Альмикен кивнула.
— Помню, ты рассказывал.
Тайту с сомнением поглядел на документы на столе перед собой.
— И — ты представляешь! Кто нашел вариант, как это улучшить? Девочка-водница и мальчик-некромант! Да если я напишу статью об этом в «Огненные Хроники», меня же засмеют!
— Или… — медленно проговорила Альмикен, — Его Величество заинтересуется этими детьми лично.
Тайту подумал секунду.
— Ну нет, вряд ли лично! Да еще пока до него дойдет…
— Я, конечно, никогда не была удостоена чести личного знакомства. Но ты сам сказал, что именно он тебя научил. И если этот фокус такой редкий — разве не вероятно, что он захочет разобраться, кто сумел его улучшить?
Муж и жена переглянулись.
— Пока ничего не буду писать, — решил Тайту. — Проверю. И посмотрю еще… на всю их компанию.
— Думаю, это правильное решение. С Его Величеством, конечно, не поспоришь, — задумчиво проговорила Альмикен, — если он захочет забрать мэтрессу Нейгарт и ее… пусть будет друзей… в Метрополию — нам придется смириться. Но если у нас будет хотя бы год-два на то, чтобы как следует… выстроить узы…
Тайту хмыкнул.
— Да, помимо умницы Нейгарт, я бы не отказался от мэтрессы Бьер в моей команде! Какие шикарные наблюдения она мне обеспечила!
— Кстати, — проговорила Альмикен в крайней задумчивости, и уши ее взволнованно затрепетали (зрелище, которое до сих пор выводило Тайту из равновесия и действовало гипнотически), — это ведь значит, что ты можешь исполнить свою мечту!
— Ты о чем? — чуть напрягся Тайту.
— Я верно понимаю, что эти новые солнышки не требуют постоянной подкачки?
— Верно.
— Тогда… это значит, что ты можешь взять выходной! Не на полдня всего, потому что «а вдруг что случится»! А полноценный. Может быть даже — три или четыре выходных! Помнишь, ты жаловался, что все никак не можешь выкроить время для наблюдений — чтобы доказать, что наша звездная система действительно тройная?
— Да ну ты что, ведь со мной нельзя связаться, пока я в обсерватории… — начал Тайту — и осекся.
— В том-то и дело! — рассудительно продолжала Альмикен. — Кризисы на Полигоне прекратились, вряд ли туда тебя сдернут выжигать очередную мегахимеру. Портал открывается раз в неделю. Больше ничего такого срочного на повестке дня нет… а несрочное — ну его в пень!
Тайту улыбнулся: выражение «ну его в пень» для его супруги было практически площадной бранью! Учитывая отношение к живым деревьям на ее родине.
— Да… — медленно проговорил он. — Взять тебя и мальчиков, Кейна с Гретой…
— И мэтрессу Бьер, — добавила Альмикен. — На случай облачности. Думаю, она тоже порадуется возможности отдохнуть дня три от своих подопечных… Тем более, в ее положении.
— А что у нее за положение? — удивился Тайту.
— Беременность. Пока еще в самом начале, они никому не сообщали. Но мне заметно. Кстати, моя ученица беременна тоже.
— Хм, — Тайту задумался. — Кто отец? Шелки? Или кто-то со стороны?
— У моей ученицы — почти наверняка он, она горячо любит мужа и имеет вполне традиционные понятия о супружеской верности. Насчет мэтрессы у меня уверенности меньше, но говорят, что опыты Шелки и Бьера по получению потомства от мертвецов прошли успешно — пока только на кроликах. А первый опыт на человеческих детях Бьер ставит именно на себе и жене. Надо было мне с тобой это и раньше обсудить, да я решила, что спешки нет, а ты был так занят…
— Действительно, — Тайту потер подбородок. — Ох, не было еще мороки! Если и впрямь они добились успеха — ты представляешь, сколько споров по наследованию всплывет у знати?
— Едва ли, — улыбнулась Альмикен. — Еще пока новости разойдутся! Это в основном некромантам будет интересно, богачам проще по-другому обеспечить рождение наследника. Могут быть курьезные случаи — вроде обессилевшего по-мужски единственного наследника благородного рода. Но единичные.
