При шаханшахе Хосрове II (591–602) и императоре Маврикии (582–602) прославился Смбат Багратуни. О его подвигах в Византии и Иране повествуют не только армянские источники, но и византийский автор Феофилакт Симокатта.

В Иране его прозвали Хосров Шум — «Радость. Хосрова». Согласно Себэосу, после победы над кушанами Смбат считался третьим в Иране нахараром. Был марзпаном Вркана-Гиркании. Здесь он обнаружил пленных армян, успевших забыть свой язык и письменность. При содействии Смбата иерей Абэл стал епископом, обучил их армянскому языку и вернул в лоно родной церкви. Смбат принимал участие в церковных делах Армении, связанных с отделением грузинской церкви.

В литературе распространено мнение, что Смбат Багратуни был марзпаном Армении^[50]. Асолик утверждает, что Смбат Багратуни был марзпаном Армении по повелению царя Хосрова^[51]. Эту версию повторяют и некоторые другие поздние авторы. Однако Себэос, к рассказу которого так или иначе восходят все последующие сведения о Смбате, нигде не называет его марзпаном. Очевидно, Смбат не был марзпаном Армении, но играл на родине значительную роль, будучи приближенным персидского царя и одним из наиболее знатных нахараров^[52]. В списке марзпанов Армении, составленном К. Л. Тумановым, имя Смбата вполне справедливо отсутствует^[53].

Йовхан Мамиконеан рассказывает, что, когда Хосров II нашел пристанище у императора Маврикия, он принял крещение по халкидонскому обряду и с помощью Маврикия вернул себе страну. Возвращаясь от греков, продолжает автор, он взял с собой Мушела, владетеля Муша и Хута, шихана Тарона и Сасуна, и по повелению Маврикия «доставил его в Двин и сделал марзпаном Армении, вверив ему 30 тысяч армянского войска». Контекст этого сообщения, так же как и описание подвигов Мушела, носит легендарный характер, так что сведения автора о марзпане Мушеле трудно признать аутентичными^[54].

После восстания армян в 571 г. под предводительством Вардана Мамиконеана Младшего и убийства персидского марзпана Сурэна персы-марзпаны в Армении, если верить Асолику, более не появлялись. Вот что говорит наш автор: «А после того как Сурэн пал под ударом меча, персидский царь не высылал более в Армению марзпанов-персов. Но по просьбе нахараров он назначил (первенствующим) князем Армении Давита Сахаруни, и он в течение 38 лет был хазарапетом Армении — повеление Ормизда, сына Хосрова, персидского царя»^[55]. Таким образом, Асолик утверждает, что в управлении Арменией произошли структурные изменения — функции марзпана начал выполнять первенствующий князь. Об институте первенствующего князя и, в частности, о правлении Давита Сахаруни речь пойдет ниже, пока же попытаемся сопоставить с заявлением Асолика сведения, содержащиеся в «Истории» Себэоса.

В 9-й главе сочинения в его нынешнем состоянии сказано: «Вот имена зôρаваров персидского царя, что один за другим прибыли в страну Армянскую, — от восстания тэра Вардана Мамиконеана, сына Васака, до настоящего (или до этого. — К. Ю.) времени. Одни пали в битве, другие понесли поражение, третьи победили и удалились»^[56].

На основе дальнейшего изложения можно составить следующий список (здесь и дальше персидские имена воспроизведены согласно их армянской транскрипции в тексте): Вардан Вшнасп — он прибыл в тот же год, когда убили марзпана Сурэна, и оставался один год.

Голон-Михран — пробыл в Армении семь лет. При нем состоял Пилиппос, тэр Сюника^[57].

Затем прибыл сам царь Хосров I, потерпел поражение под Мелитиной и удалился. Вслед за ним в Армению прибыли:

Там Хосров — пробыл два года,

Вараз Взур — пробыл один год,

Аноним — ասպետն մեծ պարթևն և պահլաւն — правил семь лет,

Храхат — правил четыре месяца,

Хратин Датан — правил два года. В том же году, отмечает Себэос, был убит Ормизд. Ормизд IV был убит, как известно, в 590 г.

