Тихо посмеявшись над придуриваниями бойцов, просто спокойно возвращаюсь к работе, стараясь не беспокоить моего заколебавшегося зама. Её тихое размеренное дыхание постепенно становилось всё тише, пока она не уснула.

****

-Все системы готовы к бою. Правая стопа чуть барахлит и руку заедает. Сигнал как будто доходит с задержкой.

-Это нормально. - Хлопнув по боковой броне, однорукий пилот трепетно провёл ладонью по металлу. Его лицо представляло из себя мешанину из бинтов и припарок с бактой, оставляя снаружи только один глаз. - Эта жопастая малышка и не с таким справлялась... Ты уж там береги её, пока меня не вернут в строй.

-Конечно. - Зная о привязанности пилотов шагоходов, Салько Шарус, урожденный джабиимец, только и мог, что кивнуть и согласится. - Ты и не заметишь изменений...

-Всем пилотам. Закрыть машины. Повторяю всем пилотам. Закрыть машины. Готовность две минуты.

-Ну, ладно. - По привычке сперва протянув культю, пилот смутился и со смехом подал здоровую руку, которую Салько с удовольствием пожал. - Удачи. Пусть Святая Свобода присмотрит за тобой.

Ухмыльнувшись на эти слова, джабиимец ударил кулаком в грудь, после чего закрыл кабину шагохода. С грохотом и лязгом, крепления брони соединились, запаковывая его внутри металлической коробки.

Выдохнув через рот, Салько с волнением взялся за рычаги управления, готовясь вновь пойти в бой, только в этот раз на настоящей машине для войны.

Когда в учебке с ними проводили вводные занятия, он и представить себе не мог, что так всё обернётся, но вот как повернулась жизнь. И теперь он пойдёт в бой в кабине EXO-45 Экзокостюма модели «патриот», хотя все по привычке называли их шагоходами.

-Ну, что... Сильвия? - Прочитав имя машины над экраном, Салько закатил глаза и рассмеялся, всё же в его глазах пилоты были теми ещё психами. - Давай покажем этим тварям, что такое настоящая сила демократии.

-Всем пилотам, говорит Сэм Альтман. - Мигом нацепив серьёзное лицо, словно стоит на плацу, джабиимец внимательно вслушивался в каждое произнесённое слово, словно машина записывая их в свою голову. Фанатичная преданность и верность командиру Адского Десанта была присуща всем жителям дождливой планеты, но у Шаруса были и личные причины следовать за Альтманом. - На вас возлагается серьёзная и сложная задача. Наша операция вступает в финальную фазу и именно вы будете теми, кто большими буквами впишет свои имена в хроники компании на Харуун-кэле.

Почувствовав напряжение, пальцы Салько сильнее сжали рукояти управления, а спина застыла в одном положении.

-Враг наступает широким фронтом по всей нашей линии обороны. Они бросили в ход свежие силы и множество своих боевых зверей, - речь командира была быстрой, чёткой и уверенной. Голос не прервался ни на миг, не было ни единой заминки, лишь ровный хорошо поставленный голос вещающий из динамиков, - но в шестом квадрате, в месте пролома стены, они послали свои лучшие силы. Именно вы станете теми скалами об которые разобьются эти бесконечные волны. Вместе со штурмовиками из второго полка, мы встанем на пути элиты дикарей и покажем им, что никогда не стоит недооценивать силу Свободы! Их больше, в разы больше чем нас. Но разве это хоть когда-либо играло роль для Адского Десанта?!

Не включая микрофона, Салько прокричал ответ также, как и сотни других солдат, готовящихся к отражению нападения.

-Адские Десантники, бойцы Второго Эшелона, ополченцы и гражданский персонал... Все вы, те кто стоит на защите нашей великой Республики и Демократии. Я горжусь, что иду в этот бой вместе с вами! Конец связи.

-ХУА!

-Всем пилотом, боевая готовность, начинаем операцию. - Плавно повернув рычаг, похожий на детский игровой джостик, Салько двинул свой шагоход вперёд, одним из первых покидая уютное нутро ангара и выходя на улицы города. Заработал сенсоры экзокостюма, обрушивая на свежеиспеченного пилота огромный поток данных. Сотни датчиков показывали самые разные параметры, назначение которых Шарус даже не пытался вспомнить. Задрав кабину к верху, он проводил долгим изучающим взглядом звено штурмовиков, заходящих на атаку, после чего присоединился к своей группе, встав во втором ряду строя. - Группа Три, маршрут построен. Выдвигайтесь на позицию.

