Литмир - Электронная Библиотека

Это было совсем не плохо придумано, если иметь в виду интересы лошадей. Относительно этого у Расти всегда было не плохо придумано, но…

– Для них – просто замечательно, – сказала Джейн. – А для тебя?

Расти, помолчав, заговорил:

– Я чувствую себя счастливым, когда думаю о Кентукки… Вряд ли я смогу испытать где-нибудь счастье. И я испытываю счастье, думая об Уильяме. В конце концов он ребенок Алисы. Но когда человек проводит всю свою жизнь в постоянном труде, доводя что-то до совершенства, он не может уйти из жизни, не бросив прощального взгляда. Джейн, девочка, ведь ты так старалась, пытаясь угодить мне! Прошу тебя сделай ради меня и это!

– Что?

– Я должен быть спокоен за будущее наших мальчиков и девочек. Я буду страдать, если придется оставить их на кого-то другого. Понимаешь, чего я хочу?

– Да, Расти, но ты-то понимаешь, какие чувства испытываю я?

– Не совсем. Этот Родден Гаир…

Этот Родден Гаир. Джейн неожиданно вздрогнула, затем встала со стула и пошла к выходу. Родден, она думала о нем. Род…

Тот день во многом был похож на этот. Тот день, когда Джейн встретилась с ним в первый раз. Это был солнечный день. Род приехал к ним, чтобы поужинать с Расти. Как хотел этого его хозяин Уильям Бауэр. Потом вышел из дома на прогулку и тут же покорил сердце Джейн.

Высокий, голубоглазый, обаятельный, он сразу же завоевал ее… – Это было очевидно. И очень польстило самолюбивому Роддену Гаиру.

В течение двух недель они настолько сблизились, что объявили о помолвке. Все было в розовых тонах, волшебным, романтичным, неповторимым. Это свело бы с ума любую девушку. Родден был неискушен в делах любви и планировал сыграть свадьбу сразу же после того, как они ступят на землю Сиднея, что, как он говорил, должно было произойти в начале следующего месяца.

– О нет, Род, мне хотелось бы стать твоей женой в середине месяца. У Мелинды в следующем месяце будут жеребята, и нужно подождать неделю или около этого.

– Хочешь подержать ее за копыта?

– Родди!

– Джейн! – передразнил ее Род.

– Род, я серьезно.

– И я, Джейн. Вряд ли я когда-нибудь был серьезней, чем сейчас. Для тебя кобыла важнее меня, что ж, прекрасно! – Родден пытался превратить все в шутку, но Джейн почему-то было не до смеха.

– Но это не так, Родден. Я выйду за тебя замуж прямо сейчас. Сию минуту.

– Но я не хочу так! Все должно происходить по обычаям нашей семьи.

Джейн помолчала, а затем медленно сказала:

– Но зачем уезжать именно в это время, мы могли бы подождать одну неделю.

– Мы уедем тогда, когда я наметил!

– Родден, я знаю, что кажусь тебе неблагоразумной.

– Так оно и есть.

– Но для Мелинды это очень важное событие. В прошлый раз все было очень плохо, наш ветеринар считает, что…

– Или я, или кобыла! Я осмотрел ее и могу с уверенностью сказать, что она сильна как тяжеловоз, – со смешком сказал Род.

– Это только так кажется, – тихо возразила ему Джейн.

– Но лошадь все равно находится в хороших руках, моя дорогая Джейн, и старый Рассел присмотрит за ней. Ты же не будешь торчать в этих конюшнях всю жизнь! Мы не будем!

Джейн обратила особое внимание на его последнюю фразу, но ничего не сказала.

– Я согласна, что нужно быть благоразумной, – ответила она, – но, конечно, привязанность…

– Ни в коем случае не должна проникать в какую-нибудь работу, Джейн. Боже мой, что я здесь увидел! Ты преклоняешься перед лошадьми?

– Нет! – огрызнулась Джейн.

– Я видел женщин, обожающих собак, – продолжал Родден. – Обыкновенные женщины, дрожащие за своих Рида, или Ровера, или Принера, но мне еще не доводилось видеть женщину, благоговеющую перед лошадьми.

– Родден, мне нравятся лошади. Если хочешь добиться чего-нибудь, то нужно любить свое дело.

– У тебя замечательная работа, и, я надеюсь, со временем она станет весьма прибыльной, но она никогда не станет таковой, если страницы твоей биографии будут заполняться не цифрами, а душещипательными историями.

