Особенно много говорилось на совещании об охране бабочек.

«…По своей красоте и привлекательности чешуекрылые, или бабочки, среди насекомых занимают особое место, — заявил представитель Института зоологии Академии наук Армянской ССР С. А. Вардикян в выступлении, которое так и называлось: „Редкие и красивые бабочки Армении, нуждающиеся в охране“. — Они еще с давних времен привлекали внимание людей, своей красотой доставляли эстетическое удовольствие… Фауна бабочек Закавказья, тем более Армении, изучена далеко не полно… Поэтому считаем необходимым, одновременно с организацией охраны уже известных нам редких бабочек, начать широкое изучение чешуекрылых не только в Армении, но и в Закавказье в целом… Считаем необходимым организовать охрану следующих редких и красивых дневных бабочек для Армении: Махаон… Подалирий… Аполлон… Мнемозина… Аврора… адмирал, дневной павлиний глаз, траурница, перламутровка Латона… перламутровка Пандора, мертвая голова, большой ночной павлиний глаз…»

Всего было перечислено 28 видов и добавлено, что приведенный список далеко не полон.

«Бабочки являются красивейшей группой насекомых и имеют большое эстетическое значение, — поддержали оратора из Армении представители Грузинского сельскохозяйственного института И. Д. Батиашвили и Э. А. Дидманидзе. — Помимо этого многие виды бабочек, наряду с остальными насекомыми, являются опылителями энтомофильных растений, поэтому насекомые, и среди них бабочки, как и другие представители животного мира, нуждаются в охране». Посланцы Грузии предложили занести в Красную книгу 29 видов красивых, редких и эндемичных видов бабочек, пока еще обитающих в солнечной их республике.

А. В. Крейцберг из Ташкентского государственного университета с уверенностью заявил, что красивых и редких бабочек нужно не только охранять, но и размножать. Не в первый раз уже в нашей стране была высказана мысль о необходимости создания заповедников энтомофауны, где нужно особенно беречь травяной покров. Как тут не вспомнить знаменитый пустырь Жана-Анри Фабра!

«Считаем, что возможны успешные опыты по обогащению фауны парусников Кавказа и Средней Азии, — сказал А. В. Крейцберг. — Сейчас мы можем предложить энтомологам Кавказа кормовые растения и куколок парусника Аполлониус; хотим получить кормовые растения и куколок кавказских видов… Мы также можем предоставить куколок среднеазиатской формы Махаона, корневища и семена и его местных кормовых растений. От энтомологов Армении и Азербайджана хотим получить куколок парусника Алексанор, видимо вымершего в Средней Азии».

«Эстетически ценные виды бабочек, например того же Махаона, можно размножать на научных, огороженных делянках в ботанических садах, — продолжал А. В. Крейцберг. — Вреда растениям сада они не причинят, но в саду, где будут летать эти бабочки с мая до сентября, посетители будут ощущать двойную радость от встречи с красотой растений и красотой насекомых».

Таковы были практические и весьма обнадеживающие предложения среднеазиатского энтомолога.

Совещание постановило обратить внимание руководящих органов сельского и лесного хозяйства стран-участниц:

«…а) на имеющиеся случаи неосмотрительного, необоснованного и неоправданного применения пестицидов, ведущие часто к резким нарушениям комплексов фауны и флоры в биоценозах. Химические пестициды должны применяться лишь в тех случаях, когда вспышку вредных насекомых нельзя остановить другими методами борьбы^[2]. Борьба с вредными насекомыми должна быть направлена на снижение их численности ниже уровня экономической вредности при обеспечении сохранности полезной фауны;

б) на нарушение или научно необоснованное применение некоторых санитарных и хозяйственных мероприятий, в частности сжигание порубочных остатков в лесу и пожнивных остатков в поле, уборка фаутных деревьев, перевыпас скота, профилактические химические обработки садов, посевов хлопчатника и других культур, весеннее сжигание прошлогодней травы и др.;

в) на необходимость создания заповедников, заказников или охраняемых участков в пределах ареалов особо важных видов насекомых, а также включения их в списки охраняемых объектов в существующих заповедниках и заказниках и строгого соблюдения заповедного режима.»

