2) Действуя от имени императора Константина Дуки (1059–1067) и через посредство танутэров, Баграт Вхкаци освобождает анийцев от вецкэ кора, сайли, ками и ангариона. Баграт постановляет, что отныне катепан выдает 600 модиев семян и берет на себя расходы на косьбу, остальное же обеспечивают танутэры («остальное танутэры пусть производят своим домом»). В переводе В. Н. Бенешевича имеются неточности — вецкэ кор он переводит как «шестой кор». В действительности вецки означает шестерку рабочих быков и плуг, который тянет такая упряжка^[1051]. Кор — обычное наименование отработочной повинности, но Ст. Малхасянц отмечает и более узкое его значение — бесплатная работа яремного скота на помещичьей земле^[1052]. При всех обстоятельствах в надписи Баграта говорится об отработках с трехпарным плугом. Далее, զընծէրլոյն армянского текста означает косьбу, а не посев^[1053]. Сайли — извозная повинность, от арм. сайл — арба. Ками — молотилочная отработка, от арм. кам — молотильная доска, усаженная снизу камнями. Ангарион же — известная византийская ангария, которая означала обслуживание ведомства почты, но также и барщину вообще^[1054]. Ниже попытаемся выяснить, какие именно отработки имелись в виду в надписи Баграта.

Далее в надписи говорится о выдаче 600 модиев семян. Модий — мера сыпучих тел, которая варьировалась очень значительно. Считалось, что одним модием семян можно засеять один модий земли. Модий как земельная мера также варьировался, поэтому перевести 600 модиев на современное исчисление, представить себе размеры соответствующей земли и подсчитать возможный урожай — задача неразрешимая. Но суть мероприятия поддается, как мне кажется, осмыслению.

Совершенно очевидно, что надпись Баграта Вхкаци касалась действий, связанных с обработкой земельной площади и снятием урожая. Жители Ани освобождались от обязательных отработок, и теперь катепану — по-видимому, с помощью наемной силы — предстояло обеспечить доставку семян, обработку почвы, косьбу, обмолот. В списке этих работ, названных поименно, фигурировал также ангарион. Помимо перечисленного в полный цикл сельскохозяйственных работ входит также помол. Видимо, именно эту барщину предполагал ангарион.

Урожай с засеянных 600 модиев предназначался, по-видимому, в качестве довольствия дислоцированным в феме войскам. Но так могла быть обеспечена лишь часть будущих запасов. Остальное должны были поставить танутэры. Кекавмен рекомендовал иметь запасы зерна на пять-шесть лет — для потребления на месте и для поставок императорскому двору^[1055].

3) Заключительная часть надписи Баграта Вхкаци касается снятия ряда пошлин — бажа. Общий смысл этой части надписи более или менее ясен, но некоторые детали продолжают оставаться загадкой. Причина тому не только недостаточность наших познаний, но и ошибки, которые допустил резчик в заключительных словах. Снятия сводятся к следующему:

а) аниец, будь он верхом или в арбе, пошлины не платит (баж свободен);

б) если аниец покупает себе скот на убой, пошлины он не платит;

в) аниец с поклажей թամթէնցավ^[1056] на плечах платит половину бажа. Объяснению не поддается. М. Броссе полагал, что речь, возможно, идет о хлопке, по созвучию с «бамбак». Полное освобождение от той же пошлины —զշալակաւոո ջաժէ — содержится в надписи Смбата II Багратуни от 987 г.^[1057]

г) «И в капиче давали за дахекан 6 драмов, теперь пусть дают 4, а 2 свободны'* — таков дословный перевод В. Н. Бенешевича. Капич — мера сыпучих и жидких тел. Речь идет, по-видимому, о продаже продуктов, которые измерялись капичами, причем каждый дахекан продажной цены облагался пошлиной ранее в 6, а затем в 4 драма;

д) как за крупный, так и за мелкий скот мясник платит лишь половину пошлины:

е) ի նստո ինկարլէն^[1058] 600 драмов свободны. Не только детали, но и общий смысл фразы непонятен.

Эти меры созвучны тем, которые были приняты несколько лет назад Аароном относительно гюта.

