Светоний хлопнул ладонью по столу рядом с собой, заставив блюдо, кувшин и кубок загреметь.
- Ты забываешься, префект Катон! Как ты смеешь обращаться ко мне таким образом? Я прекрасно знаю, что у тебя есть группа поклонников в высоких кругах в Риме, но у тебя нет и близко того политического влияния, которым обладаю я, поэтому я настоятельно рекомендую тебе не вести себя словно какой-то зазнавшийся сенаторский сынок. Ты подчиненный мне офицер и должен уважать мое звание, если не мою личность. Ты меня понимаешь?
- Да, господин.
Наступила напряженная тишина, пока наместник продолжал сверлить взглядом Катона, а затем выражение его лица немного смягчилось.
- Я хорошо помню, что сказал тебе в тот день. Мы разгромили Боудикку всего несколько дней назад, и были все основания полагать, что это будет простая зачистка. Я предполагал, что масштаб нашей победы окажет благотворное воздействие на всех тех, кто сочувствовал ее делу или, по крайней мере, видел в восстании возможность воспользоваться беспорядками в провинции. Я надеялся, что племена снова встанут в строй после получения новостей. Я не предполагал, что буду тушить пожары по всей провинции, пытаясь восстановить порядок. Гарнизон Британии был на пределе. У меня просто не было ни времени, ни людей, чтобы предоставить тебе те силы, на которые я надеялся.
- Тем не менее, я рад сообщить, что мы наконец-то восстанавливаем власть Рима, и скоро у нас будет мир и безопасность, которыми мы наслаждались до начала этого кровавого дела. Я по-прежнему намерен подвергнуть иценов самому суровому обращению, чтобы послать сообщение каждому варвару на этом проклятом острове, который может оказаться настолько глупым, чтобы когда-либо подумать поднять на нас руку в будущем. Соответственно, ты получишь людей, которых я тебе обещал, как только они появятся. То же самое касается и эскадры военных кораблей, если они тебе понадобятся.
Светоний откинулся на спинку кресла и благосклонно улыбнулся.
- Ну же, префект. Нам нет нужды ссориться из-за этого. Ты можешь вернуться в Камулодунум, будучи уверенным, что у тебя будет все необходимое для выполнения твоих приказов.
Катон почувствовал, что от него ждут какого-то примирительного ответа, как будто он должен быть благодарен своему командиру. Он собрался с духом, чтобы перейти к следующему шагу, который он запланировал для этой встречи.
- Это весьма желанная перспектива, господин. Однако...
- Что еще? - Светоний нетерпеливо вздохнул. - Продолжай, парень! Выкладывай.
Катон увидел возможность использовать аргументы самого наместника, чтобы подкрепить свои доводы.
- Как вы сказали, господин, в то время мы были уверены, что моральный дух врага сломлен. Если бы я мог действовать быстро, мы могли бы догнать Боудикку и погасить последние искры мятежа. Однако, - продолжил он с ударением, - поскольку я задержался в ожидании подкреплений, инициатива перешла к врагу. Боудикка использовала время, чтобы сплотить своих последователей. Она намерена восстановить армию мятежников, набирая людей не из своего племени, и продолжать вести войну против Рима. Она использует орла, захваченного у Девятого легиона, чтобы убедить потенциальных союзников, что наши легионы могут быть побеждены. Это мощная пропаганда, господин.
- Откуда ты это знаешь? - потребовал Светоний.
- Я слышал это от сына вождя триновантов, а также от одного из вождей Боудикки. - Катон рассказал о разведданных, которые он получил в Комбретовиуме и Бранодунуме.
Светоний внимательно слушал и задумался на мгновение, прежде чем заговорить.
- Значит, у нас есть шанс привлечь триновантов или, по крайней мере, некоторых из них, в то время как остальные останутся нейтральными?
- Да, господин.
- Я определился с судьбой иценов, как только услышал о разрушении Камулодунума и резне Девятого легиона. Но я еще не решил, должны ли тринованты разделить то же наказание. Если то, что ты говоришь, верно, было бы выгоднее привлечь их, чем раздавить их под каблуком вместе с Боудиккой и ее собаками.