Научно-исследовательским учреждениям и высшим учебным заведениям совещание рекомендовало:

«а) дальнейшие исследования фауны, экологии, хозяйственного и эстетического значения насекомых, выяснение их роли в различных регионах и биоценозах и изучение происходящих в них изменений…»^[3]

Совещание обратилось ко всем энтомологам и любителям природы с призывом и впредь вести пропаганду знаний о насекомых, используя для этого радио, телевидение и печать.

С огромным удовольствием читал я материалы этого совещания. Комментарии к приведенным мною отрывкам, пожалуй, излишни.

«Все это, конечно, прекрасно, — скажете вы. — Ну а как же борьба с вредными насекомыми? Что же, теперь уж с ними и бороться нельзя?»

«Леди-битл» и другие

Познакомьтесь с удивительной историей, которую рассказал Юл. Медведев в упоминавшейся уже книге «Безмолвный фронт».

В 60-х годах прошлого столетия в американском штате Калифорния появилось неизвестное прежде насекомое. Маленькое, пассивное, неприметное… Таковы многие опасные вредители! Увы, новосел принадлежал к их числу. По мере его распространения пустели цитрусовые рощи штата. Во многих садах урожай апельсинов и лимонов был уничтожен начисто. Деревья выглядели как предсмертные больные, на них было невозможно смотреть без содрогания.

Так заявил о себе в Америке случайно завезенный туда из Австралии желобчатый червец, а в переводе с английского — «хлопково-подушечная щитовка».

Никакие усилия фермеров в борьбе с этим крошечным пушистым белым насекомым не помогали.

Не очень-то большой, но последней надеждой на избавление от этого невзрачного, но чрезвычайно агрессивного врага оставалась попытка найти его природных врагов в Австралии…

В разгар «цитрусовой трагедии» в Калифорнию прибыл Альберт Кебеле, молодой человек, ассистент известного американского энтомолога С. В. Рилея, занимавшего пост начальника энтомологического отделения департамента по сельскому хозяйству США. Этот молодой человек уже давно надоедал своему шефу с просьбой отправить его куда-нибудь подальше от опостылевшего Вашингтона. Причина его томления была, увы, проста: любовь без взаимности, явление, видимо типичное для энтомологов, занимающихся, с точки зрения нормальных здоровых девушек, неизвестно чем…

Достаточно отдаленным от Вашингтона местом была Калифорния, и опечаленного молодого человека послали сначала туда, а потом в Австралию… Правда, в Австралию послали его не как энтомолога (работникам департамента по сельскому хозяйству выезжать за пределы Соединенных Штатов было запрещено), а в качестве «работника госдепартамента для поездки на Всемирную выставку», которая проходила тогда в Мельбурне.

«Работник госдепартамента» удирал с выставки и, пытаясь окончательно залечить раны сердца, во множестве ловил божьих коровок по имени ведалия, так как заметил, что они в огромных количествах пожирают того самого желобчатого червеца, страшного врага цитрусоводов Америки. Иногда он находил их даже с торчащим изо рта белым пушком, то есть заглатываемой «хлопково-подушечной». Да, рыльце у ведалии было в пушку, и это в данном случае вселяло в сердце молодого человека надежды…

Тут надо обязательно добавить, что очаровательное, как правило, ярко окрашенное это создание, называемое у нас так ласково — «божья коровка», а по-английски тоже весьма элегантно — «леди-битл» (то есть «леди-жучок»), не отличается на самом деле ни возвышенностью чувств, ни кротостью нрава. Главное качество этой хорошенькой «леди» — прожорливость. Божьих коровок в природе существует около двух тысяч видов, и все они, несмотря на трогательный свой облик и красоту, страшные хищницы. До ста тлей в день истребляет наша отечественная семиточечная «леди-битл»! Столь же невоздержанным — к нашему счастью! — нравом обладает и юношеская, точнее, девичья форма «леди» — ее личинка… В скобках заметим, что и златоглазка — это изнеженное, медлительное создание, носящее отливающий перламутром балахон крыльев, — ведет себя по отношению к тлям точно так же. Как обманчива иной раз внешность!