Они стояли, обжигая друг друга взглядами, и никто из них не хотел уступить. Если бы Родден сказал: «Дорогая, я понимаю тебя, но пойми и ты меня, давай поедем вместе, ты мне нужна», то Джейн согласилась бы, не раздумывая. Но Родден вместо этого сказал:

– Жрица лошадей! Ну хорошо, оставайся и держи копыта Мелинды.

Сказав это, он повернулся и ушел.

Джейн не могла поверить, что это произошло. На ее пальце было его кольцо, а в сердце – надежда. Они любили друг друга – и расстались.

Через месяц пришло письмо от Уильяма Бауэра, австралийского племянника Алекса Рассела, который благодарил своего дядю за добрые советы по уходу за лошадьми. И это было все.

Прошел еще месяц, но Джейн так и не получила письма.

Подождав еще месяц, она пошла на почту и отослала кольцо. Опять никакого ответа. В конце шестого месяца стало ясно, что от Роддена писем не будет. И все произошло из-за такого пустяка! И тем не менее…

– Дверь закрыта? – однажды спросил ее Расти.

– Да, Расти, – ответила Джейн.

– Тогда не мучайся. У вас… Просто у вас не было родства душ.

– Расти, ты дурак!

– Дурак Гоулд, жеребенок Золотой Девушки. Тебе он нравится?

Медленно, но уверенно, борясь со своей болью, Джейн возвратилась к жизни, выбралась из той пропасти, в которую ее столкнула тоска.

Она боялась, что все это придется испытать еще раз. Что будет, если она согласится поехать в Австралию?

– Прошло уже немало времени, – донесся голос Расти. – Он наверняка нашел свое место под солнцем. Я имею в виду этого молодого человека.

Алекс Рассел угадал мысли Джейн.

– Да и в любом случае имеет ли это значение, Джейн?

– Не имеет. Это все быльем поросло. – Джейн сказала чистую правду. – Просто волей-неволей я начинаю думать о твоем Уильяме Бауэре.

– Посмотри на его фотографию, – предложил Расти.

– Нет.

– Ну хорошо, не смотри, но только не представляй его себе человеком вроде Роддена Гаира.

– Именно это я и не собираюсь делать. Прости меня, Расти, но нет. Если ты хочешь… в общем наградить меня, то почему бы тебе не обойтись без поездки туда, без передачи мне части Самоцветов? Одного Самоцвета будет достаточно, – быстро сказала девушка. – Оставь мне Денди. Ну что ты будешь делать с Денди? Особенно сейчас, когда мы знаем, что…

Расти решил сменить тему.

– Лошади стоят денег, Джейн. И хороших денег, ты должна ценить это. У Уильяма есть достаточно денег, кое-что он получит от своих родителей, но остальное он заработал сам. Если Денди должен иметь все самое лучшее, то именно там он будет это иметь.

– Очень хорошо, – вздохнула Джейн. – Отправляй Денди.

– С тобой?

– Нет, Расти. Мне, конечно, очень тяжело, но я переживу это.

– А я – нет, – грустно ответил старик. – Я буду страдать, если тебя не будет рядом с моими Самоцветами хотя бы до тех пор, пока они не акклиматизируются.

Услышав это, Джейн вздрогнула:

– Пока они не акклиматизируются… Так, значит, с ними нужно быть лишь в течение этого времени?

– Мне бы, конечно, хотелось, чтобы это было подольше, но я не устанавливаю никаких сроков.

– Расти, а какие вообще условия ты выдвигаешь? Старик улыбнулся, очевидно увидев луч надежды, и, скрестив руки на груди, посмотрел на Джейн, все еще стоявшую у выхода из конюшни.

– Для того, чтобы получить свою долю, тебе надо будет ухаживать за лошадьми. Когда ты решишь, что они хорошо прижились, и когда Уильям согласится с тобой, то ты, если захочешь, сможешь продать свою часть.

– О, уж это-то я сделаю, – пообещала девушка.

– Так, значит, ты едешь, Джейн?

– Я этого не говорила.

– Если ты не поедешь, чем ты будешь заниматься?

– Найду другую работу. Я ведь рассказывала тебе… поеду к родителям… или займусь пчеловодством вместе с Девидом.

– И будешь счастлива?

– Конечно.

Голос Джейн был уж слишком веселым и уверенным, и она знала, что это не ускользнуло от внимания Расти.

3
{"b":"97400","o":1}