-Вас понял, Гнездо. Приступаем к выполнению задачи.

-Удачи. - Связь со штабом оборвалась и в полной тишине боевые машины двинулись по улочками города, превращая асфальт планетарной столицы в кашу.

Грохот металлических шагов разносился на всю округу и казалось, что нет ничего кроме него, но так было до тех пор, пока танки и боевые спидеры не поехали следом за ним. Под гул антигравов и лязг гусениц, бронетанковый полк двинулся в сторону разгорающегося боя.

Салько внимательно оглядывался по сторонам, словно бы ожидая атаки в любой момент. Но узкие, уютные улочки старого города были наполнены тишиной и жизнью. Жизнью, которую они сегодня будут защищать.

Вот несколько детишек выглядывает из окна, одёргивая шторки. Недовольная мать хватает их за уши и утягивает в глубь квартиры, после чего спешно закрывает шторы, прижимая ладонь ко рту.

Пара стариков на скамейке с прищуром провожает их колонну. Один из них с трудом поднимается на ноги, прикладывая руку к виску и до самого последнего танка стоит возле дороги, хотя даже невнимательному взгляду станет понятно, как тяжело ему даётся этот процесс.

Взвод солдат пробегает перед ними и на миг пара салаг из Второго Эшелона застывают с открытыми ртами, засматриваясь на боевые шагоходы, быстрым шагом идущих в сторону боя.

У одного из них сбилась каска, а второй натурально распахнул рот, издавая глуповатый звук: "Вау-у-у".

Последним, что заприметил Салько, был обычный маленький ящер, один из немногих одомашненных видов питомцев на Харуун-кэле. Присев на задницу, существо внимательно следило за ними, словно могло видеть сквозь броню, но вскоре потеряло интерес и свернулось калачиком, пригревшись на солнце.

-Сотня метров до контакта. Приготовиться. Оружие к бою.

Голос командира главной машины ударил по ушам, мигом прогоняя наваждение и расслабленность. Мурашки пробежали по плечам и спине, холодным ушатом воды выгоняя остатки какого-то подобия сонливости.

Ухватившись за рычаги, Шарус привёл оружие в боевое положение, начав раскручивать лучемёт на левой руке и проверим отклик ракет на правой. Сигналы от вспышек и дымовых мин со спины были стабильно положительными, но джабиимец подозревал, что ими даже не придётся пользоваться. Как бы не были хороши коруны, как бойцы в ближнем бою, но это наверное самая дерьмовая армия, которую парню только доводилось видеть... Или даже слышать.

-Контакт! - Выкрик лейтенанта вырвал его из воспоминаний об учебке, где им показывали записи оставшиеся с древних времён. Моментально распределив для себя цели, Салько уверенно повёл "Сильвию" вперёд, открывая огонь на ходу. - Сраных дикарей хватит на всех. Удачи парни!

Дальше Шарус уже не слушал. Зажав гашетку, он с восторгом наблюдал, как бластерные заряды сливаются в единую полосу плазмы, которая разрезает повернувшихся к ним лицом туземцев. Поворачивая корпус, джабиимец выкосил почти сотню уродов, прежде чем остальные начали реагировать и хоть что-то делать.

-СВОБОДА!

Разогнав шагоход, Салько влетел в толпу дикарей, сбивая десяток уродов на землю. Топча их ногами и ловко крутя кабиной боевой машины, он не переставал стрелять отсчитывая в голове секунды до перегрева. У него было целых тридцать секунд бесперебойного огня, так что стоило воспользоваться этим по максимуму.

Пробежав строй врага насквозь, он одним из первых выбежал к пролому стены, который за четыре дня стал в разы больше. Кривые изъеденные кислотой стены оплавились и стекли на землю, создавая ровное плато. Всё вокруг было усеяно трупами, прямо на головах которых сейчас и шёл новый бой. Штурмовики из второго полка бились словно дикие звери, довольно часто вступая в ближний бой и позволяя себе голыми руками ломать шеи или вырывать кадыки, которые голозадые туземцы вообще не прикрывали.