Далее явились персидские правители и оставались до тех пор, пока не был попран мир, заключенный некогда между Хосровом и Маврикием, отмечает Себэос. Известно, что военные действия начались в декабре 603 г.^[58]

Затем названы следующие лица:

Вндатакан,

<Ни>хоракан (в изданном тексте: հորական правильное написание восстанавливается по аналогичному списку, см.: ниже^[59],

Меркабут,

Йаздэн,

Бутмах,

Хойман.

В 30-й главе также содержится список персидских правителей, находившихся в Армении в годы мира, т. е. в 591–603 гг.:

Вндатакан,

Нихоракан,

Меркабут,

Йаздэн,

Бутмах,

Йеман^[60].

Этот список полностью совпадает с приведенным выше.

Наконец, в главе 34 содержится список правителей Армении 10–20-х годов VII в. Здесь значатся:

Шахрайенпет,

Парскеанпет,

Хамдар Вшнасп,

Ыроч Вехан^[61].

Список персидских правителей с небольшими лакунами приводит К. Л. Туманов^[62].

Определяя административный статус названных выше правителей, мы обращаем внимание на следующее. Глава 9, из которой извлечен первый список, озаглавлена: «… Марзпаны и зоравары персидские, что прибыли в Армению после Вардана, до упразднения власти Сасанидов». Это заглавие внесено издателями труда Себэоса, потому эти данные не могут быть использованы для наших целей. В самом же тексте правители, как было сказано выше, названы зораварами, т. е. военачальниками. В данном контексте это слово указывает на характер деятельности, но не является термином и не позволяет судить об административном статусе прибывших персидских военачальников. То же можно сказать и о титуле «аспет», которым наделен анонимный правитель^[63].

Наконец, правители, явившиеся после убийства Ормизда IV, названы сахманакалк. Это слово однозначно переводится как «правитель пограничной области», «правитель границы». В НСАЯ приводится выразительный пример из Агафангела. Здесь перечислены бдешхи, правители четырех важнейших приграничных областей Армении, они же — сахманакалы^[64].

В греческой версии Агафангела это слово переведено τοτχοκράτωι^[65]. Хотя слово сахманакал верно передает понятие марзпан, было бы опрометчиво рассматривать его как строгий административный термин и отсюда делать выводы о статусе пришлых правителей. Но вот Храхат и Хратин Датан названы марзпанами^[66], т. е. к ним применен термин, в техническом характере которого сомневаться не приходится. Правда, текстуальное совпадение гл. 9 с гл. 30 при сопоставлении заставляет сомневаться в принадлежности этой, 9-й главы Себэосу^[67], но, несмотря на это, она остается весьма важным источником.

Лица, поименованные в гл.30, определяются как сахманакалк^[68]. Они представляли Персидскую державу в Армении и в Двине. Полагают, что данный отрывок в результате порчи текста оказался не на месте, обращают также внимание на некоторое различие в написании имен по сравнению с гл. 9^[69]. Но принадлежность текста данному сочинению Себэоса сомнений не вызывает.

Наконец, в гл. 34 также говорится, что резиденцией правителей является Двин. Сюда прибывают для выполнения функций марзпана «Шахрайепет», или «Шахрайеанпет»^[70], а вслед за ним «Парсеанпет», или «Парсайенпет»^[71]. По-видимому, это титулы, означающие в первом случае управление шахром (областью, страной), во втором — «Персией»^[72]. К этому же ряду надо отнести и наименование «Шахраплакан», у Феофана — Σαραβλαγγας^[73].

Обобщая приведенные здесь сведения, можно заключить, что в Армению прибывают лица, командующие армией (зôраварк) и управляющие страной (сахманахалк, марзпаны), их резиденцией является Двин — центр персидского владычества в Армении. Таким образом, утверждение Асолика о том, что после убийства Сурэна персов-марзпанов в Армению более не назначали, не соответствует действительности. Длинные перечни марзпанов, которые содержатся в сочинении Себэоса, автора VII в., опровергают суждение Асолика, высказанное в начале XI в. Однако, безусловно, марзпаны назначались из местных нахараров. Уже та деятельность, которую осуществлял пр отношению к своей родине Смбат Багратуни Шум, согласовывалась с местным самоуправлением, хотя Смбат, как мы постарались показать, не был марзпаном Армении. Сыну же его довелось быть носителем этого титула.