— Ну, шлем. На голову. Такая штука, которая защищает от ударов по черепу. Древнее изобретение, мастер, проверенное тысячелетиями. Я слышал, что некоторые воины их даже носят. А некоторые из него ещё и едят.

— Без шлема дойдёшь. Голову не подставляй никто бить и не будет. — сказал мастер, и я не понял, шутит он или нет.

На крыльце дома мастера стояла Лин Шуай, провожала на охоту, правда молчком. После того разговора, мы больше не общались, и мастер тоже старался особо не вмешиваться. А я бы не сказал, что между нами плохие отношения, я эту женщину откровенно не понимал, в самом начале казалось, что всё, наоборот, а в итоге не поймешь. Напрашиваться на разговор я не собирался, мне от нее было ни холодно, ни жарко, особенно когда я окончательно для себя решил, что моя история, это только моя, и плевать мне на всё остальное. Может я и не прав, время покажет.

Думать о всяком было откровенно лень, сбор занял не так много времени, и мы бодро зашагали в сторону куда покажет мастер, уйти мы должны были на пару дней не меньше, так как маршрут был не самый удобный. Но Цао знал, на кого охотиться, и где будут нужные ему и мне ядра, так что, потеряться или не найти добычу мы не могли. И уже по дороге, когда мы перевалили первый подъем, мастер поделился со мной целью.

— Это старое, проверенное место, там обитают каменные вараны, все предки били их там, оставляя кладки и мелочь в живых, и тем самым давая возможность и остальным из рода идти одним и тем же путём.

— Удобно. И сколько штук?

— Мне нужны два ядра вожаков, — сказал Цао. — Тебе хватит и двух средних я думаю.

Логично, так как благодаря силе ментальной твари, я достаточно высоко шагнул на последней стадии. Даже жаль, что нельзя было зараз миновать ее и перейти на следующую ступень закалки. Казалось бы, какая разница, ан нет, разница есть.

— Ну вот я читал как прокачивались молодые практики, — говорил я мастеру. — Так они первые шаги ступени закалки пролетали за несколько лет и уже к двадцати годам были на ступени каналов. И потребляли пилюли они практически постоянно и потоком, то есть, судя по тому, что писали авторы, брали не мощью, а количеством.

— Не каждый же день. — ответил Цао. — Как минимум неделя, а от и две должны пройти, чтобы перейти на следующий шаг. Организму нужно перестроиться. Вот ты как себя чувствуешь?

— Хорошо! Даже замечательно! — отозвался я и подпрыгнул, чтобы, приземлившись уйти в кувырок и тут же встать на ноги.

Доспех совершенно не мешал, а вот чувство силы и ловкости было запредельным. Для сегодняшнего меня, конечно. Потому что через неделю я сожру еще одно ядро и стану практиком закалки кожи, вот это уже шаг так шаг. Моя скорость развития не могла не радовать. Меньше двух лет от простого смертного до стадии закалки кожи. После достижения, кожу обычным ножом, прилагая обычные усилия, уже не порезать даже, словно она становится кевларовым бронежилетом. До сих пор никак не мог привыкнуть к этому.

Цао на это ничего не сказал, вместо этого свернул в сторону груды больших камней и мгновенно исчез среди них, даже Бабай, удивленно остановился. Стоило мне пройти вперед еще несколько шагов, и я понял, что мастер аккуратно нырнул в узкую щель, которую вообще со стороны видно не было. Маскировка высшего уровня просто.

— Сократим путь.

Бабай проскочил первым, обогнал мастера и убежал вперёд, цокая когтями по камню. Через связь шло довольное, сосредоточенное любопытство. Новое место, новые следы. Щенячий рай.

— Этим ходом пользовался ещё мой дед, — сказал Цао, не оборачиваясь. Шёл он уверенно, без заминок, хотя света не было вообще. Я ориентировался по по звуку его шагов, да и сворачивать было некуда, только вперед. — Срежем полдня пути, выйдем прямо к термальной зоне.

— А вараны сюда не забредают?

— Нет. Тут слишком узко для них, и холодно. Они к теплу жмутся, в расщелинах у выходов пара.

Коридор шёл с лёгким уклоном вниз, потом повернул, и Камень Бурь на груди чуть потеплел. Не тревога, просто фон этера менялся, становился плотнее с каждым шагом.

Минут через двадцать молчаливой ходьбы я не выдержал.

