Вик пыталась представить, как могла бы сложиться их жизнь в этом месте. Воображала, как юные ведьмы, полные энтузиазма, спешат на занятия, сжимая в руках книги, и смеются, запрокинув головы. Но, оглядывая массивные каменные коридоры, она не находила здесь ни радости, ни веселья. Воздух казался пропитанным древними тайнами, чем-то холодным и вязким. Вик задумалась о том, сколько лет провела здесь ее мать. Ощущала ли Мередит себя здесь более уютно, чем в любом из временных пристанищ, которые она делила со своими детьми?
Повернув за угол, Вик ожидала увидеть знакомую лестницу, по которой они поднимались с Максом. Однако перед ней открылся еще один узкий коридор, и она поняла, что заблудилась. Коридор позади нее вел обратно, а тот поворот, который она сделала несколько секунд назад, исчез, словно его никогда и не было.
Не веря своим глазам, Вик медленно обернулась. Коридоры замка не могли двигаться сами по себе. Но, как сказал Макс, у замка был свой разум. И он хотел, чтобы она шла дальше. Стараясь сдержать страх, Вик продвигалась вперед с осторожностью. Авалон представлялся ей гигантским каменным драконом, каким она видела его снаружи. Может быть, он пытался ее проглотить? Она блуждала по запутанным переходам, тщетно пытаясь отыскать что-то, что могло бы указать ей путь обратно в свои апартаменты. Ее взгляд был прикован к пустоте вокруг, словно она ожидала услышать звуки там, где их не было.
Внезапно Вик заметила брешь в бесконечном лабиринте коридоров. С обеих сторон они вели на обширную площадку, словно узлы дорог, сходящиеся на перекрестке. Железная решетка преграждала путь к краю, и, подойдя к ней ближе, Вик замерла, раскрыв рот от изумления. Напротив нее возвышалось витражное окно, достигающее, вероятно, тридцати футов в высоту. Как и арочный потолок над ним, окно заканчивалось острым пиком. Тысячи стеклянных фрагментов, собранных в уникальный узор, подобный которому она никогда прежде не видела, выглядели слишком современными для старинной церкви. Каждый отдельный элемент, не больше кулака Вик, был освещен мягким лунным светом.
В центре витража на коленях стояла женщина в темно-синем платье. Она что-то держала в руках. Вик прищурилась и заметила слабый зеленый свет, пробивающийся между ее пальцами. Похоже, это была коробка или банка. Другая ее рука безвольно лежала вдоль тела, а пальцы едва касались тонкого диска того же яркого цвета. Это была крышка. Из груди женщины медленно выползала черная тень. Она была густой и зловещей, как кровь, которая стекала по оконной раме. Монстр с острыми клыками и неровными краями, созданный из грубых осколков стекла, пробивался сквозь изображение, оставляя за собой хаос и разрушение. Ледяные перила впились в бедра Вик, когда она наклонилась вперед, чтобы лучше разглядеть детали. Глаза женщины были закрыты, а лицо выражало одновременно утонченное облегчение и невыносимую боль. Оно было прекрасным, но в то же время пугающе неправильным.
Через окна виднелся мир за пределами коридора. Бескрайний лес простирался вдаль, а бледная луна, словно призрачный художник, наносила свои холодные мазки света на верхушки деревьев. Вечерняя мгла рассеялась, облака разошлись, открыв перед Вик панораму ночного неба, усыпанного плотно сгруппированными созвездиями. Внезапно что-то шевельнулось на границе леса, и из тени деревьев выскользнула фигура, которая тут же растворилась в темноте. Вик едва успела ее заметить, но увиденное вызвало у нее ужас. Существо мчалось с головокружительной скоростью, которая была не под силу человеку и не по зубам животному. Оно скользило по земле, используя нечто неосязаемое, густое и темное, как дым. Ее дыхание участилось, когда она поняла: это существо – кем бы оно ни было – движется к замку.
Вик отошла от решетки и торопливо направилась обратно, борясь с нарастающим чувством тревоги, которое становилось все сильнее. Знакомый страх обретал новые, пугающие очертания.
Спотыкаясь, Вик вернулась в коридор, ведущий к их апартаментам, и с облегчением направилась к двери, но, коснувшись ручки, покрытой плотным слоем пыли, застыла. На ее ладони остался темный след. Чтобы накопилась такая грязь, потребовались бы десятилетия, а может, и столетия. Вик не могла поверить, что здания могут принимать решения за людей, но поняла, что замок не подчиняется ее воле и откроет ей путь обратно, только когда сам решит.
