Тот же автор отмечает, что ни при армянском царе, ни при сатрапах ромейских воинов здесь не было — местные владетели сами справлялись с военными делами.

В 475 г. против императора Зенона выступили заговорщики Илл и Леонтий. Согласно Прокопию, к заговору примкнули некоторые из сатрапов. Раскрыв заговор, Зенон не тронул лишь сатрапа Балабитены, остальных же лишил наследственного права владения. Зенон распорядился, чтобы их функции отправляли лица по выбору императора, «так же как и в случаях с другими ромейскими должностями». Власть сатрапов обозначалась αρχη. Применительно к той эпохе это положение и функции, определенные для государственного чиновника. Таким образом, судя по тексту Прокопия, при Зеноне сатрапы были приравнены к государственным чиновникам. Однако и после этой перемены, как отмечает автор, войска, находившиеся у них под началом, комплектовались по-прежнему из армян. Видимо, и сами сатрапы назначались из армян, представляли местную армянскую знать. Нужно, однако, отметить, что сведения Прокопия нельзя понимать в том смысле, что в сатрапиях вообще не было ромейских регулярных войск. Согласно Notitia dignitatqm, составленной в начале V в., в число десяти легионов, pseudocomitatenses, подчинявшихся наряду с другими magistri militum per Orientum, значились также: 1) Prima Armeniaca, 2) Secunda Armeniaca и 10) Transtigritani. Последние дислоцировались, по всей видимости, в сатрапиях. Прокопий же говорит, очевидно, о царских и сатрапских дружинах, состоявших всегда из воинов-армян.

Об административном статусе Внутренней Армении мы осведомлены значительно хуже. Известно, что имперскую власть в этой части представлял «комит Армении»^[81]. В условиях Внутренней Армении комит был гражданским чиновником, он не располагал военными силами.

Сопоставляя данные армянских и византийских источников, Н. Г. Адонц приходит к выводу, что при разделе 387 г. имел место акт добровольной передачи западной части страны византийскому императору^[82]. Действительно, Прокопий говорит, что Аршак III Аршакуни передал царство на известных началах — 'επί. ξυνθηκαι,ς τυσίν^[83]. В «Персидской войне» тот же автор влагает в уста армянских нахараров речь, обращенную к Хосрову I. Нахарары утверждают, что армянский царь уступил свое царство Феодосию «добровольно», но с тем условием, чтобы поколения в будущем жили автономно (κατ'εξουσίαν) и не платили налогов. Это условие соблюдалось до заключения между персами и ромеями мира в 532 г.^[84] Павстос Бузанд говорит, что перед смертью фактический регент страны Мануэл Мамиконеан написал письмо греческому императору и поручил ему Армению царя Аршака III^[85].

Конечно, добровольность присоединения армянских земель к Византийской империи преувеличивать не приходится. Договорное начало само по себе не исключало насильственного элемента. Но прав Н. Г. Адонц, когда союз сатрапий и Внутренней Армении с империей трактует как неравноправный союз с федератами, foedus non aequum. Действительно, совокупность данных, которыми мы располагаем, убедительно показывает, что армяне в составе империи долгое время сохраняли собственный правовой статус и сопротивлялись нивелирующей тенденции со стороны Византийского государства.

Армянские князья, выступавшие перед персидским царем Хосровом I, утверждали, что свобода от налогового обложения соблюдалась до мира, заключенного между империей и Сасанидским государством в 532 г. В действительности свобода была неполной. Сатрапы высылали императорам золотые короны, и бывали случаи, когда эти короны (или необходимое для изготовления золото), aurum coronarium, взыскивались незаконно^[86]. Из эдикта императора Анастасия от 496 г. явствует, что существовали специальные «армянские налоги»^[87]. Когда в 502 г. персидский царь Кавад подошел к Мартирополю, жители вместе с сатрапом Софанены Феодором вышли навстречу, неся с собой налоги за два года^[88]. При Юстиниане правитель Армении Акакий обложил население налогом в 4 кентинария, что стало причиной восстания^[89].