— Ладно, допустим… Ну, об этом надо будет потом подробнее. А пока… милая, похоже, ты, как всегда, права! — Альмикен самодовольно улыбнулась и снова дернула ухом. — Действительно, можно организовать небольшой… астрономический отпуск. Хьялви, конечно, будет не в восторге, но возражать не станет — сам же столько твердит о полезности отдыха для живых! — Карсен хмыкнул. — Только если еще и Бьеров обоих с собой брать, думаешь, мы там поместимся в домике? А приглашать без мужа как-то…
— Ты ведь можешь прихватить их не на весь день, а потом вернуть сюда? Может быть, там небо и так будет ясное, и помощь Бьер не понадобится. Или взять тогда не ее, а одного из этих молодых балбесов… Вдруг она все-таки не выкажет энтузиазма, я же не так хорошо ее знаю. Но точно посоветует, кого из других Воздушников можно прихватить. Если хочешь, я поговорю.
— Хочу, — благодарно сказал Тайту. — Тем более, что просьба от меня прозвучит более обязывающе. А ты сумеешь дать ей понять, что я вовсе не настаиваю. Смотрю, тебе и самой не терпится провести два-три дня посреди обледенелых гор на темной стороне?
Альмикен благовоспитанно вздохнула.
— Я очень надеюсь, что там мне наконец удастся выспаться!
* * *
Икра миноги вдруг начала гибнуть. Я об этом узнал самостоятельно, во время очередного осмотра — естественно, проверял икринки Жизнью, не дожидаясь Эдгарс. И чуть не спалился, когда Эдгарс явилась на работу: сидел такой с хмурым видом… К счастью, вовремя сообразил подать все как мрачные предчувствия:
— Лора, поглядите — с икрой все в порядке? Вот эта группа, по-моему, почти не изменилась со вчерашнего вечера — как будто темп роста замедлился.
— И действительно… — Эдгарс тут же их проверила. — Что-то им нехорошо…
Она простимулировала икринки магией Жизни, но, по ее словам, без особого эффекта. Поскольку я в тайне уже попробовал так же напитать Жизнью другую группу икринок рядом, то знал, что они действительно плохо принимают Жизнь.
Дальше мы полчаса судили-рядили, в чем дело. Эдгарс даже сгоряча предложила сбросить икру обратно в пруд, мол, а вдруг мать должна о ней заботиться? К счастью, вовремя сообразила, что минога убралась из пруда сразу же, как только облегчилась от потомства, ни малейшего интереса к нему не проявляя. Хорошо хоть, не сожрала, а то наблюдается у некоторых рыб и такое поведение, особенно в неволе!
— Скорее, я бы предположил, что им не хватает, например, кислорода в воде… — наконец сказал я. — Может, им нужна проточная? В моем… миноги, о которых я читал, частенько на нерест отправляются в реки. Это как раз связано с тем, что икре требуется повышенная аэрация. Трудно зародышам дышать стоячими водами.
— Ладно, — нахмурилась Эдгарс, — давайте проверим. Что мы тут, будем в аквариумах шуровать, чтобы обеспечить приток?
— М-м, нет, — решил я. — Нужен аэратор. Ничего, тут народ умеет даже большие насосы на базе немертвых органов делать, а маленький — еще и проще.
— Эта икра загнется, пока делать будете! И неизвестно, отложит ли минога еще.
Да, увы, мы не разобрались в том, «старая» ли это икра, оплодотворенная еще до катастрофы. Или новая, самооплодотворенная. Если освоить процесс пересадки клеточного ядра можно в пределах одной лаборатории, то запуск даже того примитивного варианта ПЦР, что мы делали на лабораторках по биофизике (по хардкору, с электрофорезом и люминесценцией в УФ-лучах!) — это тема настолько глобальная, что я даже старался пока не думать в ту сторону. Хотя отдельно про электрофорез думал. То, что плазмоид можно использовать как источник тока, до меня еще на Ошибке дошло…
— Ну что ж, — сказал я. — Тогда я побегу к мэтру Нелину.
— Вы собираетесь привлечь мага Воды⁈ — ахнула Эдгарс.
— А что? Он же больше всех за эту миногу болеет. Кроме того… — я достал из кармашка часы, взглянул. — Если не ошибаюсь, у него как раз сейчас занятие с мэтрессой Нейгарт. Уж она-то точно не откажется нам помочь!
— Ну вы даете, Эрик! — ахнула Лора.
Я, конечно, оказался прав. Не только Тея, но и Нелин восприняли страдания миножьей икры как личную трагедию — и немедленно отправились в лабораторию, готовые дежурить над аквариумами хоть несколько часов, создавая самую роскошную аэрацию, какую только можно пожелать. И это действительно помогло! Икра перестала погибать и начала, наоборот, развиваться — даже несколько усиленно развиваться, учитывая, сколько мы с Эдгарс на измене вкачали в нее Жизни. Лора еще удивлялась: мол, откуда такой эффект, я столько не «заливала».