— А они большие, звери-то?

— Да вполне, Вожаки размером с лошадь.

Ого. Но удивление я при себе удержал, я же воин, пусть и рунный мастер вдобавок, что мне бояться каких то ящериц. И не таких тварей бил.

— А почему именно вараны, а не другие? Ну мне понятно, я любое сожру и стану сильнее, а вы?

— Не варанье, а ядро вожака, — поправил Цао. — Среднее тут не потянет. Вожак живёт десятки лет, его ядро вбирает столько огненного этера, что обычный практик от одного прикосновения сгорит до кости. Мне нужно два, одного, скорее всего не хватит. Но два это на следующий шаг, потом еще три, на последний. А вот для перехода на закалку крови, придётся спускаться вниз, есть там пара зверушек, завалив которых, я спокойно перейду на закалку крови. Мои предки даже ловушки подготовили, чтобы проще было охотиться на тех огненных тварей.

Названия он так и не сказал, но вообще выглядело интересно. Путь, по которому прошел не один практик, а несколько из одного рода. Причем не как обычно, а каждый старался дать своему роду больше силы. Вот это я понимаю, кровь. Обычно всё гораздо хуже, если ты практик, то ты прежде всего эгоист, действующий в рамках того, чтобы получить собственное усиление. Разумный эгоист, естественно.

Помогая становиться сильнее другим, обучая других, ты тоже не стоишь на месте, а развиваешься. Но уйдя дальше, будешь только плевать на проблемы слабых, по вполне простой причине, стоять на месте нельзя. Вот и получается, что забота, о своих потомках это достаточно интересный вклад в развитие практиков.

Не удивлюсь если там, куда они потом отправляются, род Горновых силён и богат, как раз за счёт того, что имеет возможность дать следующим поколениям гарантированный рост, и даже обеспечить, как говорит сам мастер, и ловушками и короткими путями и всем другим, необходимым.

— А на шлеме фонарик бы поставил.

— Дался тебе этот шлем. — ответил мастер. — Хочешь, сделаем, только за бронзой придётся самому снова в тайник лететь, того, что осталось уже не хватит. Идеи есть какой?

— Ага.

Идей у меня была масса. Зря я что-ли смотрел супергеройские фильмы? Я бы и голосовой помощник с адаптивной системой целеуказания прикрутил, была бы возможность.

Разговор на этом и закончился. Мастер сказал ровно столько, сколько считал нужным, и ни словом больше. Я к этому привык, но иногда хотелось взять его за плечи и потрясти, чтобы вытряхнуть хотя бы ещё одно предложение. Бесполезное желание, конечно. Тряси не тряси, из Цао лишнего не выпадет.

Коридор начал подниматься. Камень под ногами стал шершавым и тёплым на ощупь, воздух загустел. Я расстегнул верхнюю застёжку подкладки, и по шее потекла струйка пота. Камень Бурь уже не просто грелся, он был горячим, реагируя на плотность этера вокруг. Мы подбирались к термальной зоне.

— Скоро, — сказал Цао.

Бабай вернулся, и на этот раз он был совсем не так беспечен, сообщая мне что впереди злюки, и они не вкусные, есть он их точно не будет, пока шкуру с них не снимут, а судя по намёку, снимать шкуру предстоит мне.

Выход оказался не щелью, как я думал в процессе ходьбы, а полноценным таким залом, метра четыре в высоту. Свет проникал откуда-то сверху, сероватый, рассеянный. Пол покрывал тонкий слой белёсого порошка, похожего на соль, но что это такое на самом деле я не знал.

Цао вышел из грота первым и встал на карнизе, глядя вниз. Я встал рядом, с любопытством разглядывая место охоты, судя по всему, мы находимся в огромной скальной расщелине, тянущейся на сотни метров вверх и вниз, и где-то почти в самом ее низу и был наш выход.

Расщелина уходила вниз еще метров на тридцать, может даже сорок. Стены были красноватыми, из трещин тянулся пар, белый и густой, как дым от сырых дров. А на выступах, на разных уровнях, лежали они.

Четыре приземистые туши, покрытые каменной чешуёй. Серо-бурые, почти неотличимые от камня, если не знать, куда смотреть. Ближайший ко мне был размером с крупного быка, и я понял, что слова про лошадь не были мягким приуменьшением. Здоровенные такие тварюги, лежали и грелись, а я думал, как их валить.