255
Пирлинг П. Россия и папский престол. М., 1912. С. 176.
256
Там же. С. 191.
257
Там же. С. 177.
258
ПСРЛ. Т. 23. С. 292, 299–301; Базилевич К.В. Внешняя политика… С. 103–106.
259
ПСРЛ. Т. 25. С. 395.
260
Там же.
261
Там же.
262
Там же. С. 291.
263
Там же. Л., 1982. Т. 37. С. 93.
264
Там же. Т. 24. С. 191.
265
Там же. Т. 37. С. 93.
266
Там же. Т. 25. С. 297.
267
Русские летописи подчеркивают, что «царь Ахмут Кичиахметович» пошел на Русь «со всею силою великою Ордынскою» (ПСРЛ. СПб., 1910. Т. 20, ч. 1. С. 297), «со всеми силами своими» (там же. Т. 23. С. 160), «со всеми князми и силами ордынскими» (там же. Т. 24. С. 192), «со многими силами» (там же. Т. 25. С. 297).
268
По мнению Я.С. Лурье, неофициальный рассказ о событиях 1472 г. читался в общем источнике ряда русских летописей, который он считает Кирилло-Белозерским сводом начала 70-х гг. (Лурье Я.С. Общерусские летописи XIV–XV вв. С. 185).
269
ПЛ. Т. 2. С. 188.
270
Федор Давыдович, по выражению С.Б. Веселовского, «был выдающимся боярином Ивана III» (Веселовский С.Б. Исследования по истории класса служилых землевладельцев. М., 1969. С. 73). Принадлежа к старому московскому боярскому роду Акинфовичей, он стал боярином около 1471 г., отличился в новгородском походе 1471 г. (в частности, в боях под Коростынью, Руссой и на, Шелони), выполнял важное политическое поручение: приводил к крестоцелованию новгородцев после Коростынского мира (ПСРЛ. Т. 25. С. 286–291).
271
Князь Стрига — один из активных участников борьбы с Шемякой. В апреле 1449 г. он одержал над ним победу под Костромой, в январе 1456 г. вместе с Федором Басенком разбил новгородцев под Руссой (что определило исход зимнего похода Василия Темного) (ПСРЛ. Т. 25. С. 267, 268, 270, 274). В 1460–1461 гг. он был первым князем-наместником в Пскове, оставив по себе такую память, что псковичи позднее неоднократно просили о повторном его назначении к ним (ПЛ. Т. 2. С. 147–149, 164, 187). В 1467–1469 гг. Иван Стрига активно участвовал в Казанской войне, в 1471 г. стоял во главе правофланговой рати в походе на Новгород (ПСРЛ. Т. 25. С. 279, 286; Т. 24. С. 187). Будучи наместником в Ярославле, он проводил политику укрепления великокняжеской власти, за что заслужил порицание консервативно настроенных кругов (ПСРЛ. Т. 23. С. 158; АСВР. Т. I. № 338. С. 245).
272
ПСРЛ. Т. 25. С. 297.
273
Там же. Т. 24. С. 192.
274
Там же. Т. 20, ч. 1. С. 297.
275
Там же. Т. 24. С. 192.
276
Там же. Т. 20, ч. 1. С. 297.
277
Там же. Т. 24. С. 193.
278
Там же. Т. 25. С. 297.
279
Там же. Т. 24. С. 193.
280
Львовская летопись приводит рассказ о лихоимстве этого воеводы. Он якобы «захоте… посула, и гражене даша ему пять рублев». Но алчный воевода потребовал «жене своей шестого рубля». Пока шли эти препирательства, «придоша татарове, и Семен побеже за реку Оку и с женою и слугами» (ПСРЛ. Т. 20, ч. 1. С. 297). Такой же текст содержится в Сокращенных сводах и Архангелогородском летописце. Однако Сокращенные своды отмечают, что воевода Семен Беклемишев — «человек на рати велми храбр» (может быть, с ироническим подтекстом) (там же. М; Л., 1962. Т. 27. С. 278, 352).
281
ПСРЛ. Т. 24. С. 193.
282
Там же. Т. 25. С. 297. — Н.М. Карамзин видит в известии об отправке великокняжеского наследника в Ростов признак того, что «Москва страшилась» (Карамзин Н.М. История государства Российского. Т. 6. С. 34). По-видимому, правительство не исключало возможности прорыва ордынской конницы через Оку, в этом случае ордынцы в 2–3 перехода могли бы достичь столицы. Отправка наследника в Ростов свидетельствует о частичной эвакуации Москвы.
283
К.В. Базилевич объясняет выступление великого князя к Коломне отсутствием данных о движении татар к Алексину (Базилевич К.В. Внешняя политика… С. 100). Однако этому противоречит прямое указание летописи: великий князь выступил к Коломне после получения известия о движении на Алексин.
284
ПСРЛ. Т. 24. С. 193.
285
Там же. С. 193; т. 20, ч. 1. С. 297; т. 23. С. 297. — Особняком стоит рассказ Архангелогородского летописца о каком-то тайнике, в котором якобы укрылось до тысячи горожан с имуществом. Тайник был выдан Ахмату пленным «русином», жители истреблены, а «русин» отпущен (там же. Т. 37. С. 93–94). Достоверность этого уникального известия провинциального летописца вызывает большие сомнения — уж очень оно похоже на сказку.
286
Там же. Т. 23. С. 297.
287
Там же. Т. 24. С. 193.
288
Там же. Т. 25. С. 297. — Тот же текст содержат Ермолинская летопись (там же. Т. 23. С. 160), Сокращенные своды (там же. Т. 27. С. 278, 352) и устюжские летописи (там же. Т. 37). С. 48, 93). В Сокращенных сводах и Архангелогородском летописце верейский князь снабжен эпитетом «удалый». Прибытие Василия Верейского и Юрия Дмитровского отмечает и Типографская летопись (там же. Т. 24. С. 193).
289
Там же. Т. 20, ч. 1. С. 297; т. 24. С. 188, 193; т. 37. С. 92.
290
Там же. Т. 25. С. 297. — Еще более красочную картину рисует Ермолинская летопись: «А лучися тогды день солнечный, яко же колеблющеся, или озеро синеющеся, всих в голых доспесех и в шеломцех с аловци» (там же. Т. 23. С. 160).
291
Там же. Т. 25. С. 297; т. 20, Ч. 1. С. 298; т. 23. С. 181; т. 24. С. 193. — К.В. Базилевич высказал предположение, что служилые татары умышленно были подосланы в стан ордынцев (Внешняя политика… С. 101).
292
ПЛ. Т. 2. С. 188.
293
Особняком стоит известие Устюжской летописи по списку Мациевича: хан «поиде к себе в Орду» потому якобы, что «нача боятися князя Юрья» (ПСРЛ. Т. 37. С. 48). Тенденция к преувеличению роли удельных князей здесь доведена до крайнего предела.
294
ПСРЛ. Т. 25. С. 298.
295
Там же. Т. 20, ч. 1. С. 293.
296
В.Д. Назаров считает, что Волнин отправился в Орду «скорее всего еще в 1471 г. и, конечно же, вез с собой выход» (Свержение ордынского ига на Руси. С. 32). В другой своей работе В.Д. Назаров высказывает предположение, что задачей посольства Волнина «было расстроить оформлявшийся антирусский литовско-ордынский союз» (Конец золотоордынского ига. С. 109). Оба эти предположения столь же трудно опровергнуть, сколь и подтвердить. Но миссия Волнина свидетельствует во всяком случае о том, что между Русью и Ордой поддерживались дипломатические отношения.
