Зиночка убежала на место, зажимая рот обеими ладонями, чтобы не завизжать от счастья.
Дальше для наших сделали небольшую паузу. Опять выступили ребята с мизерными оценками. У одного парня так и вовсе оказалось три в итоге, поскольку Аля и Мишель поставили ноль.
— Наталья Воронцова! — провозгласил Энтони.
Наташа выглядела максимально серьёзно. Даже её массивная чёрная коса сегодня казалась чуть более тяжелой и плотной.
Наша специалистка по ферментации принесла пять пастушьих пирогов в маленькой чугунной форме. Я помнил, как она почти каждый день с самого утра томила баранину, пытаясь нащупать идеальную текстуру мяса. Каждый раз почти два часа на медленном огне, пока кусочки не начинали распадаться на волокна от одного взгляда. Верхушка из картофельного пюре была запечена до золотисто-коричневой корочки, с рельефными бороздками от вилки, между которыми пузырился расплавленный сыр. Всё, как доктор прописал!
— Пастуший пирог… — представила она сдержанно.
Ложка вошла в корочку с мягким хрустом, и снизу поднялся густой аромат тушёной баранины, томатов и тимьяна. Слои раскрылись: сверху нежное пюре, под ним — сочная мясная начинка с морковью и зелёным горошком.
Галина, едва попробовав, всплеснула руками:
— Ой, сытно-то как! По-домашнему! Баранинка мягкая, разваливается сама, пюре — облако облаком! Согревает изнутри, будто печку затопили! Восхитительно!
Аля копнула глубже, изучая структуру среза.
— Мясо томлёное, а не варёное. Чувствуется разница… И это дорогого стоит. Пюре с мускатным орехом, я угадала? Корочка держит форму. Не расползается. — она одобрительно кивнула: — Сниму немного баллов. Хотелось бы чуть больше кислоты в начинке для контраста, но это уже дело вкуса.
— Меня уносит на шотландские пастбища. Прекрасно. — холодно заключила Мишель. Ох, как её сегодня развели на комплименты.
— Гармонично и уверенно. — скромно произнёс Майлз: — Очень хорошо!
— Тепло и честно, Наташа. — Марика выглядела счастливой: — Ты так выросла! Я тобой горжусь.
— Спасибо… — никогда несмущающаяся Наташа раскраснелась.
— Время смотреть результаты и… Восемьдесят пять баллов! — торжественно объявил Энтони.
О, сравнялась с Зиночкой. А вот это уже интересно.
— Сергей Сиднёв! — объявил ведущий.
Серёжа трясущимися руками подкатил тележку к столу арбитров и поставил пять тарелок с пудингом из мяса и почек. Этакий купол из тонкого теста, поблёскивающий от пара.
Не взирая на испуганный вид очкарика, я знал, что он задумал нечто дерзкое. Серёжа всю неделю загадочно посмеивался, и никого не подпускал к своей рабочей зоне.
— Пудинг из мяса и почек… — неуверенно произнёс он: — С моей фишкой. В самом сердце — ложка домашней аджики.
Серёжа ловко надрезал тесто, и оттуда хлынул тёмный, густой соус с кусками говядины и почек. И тут же по залу поплыл неожиданный аромат — острый, пряный, с перцем и чесноком, врезавшийся в тяжёлый мясной дух, как молния в грозовое небо.
Аля отправила кусочек в рот, и её брови вновь поползли вверх.
— О! — вырвалось у неё, и от неожиданности она даже рассмеялась: — Вот это дерзость. Английская скучная классика — и вдруг восточный огонь! Аджика бьёт по языку, но не убивает вкус почек, а раскрывает его, срезая ту самую тяжёлую нотку! Тесто нежное, нутряное сало тает. — Аля одобрительно покачала головой: — Это чистое хулиганство. Но какое вкусное хулиганство…
Галина обмахивалась ладонью, раскрасневшись:
— Ох, жжётся, разбойник этакий! Но вкусно, оторваться не могу… Руки сами тянутся! Кровь по жилам погнал… Помолодела на двадцать лет! Красавчик!
Мишель сделала маленький глоток воды после укуса. Помолчала, глядя в тарелку дольше обычного.
— Смело. Риск оправдан полностью. Ты молодец.
