© Кулакова М.О., 2026

© Оформление. Издательство «У Никитских ворот», 2026

Стихи и песни на родном языке – основа нашего миропонимания?

Именно с них начинается совесть, душа, мужество.

Именно с песен и стихов начинается личное и гражданское самосознание.

Стихи и песни – наша главная школа.

Именно с них начинается Родина.

Искусство слова и духовно-творческое воспитание должны стать приоритетами в образовательной и культурной политике России.

Родители хотят видеть своих детей талантливыми. Они рассматривают в лупу проблески детской одаренности и развивают все, что можно, – чуть ли не с двух лет.

– Машенька у нас такая талантливая! И рисует, и песни сочиняет!..

– А мы свою водим на танцы и на французский!

– А наш вчера на синтезаторе новую песню сочинил!

– А у нас шахматы и теннис…

Дети, с которыми много и квалифицированно занимаются и которые в раннем детстве демонстрируют яркие способности, нередко приобретают при этом «комплекс детсадовской примы». Они привыкают чувствовать себя в центре внимания взрослых, но у них не всегда получается удержать это внимание в детском коллективе, где критерии лидерства совершенно другие. Это практически стопроцентная гарантия глубокого невроза и острого чувства одиночества. Такие дети, за редким исключением, не имеют друзей-ровесников. У них рано или поздно вызревает протест против тех норм и ограничений, которые установили родители и воспитатели. Установили из лучших побуждений, конечно.

Загружают детей, конечно же, из лучших побуждений. Научить, раскрыть дарования, обеспечить дорогу в светлое будущее… Это понятно. Но огромное количество информации, в том числе художественной, эмоционально насыщенной (если взять, например, любой день гуманитарно-художественного или языкового лицея), требует такого нервного напряжения (если ребенок действительно воспринимает, а не отгораживается), что ему необходим «сброс», разрядка и свои, индивидуальные способы и средства защиты от этих перегрузок.

Родители хотят видеть детей талантливыми, часто не догадываясь или не желая думать о том, что яркий талант, выдающаяся одаренность – это аномалия, искривление внутреннего роста и большая жертва – в том смысле, что многие возможности и свойства организма, личности, человека в этом случае деформированы. Вряд ли думают они и о том, что профессиональное творчество и глубокий эгоцентризм – близнецы-братья. Маленьким детям его прощают как нечто само собой разумеющееся. От «хорошо воспитанного» подростка начинают требовать чуткости, внимания и чуть ли не самопожертвования.

Если уж вы непременно хотите, чтобы ваш ребенок был вундеркиндом, – флаг вам в руки, но на всякий случай помните, что у маленького ребенка должна быть возможность общаться со сверстниками. Совместные игры дают детям гораздо больше, чем любые «занятия» со взрослыми.

Предоставьте ему время, хотя бы небольшое, когда он делает то, что хочет, а не то, что хотите вы.

Представьте себе, хоть на секунду, состояние ребенка: мир неуютен, опасен и все время меняется в масштабах. Собственное тело все время меняется в размерах. Родители и учителя – и хвалят, и ругают. Хочется быть самым лучшим. Невозможно быть самым лучшим. Хочется быть как все. Хочется быть не как все… Полный вперед!.. Просто пожалейте его.

И если уж вы получили «юное дарование», не упрекайте его в том, что оно не умеет или не хочет делать что-то «как все нормальные дети»!..

– Макс, ты чего опять в телевизор уставился? Это же реклама! Тем более ты сто раз уже ее видел…

– Мне нравится. Там круто. Смешно. Мне интересно понять, как это сделано…

– И чего тут нравится? Чего тут нравится?

– Ну мне нравится, когда с юмором. И вообще, реклама – это самый короткий фильм…

Дети любят рекламу. Во всяком случае, она их не раздражает так, как взрослых. Они с удовольствием смотрят рекламные ролики, отзываются на них – естественно, доступным для них способом («Мам, купи!») – и с удовольствием подхватывают и создают «рекламное эхо» – употребляют в общении и в повседневной речи рекламные слоганы, реплики, интонации.

Взрослых раздражает реклама. А детей – нет. Знаете почему?

Реклама создает новые стандарты, новые стереотипы, а у взрослых полно своих, старых. Чем старше человек и чем прочнее его личные, давние стереотипы, тем больший протест вызывает попытка разрушить их и создать новые.

У детей стереотипов нет. Они воспринимают все «на голубом глазу». И активно набирают информацию. Что? Где? Как устроено? Как действует?.. А реклама – это информация. Причем ярко упакованная, квалифицированно, «вкусно» поданная информация.

Настоящий рекламный продукт – в частности, телевизионный рекламный ролик – информационно намного богаче, чем просто попытка продать тот или иной товар. А взрослые люди, как правило, воспринимают рекламу именно как желание продать им то, что они не могут купить. Но реклама работает в пространстве идеала – давно потерянной искусством сфере, очень важной для человека. По большому счету она не только профессионально убеждает, что быть здоровым и богатым лучше, чем бедным и больным, но и во многом рассказывает, как этого достигнуть. Взрослые воспринимают очень небольшой процент рекламной информации. Они включают свои внутренние заслоны, фильтры и щиты, защищая, собственно, созданный уже шаблон своего мира, своего быта, своих возможностей.

И только дети отчетливо и ясно понимают, что реклама – это волшебная страна. Это естественное и зримое продолжение их мира, в котором они живут постоянно.

Они чувствуют, что реклама – это сильная, активная и большая игра и крутой источник информации.

Информацию о своем будущем – чему и где хотелось бы научиться – нынешние дети получают – или могут получить – тоже из рекламы. Последняя реплика Макса:

– …Еще мне нравится реклама потому, что в ней много компьютерной графики. Интересно, как там все сделано… Я ведь хочу быть дизайнером…

– У меня осталось 8 жизней!

– У меня – 5!

– У Сережки 3 жизни…

Мальчики играют на компьютере. Причем мальчики могут быть разного возраста – от шести до шестидесяти. Мальчиков за уши не оттащишь. У них много жизней. И что стоит расстаться с парой-тройкой этих жизней, если их восемь или шесть!..

Их герои, герои их виртуальной реальности, преодолевают препятствия, которые только в кошмарных снах могут присниться, весело теряя свои «жизни» и лихо отбирая их у других.

Вот, например, компьютерная игра. Виртуальный мир, где есть три категории игроков: воины, маги и воры. Других живых существ просто нет. К кому-то из них должен примкнуть, причислить себя играющий. Воины завоевывают все, что им хочется, силой, маги – хитростью, а воры – ловкостью. Все ценное может быть – по условиям игры – куплено. В том числе и слава.

Что ж, это такой вот мир, который мальчики сами себе и другим мальчикам создали.

Бороться с этим не стоит. В играх ищет и находит выход природная мужская агрессия.

Устанавливать запрет на насилие – первейший закон и обязанность родительского, семейного воспитания. Но даже при строжайшем родительском контроле и высокой степени нравственных и моральных внушений природная мужская агрессивность будет прорываться – если не в играх, то в еще более конкретных проявлениях. В хорошо знакомой мне элитной физико-математической школе, где подавляющее большинство составляют мальчики, жестокие драки в начальных классах – вполне обычное дело. Только к старшим классам удается более или менее обуздать эту бьющую через край энергию и направить ее в интеллектуальное русло. Пути агрессии неисповедимы – под влиянием разных факторов она претерпевает самые неожиданные превращения. Специалисты говорят, что юмор (!) – это форма пассивной агрессии.