Вик почувствовала, как ее сердце сжалось от неясного предчувствия, когда она толкнула массивную дверь. За ней скрывались не их с Генри апартаменты, а мрачная, лишенная окон комната, напоминающая заброшенный склад. Включив фонарик на телефоне, она замерла от удивления. Свет выхватил из мрака ряды предметов. Некоторые предметы были ей знакомы: ножи, веревки и мечи. Другие: японские метательные ножи, изогнутые кинжалы и длинные катаны, она встречала только на картинках и видела воочию впервые. А назначение тонкой полоски серебристого металла – странного кнута без рукояти – оставалось загадкой.
Внезапно Вик заметила стеклянную витрину одного из шкафов и опустилась на корточки перед полкой с темными плоскими камнями. Ее пальцы машинально постукивали по стеклу. Камни различных оттенков и текстур, выложенные ровными рядами, мерцали в мягком свете. Эта комната больше напоминала выставку минералов, чем оружейную витрину, но, как обычно, Вик заинтересовалась мечами и провела пальцем по безупречному лезвию короткого меча, который находился на уровне ее глаз. Металл тихо зазвенел под ее прикосновением, и она не сразу заметила, как порезала палец. Поразившись идеальной остроте лезвия, Вик быстро слизнула каплю крови. Поддержание такого количества оружия в идеальном состоянии требовало невероятных усилий.
Услышав шаги, Вик вздрогнула. К двери на противоположной стороне приближались две пары ног. Быстро выключив свет, она неслышно проскользнула в коридор и притаилась в тени у стены. Вик надеялась остаться незамеченной. Сердце бешено колотилось, но она старалась дышать спокойно, чтобы не выдать себя. Паника могла все испортить.
– Я могу легко их убрать, – сказал кто-то из комнаты, которую только что покинула Вик. Грубый голос, наполненный угрозой, эхом отозвался в ее груди, вызывая инстинктивное беспокойство. Кожа на руках зачесалась, словно предупреждая об опасности.
Затем последовали тяжелые шаги и шорох, как будто кто-то собирал свое снаряжение.
– Если мы не устраним причину, ситуация только усугубится, – сказал первый голос.
– Я прекрасно осведомлен о вашем мнении по этому вопросу, – последовал резкий ответ Натаниэля. Вик сразу узнала его голос.
Любопытство Вик пробудил необычный звук скрежета металла и капель воды.
Она старалась ступать тихо и осторожно продвигалась вперед, пока не смогла заглянуть за угол. Мужчины оставили дверь приоткрытой, и тонкая полоска света освещала комнату достаточно, чтобы Вик могла что-то разглядеть. Натаниэль выглядел таким же обычным, как и в ее воспоминаниях, но рядом с ним стояла фигура, которая никак не вписывалась в общую картину. Он был на голову выше Натаниэля, и его одежда была грязной. В тусклом свете было трудно что-то рассмотреть, но Вик заметила, что его лицо скрыто под растрепанными каштановыми волосами. Этот человек не мог быть реальным. Его широкие плечи и черная одежда придавали ему вид, будто он вышел из другой эпохи. Такой высокий мужчина выглядел бы гармонично в римском храме, возвышаясь над верующими, как статуя из камня.
Вик не могла оторвать взгляд от великана, который медленно, почти лениво снимал с плеч ремни. На них висели короткие клинки, всего несколько дюймов длиной, аккуратно уложенные вдоль гладкой кожи. Великан не поднимал головы, но как только он вытащил один клинок из ножен, Вик инстинктивно отступила на шаг назад. Она узнала темную жидкость, стекающую с лезвия. Это была кровь – вязкая и черная, словно слишком долго пролежавшая на солнце.
Услышав шаги Вик на каменном полу, великан поднял голову. Его длинные волосы раскинулись в стороны, открывая лицо. Квадратную челюсть обрамляла короткая борода, грубая и местами запачканная кровью. Широкие скулы и выпуклая переносица придавали ему суровый и почти свирепый вид, а над глазами нависали густые брови, словно они могли скрывать что-то еще более мрачное. Его голубые глаза были светлыми, но в их глубине таилась тьма, как лед, небо и уголь, как осколки стекла на асфальте после аварии, как вспышки света, оставшиеся от чего-то, что навсегда изменило его жизнь. Вик замерла, не дыша, как рыба, пойманная на крючок, не в силах отвести взгляд от этого удивительного, но пугающего человека.
