемам так называемого структурно-функционального анализа. О них речь будет впереди; здесь же обсуждение этих вопросов увело бы нас слишком в сторону от основной темы.

Необходимо также специально отметить, что материал средств фигурирует у нас дважды: мы отметили это обстоятельство, сказав, что средства деятельности включаются в процедуры. Там они уже будут принципиально иными образованиями – элементами самих процедур деятельности. В дальнейшем вы увидите, что это различение материала и функций рассматриваемых образований имеет исключительно принципиальное значение для понимания структуры науки.

Мы можем также ввести в эту схему особое изображение – стрелку связи между объектом и продуктом деятельности (см. рис. 2). Она изображает превращение, или преобразование, объекта деятельности в некоторый продукт, совершаемое с помощью или, точнее, посредством процедур деятельности.

Рис. 2

На этом этапе рассуждений мы будем предполагать, что процессы, или акты, рассматриваемой нами практической деятельности состоят из элементов, изображенных нами на схеме. Область практической деятельности задается рядом, совокупностью таких актов.

Чтобы двинуться дальше в развертывании наших представлений и введении нужной нам системы понятий, воспользуемся особым приемом так называемых «разрывов» в уже введенном предмете изучения. Предположим, что какая-то процедура деятельности, выработанная на основе определенных средств, применялась последовательно к ряду объектов О₁, О₂… О_k и каждый раз давала нужный людям продукт. Затем она применяется к объекту О_n, сходному с предшествующими объектами, и «не срабатывает», то есть либо вообще не может быть к нему применена, либо дает какой-то необычный, ненужный нам продукт. Такое положение, или такую ситуацию, мы и будем называть положением, или ситуацией, «разрыва».