Таким образом, мы видим, что в течение нескольких лет византийское правительство (по представлению, конечно, местной администрации) внесло существенные изменения в фискальную политику, проводимую в Ани. Все эти меры направлены на ослабление податного гнета — сокращаются или снимаются налоги и разные формы барщины, сокращаются или снижаются пошлины. Эти перемены имели место после того, как Византия дважды — в 1048 и 1054 гг. — потерпела крупные поражения в борьбе против сельджуков. Сельджукские удары неизбежно должны были обрушиться и на Ани. Стремясь оживить реактивные силы в столице Иверии, обеспечить экономическое процветание и тем самым создать надежный оплот против сельджуков, империя вынуждена была пойти на значительные уступки местному населению. Но эти меры не смогли сыграть решающей роли в византийской обороне. Через какое-нибудь десятилетие византийское сопротивление было окончательно сломлено, а фемы в Армении оказались под властью мусульманских правителей.

* * *

Византийское владычество в Армении распространилось на области древней цивилизации и культуры, области со сложными и устойчивыми социально-экономическими отношениями. Даже нивелирующая сила Византийской империи не могла разрушить эти устои и привести их в точное соответствие с имперским правопорядком. Следует помнить также, что Великая Армения входила в состав Византии не более 20 лет, причем на эти годы пало сельджукское нашествие. Набеги сельджуков неизбежно должны были приостановить хозяйственные реформы, если таковые и планировались. Тем не менее какие-то новшества, безусловно, внедрялись, но исследование этой проблемы наталкивается на исключительную скудость источников; сведения приходится подбирать буквально по крохам. Все же сравнительный анализ греческих и армянских источников, в частности правильное осмысление армяно-византийской терминологии, позволяет и здесь прийти к более или менее определенным выводам.

В этой связи большой интерес представляет армянская надпись 1051 г., высеченная на южной стене церкви Богоматери в Кечаройке (ныне Цахкадзор, в 40–50 км к северу от Еревана). Надпись располагается над окнами, занимает 6 строк, сохранность хорошая, чтение особых трудностей не представляет.

Надпись публиковалась четыре раза^[1059]. Адекватно текст воспроизведен лишь в последней из поименованных публикаций, в известном «Атласе армянской палеографии», изданном Гарегином Овсепяном. Перевод надписи выполнен соответственно чтению Г. Овсепяна:

«В пятисотый год нашего торгомова счисления, в царствование святого и самодержавного императора Констандина Мавнумаха был доставлен сей златой перстень, через который (զոր) могучий, доблестный и благочестивый Григор Магистр, китавнит и дука Васпуракана и Таравна, Аршакид и Хайказн, многими трудами освободил (ազաաեալ էր) великие и славные свои церкви. И ничего (взамен) он не требует, но только творить молитвы святому и самодержавному императору Констандину, а с ним рабу Христову — Григору и чадам его.

И учредил память в церквах Кечаройка — пока Магистр здравствует, пусть каждую субботу поминают Хасана неукоснительно, а после кончины Магистра поминают (его самого) неукоснительно. Итак, если кто-либо попытается перечить этому непреложному постановлению — из настоятелей ли, ишханов или (простых) священнослужителей, таковой пусть будет проклят 318 патриархами и разделит участь Иуды и убивших господа иереев.

И написано это нами — Йованэсом, божьей благодатью епископом Бджни и святым и великим отцом Барсэлом. Если кто посмеет повредить эту надпись, на него пусть падет страшное проклятие святого просветителя Григория, и всех святых, и наше. Благословенны выполняющие повеление этой надписи! (разрядка моя. — К. Ю.)».

Подлинное написание начальных слов — ի ՀինզՀարիւր երրորդի ամի, однако уже Г. Овсепян допускал, что второе из высеченных рядом ի лишнее. В таком случае надпись датируется 500-м г. торгомова, т. е. армянского, летосчисления, что соответствует 9 марта 1051 — 8 марта 1052 г. Климатические условия Кечаройка подсказывают, что надпись могла быть высечена в теплые месяцы 1051 г.^[1060].