Майлз, обычно невозмутимый, чуть дольше положенного смаковал кусочек, прежде чем заговорить.
— Неожиданная гармония специй и субпродукта. Прекрасная дерзость.
Марика погрозила Серёже пальцем, пряча улыбку:
— Ты всегда был таким примерным мальчиком. Но в итоге в тебе раскрылся самый настоящий талантливый хулиган. Кулинарный талантливый хулиган!
Очкарик тут же раскраснелся. Моя любимая учительница умела смущать далеко не только пошлыми шуточками.
— Время результатов! И-и-и… Восемьдесят шесть баллов! Пока первое место!
— Фу-у-у-х… — Серёжа с облегчением вернулся к себе за станцию.
— Валентин Никоноров! — объявил Энтони.
Валёк, изо всех сил пытаясь скрыть волнение, торжественно водрузил на стол лестерширский пирог — высокий, с золотистыми стенками из рубленого теста и толстым слоем розовой свинины внутри. Но поверх мяса, под верхней корочкой, дрожал прозрачный янтарный слой. Я видел, как он всю неделю колдовал над этим желе, остужая его в холодильнике и молясь, чтобы оно схватилось ровно настолько, чтобы дрожать, но не течь.
— Лестерширский пирог со свининой! — объявил он, театрально выпятив грудь: — А фишка моя — прослойка желе из сидра вместо обычного бульона.
Нож рассёк пирог, и слои легли на тарелку, подобно срезу драгоценного камня. Песочная золотая стенка, мраморная розовая свинина, и трепещущее янтарное желе, пахнущее яблоками и осенним садом.
Аля попробовала и на мгновение прикрыла глаза, будто прислушиваясь к чему-то внутри себя.
— Ах, вот оно… — выдохнула девушка-сова: — Сидровое желе даёт кислинку и яблочный аромат, который прорезает жирную свинину насквозь, до самого донышка. Это блестяще! Тесто рассыпчатое, солёное… Это идеальный контраст к сладости желе. Лучшее тесто за весь вечер.
Галина от восторга даже привстала со стула:
— Свининка сочная! Желе на языке тает… А яблочком-то как пахнет! Будто по саду в сентябре идёшь! Праздник, чистый праздник в тарелке! Умница!
Мишель разрезала свой кусок с непривычной тщательностью. Попробовала. И тут случилось невероятное… Уголки её мраморных губ дрогнули кверху.
— Желе — настоящая находка. — произнесла она ровно, но чуть теплее обычного: — Бесспорно — очень талантливо.
Майлз склонил голову ниже, чем требовал этикет:
— Технически безупречная работа. А вкус выше всяких похвал!
Получена ачивка: «Вы взбудоражили двух долбоящеров-экстр».
Марика встала и зааплодировала. Было видно, как мою любимую учительницу переполняет гордость, ведь это её ученики.
— Валёк, я тобой горжусь! Ты супер!
— Время оценки! — Энтони радостно пританцовывал на своём месте: — И-и-и… Восемьдесят семь! Ставки растут, господа!
Зал вновь прорвало на овации. Было видно, что пока я пропадал у Маро — ребята времени зря не теряли.
Валёк уходил от арбитров, надувшись от гордости, как тот самый йоркширский пудинг Коляна.
— Анастасия Завьявлова! — провозгласил Энтони.
Настюша представила арбитрам корнуольский пирог — золотистый полумесяц с витым защипом по краю, лоснящимся от яичной глазури. Я видел, как рыжуля полторы недели вручную защипывала сложный край. Она буквально распускала и переделывала, пока косичка теста не ложилась безупречно.
— Корнуольский пирог. — произнесла Настюша мягко, почти шёпотом: — С копчёным чеддером и традиционной начинкой…
Она разломила пирог, и наружу вырвался пар, а следом потянулась длинная нить расплавленного сыра. Внутри — говядина, картофель, брюква, лук, и всё это пронизано дымным, глубоким ароматом копчёного сыра.
Галина ахнула первой, прижав ладонь к груди:
— Дымком-то как пахнет! Будто у костра вечером сидишь, а рядом лес шумит! Тесто слоями отходит… Сыр тянется на всю руку! Ох, вкуснотища!