- Именно так, господин. Кнут и пряник. Уничтожение иценов и снисходительность к тем, кто выбирает быть нашими союзниками, станут эффективным примером для других племен Британии.
- Да, действительно. - Светоний кивнул.
Катон почувствовал прилив удовлетворения от того, что он выиграл этот раунд для Тасциована и его людей. Теперь настала более сложная часть.
- Есть еще кое-что, что я узнал, что будет полезно для нас, господин. Когда я говорил с вождем поселения в Бранодунуме, было ясно, что у него были серьезные сомнения относительно продолжения борьбы с Боудиккой.
- И что?
- Если есть другие, подобные ему, мы можем найти способы вбить клин между Боудиккой и элементами внутри ее племени. Это ослабит ее положение, что поможет даже сбить ее с ног и привести к ее отстранению в пользу лидера, который стремится заключить мир с Римом.
- Понятно. Не уверен, что мне это нравится.
- Господин?
- Подумай об этом. Если мы заключим мир с новым лидером иценов, то где тогда кнут? Если Рима нужно бояться достаточно, чтобы гарантировать, что ему не бросят вызов, мы не должны раздавать всем и каждому пряники. Кого-то нужно избить достаточно жестоко, чтобы напугать других и заставить их стоять в строю. Этим кем-то должен быть народ иценов. Все они. Я определенно не буду проявлять снисхождения к тому, кто заменит Боудикку. Насколько я понимаю, ицены – это паразиты, вплоть до последней женщины и ребенка. Если это служит нашей цели – посеять раздор в их рядах, то сделай это любыми средствами. Делай все, что тебе угодно, с соперниками Боудикки. Если они думают, что это их спасет, они глубоко ошибаются.
Катон не был полностью удивлен двуличием, предложенным его командиром, хотя горячность его желания полностью уничтожить иценское племя была тревожной. Но, по крайней мере, он внедрил в сознание наместника идею о том, что не все в племени поддерживают восстание. При удаче и усердии он мог развить это понимание и настроить Светония на более милосердный лад. Ему нужно было убедить своего командира, что слишком много кнута так же опасно, как и слишком много пряника, если не больше. В конце концов, именно это и вызвало восстание в первую очередь.
Катон кивнул, затем указал на свои седельные сумки.
- Говоря о победе над врагом, я хотел бы спросить вашего совета по планам кампании.
- Конечно.
Он передвинул сумки на стол и достал карту востока провинции, которую он одолжил в штабе пропретора, чтобы она помогла ему отточить свои мысли, ожидая возвращения Светония. Наместник поднялся со своего места и присоединился к Катону, когда последний развернул карту и поставил две масляные лампы, чтобы осветить ее. Географические подробности иценской территории были скудными, когда Катон впервые посмотрел на карту, но он тщательно нанес новую информацию и исправил некоторые ошибки. Теперь она давала достаточно точное представление о регионе, хотя большая часть внутренних владений Боудикки, особенно широкая полоса в пределах северной береговой и болотистой линии, была пустой.
Наклонившись над картой, он провел черту пальцем.
- Это примерная граница между иценской и триновантской территорией, господин. Вы можете видеть, что Камулодунум и Комбретовиум находятся в пределах последней. Слишком далеко. Думаю, мне нужно будет переместить свою базу операций за границу.
Светоний осмотрел карту и кивнул.
- Это было бы лучше всего. Что ты имеешь на уме?
- Здесь, господин. Вента Иценорум28. - Катон постучал по карте.
- Столица иценов? - Светоний улыбнулся. - Ты не веришь в то, что нужно делать что-то наполовину. Почему там?
- Я знаю эту местность, и центурион Макрон тоже. Городок иценов находится в мелководной долине с рекой, которая судоходна до самого побережья. Неподалеку вверх по реке есть открытый участок наклонной земли, который был бы идеальным местом для строительства форта. Его можно снабжать по дороге или реке. Я намерен сжечь город и выгнать его жителей на север. Они станут дополнительными ртами для поселений, все еще верных Боудикке, а также средством распространения информации о том, что мы застолбили себе место в самом сердце ее царства. Это не сильно поднимет их моральный дух.
