Когда среди адептов культа возникли совершенно справедливые сомнения о том, что «жрецы» вовсе не собираются выполнять свою часть сделки и показывать скрытые сокровища, Сантос и Кайетано решили: в культ нужно привнести нечто, что даст людям веру. А именно персону, которая станет главным оплотом этой веры. Так, во время пребывания в городе Монтеррей они познакомились с 16-летней Магдаленой Солис — девушкой с низкой социальной ответственностью из маргинальных слоев, которая уже несколько лет жила за счет проституции. Они предложили Магдалене центральную роль в своей афере, а именно роль ожившей богини. И Магдалена согласилась[122].

В поисках образа для богини они обратились к ацтекской мифологии. Магдалена должна была предстать в образе богини Коатликуэ, однако это не имело под собой никакой исторической достоверности. Братья выбрали этого персонажа только из-за того, что имя богини в то время было на слуху из-за открытия публике колоссальной статуи Коатликуэ, которая на данный момент хранится в экспозиции Национального музея антропологии и истории г. Мехико.

В одной из пещер, где проходили «церемонии» сторонников культа, братья Эрнандес представили общине Магдалену как воплощение богини. Все действо сопровождалось стуком барабанов, дымом и зеркалами — в буквальном смысле. Прием фасцинации сработал: как на жителей, так со временем и на саму Магдалену, у которой на фоне новой реальности стал развиваться религиозный психоз. Она действительно считала себя богиней и жестоко карала тех, кто рано или поздно начинал сомневаться. Авторитет Магдалены был настолько велик, что сами жители Йербабуэны сдавали богине и ее жрецам своих соседей, близких и друзей, если подозревали их в неверности культу[124].

Тем не менее вскоре регулярные встречи показались Магдалене показались недостаточными. Вспомнив, что древние индейцы славились принесением кровавых жертвоприношений путем вырывания сердца, она решила привнести данный элемент в свой культ. Кровавым экзекуциям подвергались как добровольные жертвы из числа местного населения Йербабуэны, так и те, кто осмеливался высказывать сомнения или недовольство богиней и жрецами или же пытался сбежать. Так, первыми жертвами культа стали два крестьянина, которые были скручены своими же соседями при попытке покинуть Йербабуэну. Их останки были найдены на окраине Йербабуэны вместе с другими жертвами культа[125].

О том, как властям стало известно о деятельности кровавого культа, доподлинно неизвестно, а общепринятая версия больше кажется легендой, которая, впрочем, повторяет традиционный мезоамериканский сюжет. Согласно этой версии, в мае 1963 г. 14-летний юноша Себастьян Герреро направлялся в школу мимо тех самых гор, пещеры которых служили церемониальными местами для культа кровавой богини. Услышав непонятный шум в одной из пещер, мальчик подошел ближе. Заглянув внутрь пещеры, он застал ужасающее зрелище очередного ритуала, проводимого Магдаленой, которая пила кровь своей жертвы. Охваченный страхом, Себастьян добежал до полицейского участка и рассказал стражам порядка о том, что видел, однако те ему не поверили. Один из полицейских вызвался отвезти мальчика, куда тому было нужно, но тот упросил его по дороге все-таки свернуть к горным пещерам и самому убедиться в том, что Себастьян говорит правду. После этого ни мальчика, ни полицейского живыми больше никто не видел[126].

После исчезновения коллеги полицейский департамент все же решил осуществить проверку в Йербабуэне. По одной из версий, на помощь даже призвали вооруженные силы. Эта деталь кажется еще большей фантастикой, чем вся история в целом; вполне вероятно, что это вымысел. Тем не менее, когда полицейские отряды прибыли в Йербабуэну, на окраине поселения они обнаружили останки шести жертв культа, среди которых опознали пропавших полицейского и подростка, сообщившего о жутком ритуале в пещере. Магдалена была обнаружена в одной из хижин, она была взята под стражу вместе со своим старшим братом Элеазаром[127].

Однако жители деревни были не настроены быстро сдаваться. Вооружившись ружьями, они забаррикадировались в горах и стали отстреливаться от полицейских. В перестрелке погиб Сантос Эрнандес. Его брат Кайетано погиб несколькими днями ранее от руки одного из фанатиков, который надеялся через убийство одного из «жрецов» обрести частицу божественного естества. В результате перестрелки большинство членов культа было убито, остальные заключены под стражу. Но даже под следствием они отказывались свидетельствовать против Магдалены. Было ли это следствием глубокой преданности фальшивой богине или же панического страха перед ней — неизвестно[128].

Из-за отказа задержанных сторонников культа свидетельствовать против Магдалены ей и ее брату Элеазару инкриминировали только два убийства: 14-летнего Себастьяна Герреро и полицейского, который сопровождал его. Данные о конечных сроках заключения разнятся: в одних источниках указывается, что Магдалена и Элеазар были приговорены к 30 годам каждый, в других — к 50 годам. Как бы то ни было, после судебного процесса следы кровавой жрицы теряются, и о ее дальнейшей судьбе информации нет.

Данный инцидент больше походит на сюжет фильма ужасов, нежели на события, происходившие в действительности. Однако, несмотря на всю фантастичность и малое количество сведений в широком доступе, культ, возглавляемый Магдаленой Солис и братьями Эрнандес, действительно существовал. Главной причиной успеха данного предприятия послужила уязвимость местных жителей Йербабуэны ввиду их необразованности, отсутствия церкви как института морали, а также нереализованной потребности в принадлежности и ощущении причастности к чему-то большему, чем жизнь их общины.

Вряд ли можно считать случай культа Коатликуэ — Магдалены Солис первым свидетельством мексиканского неопаганизма ввиду того, что основной целью организации данного религиозного движения была исключительно корыстная нажива со стороны братьев Эрнандес. Религиозный психоз, в котором после пребывали и организаторы, и последователи секты, является скорее следствием, чем первопричиной. Поэтому теории о том, что данный случай — первая попытка воссоздать старую религию и старых богов и что он корнями уходит в доиспанскую древность, не выдерживают никакой критики. Хотя бы потому, что ни сами братья Эрнандес, ни Магдалена не ставили своей целью соответствие исторической достоверности.

Прежде всего этот культ является частью длинной череды локальных мексиканских религиозных движений, история которых насчитывает сотни лет. Иногда во главе этих движений стояли харизматичные лидеры, такие как северный целитель ХХ в. Ниньо Фиденсио или мистик из индейцев отоми XVIII в. Франсиско Андрес. Нередко внимание концентрировалось на изображениях или иконах народных святых по типу уже упомянутого Сан-Паскуаля Байлона. Некоторые представляют мертвых героев, таких как революционер Панчо Вилья. Другие разместились на границе истории и мифов, как казненный солдат Хуан Сольдадо. Некоторые по-прежнему изображают христианских святых через призму локальных религиозных традиций, — например, Тату Чу, переделанный образ Христа из штата Оахака. Все эти культы концентрировались вокруг разных личностей или явлений, но все они представляли собой преднамеренные, организованные, сознательные усилия членов социума по созданию культуры, удовлетворяющей их запросы и потребности по внедрению «новой культурной системы»[129].