В первые годы правления императора Юстиниана произошли большие изменения в положении армян. Задавшись целью восстановить былое могущество Римской империи, Юстиниан стремился ввести единый статус для всех своих подданных. Реформы в Армении были продиктованы и другими обстоятельствами — в частности, желанием укрепить восточные границы с Ираном. При Юстиниане должность комита Армении, не располагавшего военными силами, была упразднена. Во Внутренней Армении был назначен стратиг, командовавший соединениями, достаточными для отпора персам. На юге же власть сатрапов перестала быть автономной, туда было назначено два дука с достаточными войсками. Следует думать, что отныне армянские сатрапы с собственными контингентами подчинялись этим дукам. Верховное командование стал осуществлять magister militum per Armeniam, которому подчинялись Армения Первая и Армения Вторая, Внутренняя Армения, сатрапии и Полемонийский Понт. Военные преобразования сопровождались интенсивным строительством фортификационных сооружений.

При Юстиниане провинциальное управление стало распространяться не только на Малую Армению, но и на земли, отошедшие к империи по договору 387 г. Соответственно специальной XXXI новелле Юстиниана вся византийская Армения подразделялась на АрмениюI (состояла из Внутренней Армении и части бывшей Армении Первой) со столицей в Визане-Леонтополе, Армению II (остававшаяся часть бывшей Армении Первой и прилегающие понтийские области) со столицей в Севастии, Армению III (бывшая Армения Вторая) со столицей в Мелитине и Армению IV со столицей в Мартирополе. Тогда же были изданы новеллы, касающиеся реформ в правовой сфере^[90].

Император заявлял: «Мы водворили ромейские учреждения, приучили армян пользоваться ромейскими порядками, установили, чтобы у армян не было других законов, кроме тех, которые почитаются у ромеев». В связи с этим было выдвинуто требование, чтобы при наследовании в условиях отсутствия завещания в нем участвовали не только мужчины, но и женщины. Это требование, по всей видимости, имело целью подорвать основы майоратного права и тем самым нанести удар по целостности нахарарского землевладения. Но преамбулу XXI новеллы, где высказывалось требование, чтобы у армян «не было других законов, кроме тех, которые почитаются у ромеев», следует, вероятно, толковать расширительно. Юстиниан стремился уподобить статус армян общеимперскому.

В этот период нам известны правители из армян, однако действия их говорят не столько об остаточной автономии, сколько о решительности византийской администрации эту автономию полностью упразднить.

3. 1. Симеон. По назначению Хосрова I управлял золотыми копями. Изменил персам, передал византийцам часть добытого золота, был назначен правителем Внутренней Армении. Убит местными нахарарами^[91].

3. 2. Хамазасп (Мамиконеан?). Племянник Симеона по сестре. Стал правителем Внутренней Армении. Назначен, видимо, по окончании войны с персами в 532 г. По мнению Н. Г. Адонца, он — «первый правитель и носитель имперской власти во Внутренней Армении после отмены должности комита». В действительности Хамазасп имел предшественника в лице своего дяди (3.1). С ведома Юстиниана Хамазасп был убит Акакием, ставшим его преемником^[92].

3. 3. Акакий. Был первым правителем всей византийской Армении после административной реформы Юстиниана, в ранге spectabilis был проконсулом. Ему адресована XXI новелла Юстиниана, он упомянут в XXXI новелле. Производил незаконные поборы, обложил страну небывалым налогом до 4 кентинариев. От его руки пал Хамазасп (3.2). Был убит армянами, которые до этого жаловались на него Юстиниану^[93].

3. 4. Фома. Занимал в Армении разные должности, служил в Лазике. Юстиниан сделал его правителем Армении III, причем он ведал и гражданской администрацией, и военными делами, имея должность комита^[94].