© Е. Е. Левкиевская, текст, 2026

© Оформление. ООО «Издательство АСТ», 2026

Настоящая книга не претендует на то, чтобы полностью описать всю календарную систему[1] в традиции восточных славян. Ее задача более скромная – представить годовой круг крестьянской жизни через систему наиболее важных праздников, определявших доминантные точки календарных циклов в том виде, в каком они стали известны ученым с середины XIX в. Основным материалом для книги послужили как полевые записи из разных мест восточнославянского мира (в частности, из сел Русского Севера и из Полесья), так и научные исследования по славянской традиционной культуре фольклористов, этнолингвистов, этнологов XX – начала XXI в.

Зачем люди справляют праздники? Ответ на этот вопрос кажется очевидным: чтобы отдохнуть от работы, повеселиться, поесть вкусной, праздничной пищи, пообщаться с друзьями. Безусловно, все это вполне достойные цели праздника, но для человека, живущего в традиционной культуре, отнюдь не основные и далеко не единственные. Для начала давайте вспомним, что означает слово праздник. В славянских языках понятие праздничного времени обозначают слова с двумя разными праславянскими корнями: *prazdn- и *svęt-. В русском и южнославянских языках используются слова с корнем *prazdn-, которые отражают один из важнейших признаков праздника – свободу от повседневной работы, от обыденного труда. Вернее, даже не свободу от работы, а обязанность не заниматься ею в праздничный день. В белорусском, украинском и западнославянских языках используются слова с корнем *svęt- (например, белорусское свято, польское śwęto), подчеркивающие второе важное качество праздника – это святое время для общения с сакральными силами и наполненное сакральными смыслами, ради которых праздник и существует. Сакральность здесь понимается шире, чем просто религиозность, хотя и включает ее в себя – она подразумевает и мифологическое наполнение календарного времени, и коллективную память о значимых для общества событиях или ценностях. Здесь можно вспомнить обетные праздники, которые праздновались по обету в память об избавлении сообщества от каких-либо несчастий – мора, пожара, наводнения или для предотвращения опасности – града, засухи и пр. Поэтому праздник – отнюдь не время для праздности и безделья, а период, специально освобожденный от повседневной работы для занятий иными очень важными видами деятельности – ритуальными, обрядовыми, с помощью которых выражались и реализовывались основные цели праздника.

Все поведение людей в праздничное время принципиально отличалось от будничного, оно было ритуально регламентировано запретами и предписаниями и подчинено смыслу праздника. Это поведение включало в себя надевание праздничной одежды, отличной от будничной, а иногда и особой, специально изготовленной, как при ряжении, приводившем к ритуальному перевоплощению человека. Оно подразумевало украшение своего дома ритуальными предметами (например, рушниками, березовыми ветками, венками на Троицу, вербными ветками на Вербное воскресенье) и приготовление не просто праздничной пищи, но специальных ритуальных блюд, особенно выпечки (кутьи на Рождественский сочельник, целого поросенка на Васильев вечер, блинов на Масленицу, хлебных «жаворонков» в день Сорока мучеников, крашеных яиц на Пасху и др.), и устроение общей трапезы (семейной или коллективной), которая, подобно причастию, разделялась между всеми сотрапезниками, вкушавшими от одних и тех же блюд. Но главное отличие праздника от будничного времени – его наполненность обрядами. Обряды (ритуалы) содержат порядок символических действий, воплощающих в себе сакральные смыслы праздника, актуализирующих их в конкретный момент. В народном календаре эти смыслы обычно многослойны и имеют разную сакральную основу – христианскую и дохристианскую (или, вернее, внехристианскую). Например, обычай в Рождественский сочельник вносить в дом солому и раскладывать ее в красном углу, а также класть на стол под скатерть с церковной точки зрения трактуется как память о том, что Христос родился в яслях на соломе. Но в рамках народной культуры солома наделяется плодородной символикой (как и все, что связано с зернами и хлебом), поэтому ее внесение в дом – одновременно и продуцирующий ритуал, способствующий будущему урожаю.

В крестьянской картине мира календарные праздники имели свою иерархию. Одни из них осмыслялись как «большие», «великие», другие считались «средними», «маленькими», «полупраздниками». «Большими», или «крупными», в народе считались все церковные двунадесятые праздники (важнейшие христианские праздники, посвященные Христу и Богородице) – Рождество, Крещение[2], Сретение, Благовещение, Троица и др. В разных региональных традициях иерархия и набор праздничных дней могли существенно различаться.

Всем хорошо известно, что важную часть праздничного настроения составляет само предвкушение праздника, а оно создается последовательностью ритуальных действий, которые воспроизводятся из года в год. Это называется структурой ритуала. Например, в наши дни предвкушение новогодних праздников включает в себя знание, что и как мы будем делать: устанавливать елку, доставать из шкафа коробку с елочными игрушками, старого, еще доставшегося от родителей Деда Мороза с бородой из ваты, раскладывать под елкой подарки и многое другое. В народной календарной традиции структура праздника была еще более четкой. Во-первых, праздничное время начиналось не в сам день праздника, а накануне после захода солнца – канун праздника был ритуально маркирован и обладал собственной значимостью, и на него распространялись такие же (а иногда и более строгие) запреты на работу, как и на сам праздничный день. Таковы, например, кануны всех трех праздников святочного цикла – Рождества, Нового года и Крещения. Во-вторых, сама продолжительность праздника зависела от его «ранга» – «большие» праздники обычно справлялись три дня, «маленькие» – один. Большую роль играли специально изготовленные атрибуты, символизировавшие праздник, которые выставлялись или вывешивались в доме или общественном пространстве, например масленичное или купальское чучело, троицкая березка, дожиночный сноп и многое другое. В-третьих, не менее важное значение имело и окончание праздника – «про́воды», во время которого обрядовыми действиями праздник провожали, а все ритуальные предметы, служившие его олицетворением, удаляли за границы села и уничтожали (сжигали, топили в воде, разламывали на части) – например, чучело Масленицы обычно сжигали на костре, но могли и утопить в реке или разорвать на части и разбросать их по полю.

У разных праздников в каждом конкретном случае были свои цели и смыслы. Например, поминальные праздники посвящены общению с душами предков, которые в эти дни незримо посещали дома своих живых родственников, или, напротив, живые приходили на родительские могилы для поминовения. Доминантой земледельческих праздников (например, «хождение в жито» на Вознесение) было конструирование хорошего урожая магическими способами. Скотьи, пастушеские праздники совершались ради благополучия скота, как, в частности, Юрьев день (Юрий вешний). Были праздники, направленные на социализацию всего крестьянского сообщества (или преимущественно мужской его части), например братчины, включавшие в себя закалывание жертвенного животного (например, бычка или барана) и приготовление общинного пива, а затем устроение коллективной трапезы. Были праздники для отдельных групп крестьянского сообщества – девичьи праздники (у русских – это Семик, Троица), молодежные (купальские, петровские), а также праздники замужних женщин (в частности, Кузьминки).