Одна из моих книг, посвященных этой теме, называлась «Я вижу, что ты имеешь в виду: Руководство к использованию рисунков в работе коллектива» (I See What You Mean! A Workbook Guide to Group Graphics). Эта расхожая фраза говорит о чувстве, которое люди соотносят с ситуацией, когда начинают видеть положение вещей: они вступают в контакт, включаются и приступают к работе. Это и есть главный результат, которого можно добиться на ранних этапах работы.

Осмысли

Когда люди чувствуют, что информации достаточно, они фокусируются на поиске в ней системы в зависимости от того, какая поставлена цель. Кое-кто называет это аналитикой или поиском смысла. Мышление – процесс установления связей, объясняющих суть вещей, помогающих разрешить проблему, прояснить замысел либо определить критерии, необходимые для достижения решения. Вспомните, часто ли во время работы вы слышали фразу «Давайте подойдем к вопросу нестандартно». «Стандарты» настолько прочно укоренились, что мы по привычке воспринимаем информацию определенным образом. Когда вы начнете использовать метод визуализации коллективного интеллекта, то увидите, что создание панно, интеллект-карт, схем и графическое конспектирование резко меняет плоскость нашего мышления, наши представления о том, что мы можем увидеть. Без такого инструментария рабочая группа сделает крайне мало, если ей нужно осмыслить несколько сложных процессов.

Чтобы понять, как визуальные шаблоны влияют на наше мышление, проведем простой эксперимент. На следующей странице я его опишу – его можно легко повторить. Попробуем понять, как много бобов вы можете насчитать, бросив взгляд на тарелку. Большинство начинает путаться уже после 6–7-го боба, если, конечно, бобы не разложены по какой-то системе. Так что организация данных на презентационных экранах – необходимый инструмент, который помогает анализировать массив данных, состоящий более чем из 2–3 объектов.

Знаю по опыту, что не умею «мыслить системно», не используя визуализации. Об этом я расскажу более подробно в главе 10. Но по здравому смыслу так и должно быть. Когда нужно что-нибудь понять и нет возможности осознать все сразу (например, представить в деталях работу ресторана, придумать, как сделать наш бизнес эффективнее, или решить маркетинговую проблему), вам потребуется соединить разрозненные блоки информации, к осознанию которых вы пришли в разное время. Чтобы понять, как связаны те и иные вещи, лучше всего нарисовать схему. Конечно, можно сделать это и в воображении, но если необходимо с кем-нибудь поделиться результатами, то придется создать визуальный ряд.

Сегодня эта идея кажется мне настолько очевидной, что я с большим трудом могу понять, почему люди думают, что рассказ о том, что они увидели своими глазами на презентации, – лучший способ узнать новости. Напротив, я бы привлек людей к совместному созданию визуального ряда, чтобы они смогли вычленить и связать воедино различные блоки информации. Вот почему в школе дают материал шаг за шагом, используя кусок мела и доску!

Действуй

Рабочая встреча, конечно, должна дать результаты. Визуализация становится важным элементом именно на этом этапе, когда нужно показать, какие действия приведут к тем или иным результатам в будущем. Планы развития, пошаговые стратегии, панель мониторинга, диаграммы и кейсы – вот примеры визуализации, которая отражает действия во времени и помогает придумать, как их выполнить. Считаю, что анализ процесса при помощи визуализации задействует нашу способность к созданию имитационных моделей. Меня всегда завораживало, как простейший сдвиг перспективы от истории, развивающейся линейно, к истории взлетов и падений стимулирует людей к генерации «концептуальных прототипов». Для визуализации на этом уровне не нужен какой-то сложный инструментарий – только схемы и рисунки. Если группа готова броситься в бой, а до этого коллективными усилиями был создан план действий, шансы на то, что команда сможет работать как единый организм и доведет дело до конца, намного выше, чем в случае, если каждому из ее членов будут розданы письменные инструкции. В главах 15–20 подробно рассматриваются инструменты для принятия решений, управления проектами, планирования действий и другие формы предварительного «проигрывания» действий.

Когда вы работаете с визуальными инструментами, диаграммы помогают вам отслеживать прогресс. Мне вспоминается инженер из Bechtel Corporation, который принимал участие в одном из наших семинаров по созданию рисунков в ходе дискуссий. Он нарисовал простой план действий для какого-то проекта, очень похожий на тот, что изображен далее. И это ему так понравилось, что, вернувшись в свою компанию, он каждую неделю делал с него ксерокопию и помечал маркером уже сделанное. Рисунок был сделан на скорую руку, но именно по этой причине все реагировали на него лучше, чем на что-то иное. Словом, он выполнял функцию графического термометра в компаниях по сбору средств!

Самое важное в переходе от планов к делу – помочь людям вспомнить, о чем они договорись, с помощью документов, которые помогут им в этом. Когда я только учился создавать рисунки для групп, меня заинтересовал тот факт, что наши преподаватели называли флипчарты «групповой памятью». Они утверждали, что люди верят в их эффективность, и позднее я убедился на собственном опыте – группа действительно использует флипчарт как коллективную память. Поскольку запомнить все, что группа решила сделать, крайне важно, то любая инвестиция в коллективную память повлияет на продуктивность ее работы.

У Дуга Энгельбарта, еще одной легенды мира компьютеров (изобретатель мыши, диалоговых окон и гипертекста), в 1970-х гг. была исследовательская группа при Стэнфордском университете; они изучали вопросы интенсификации мыслительной деятельности. Один парень из команды Энгельбарта – Джефф Болл – написал, но не опубликовал небольшую статью «Эксплицитная групповая память» (Explicit Group Memory). Он сообщил, что из всех идей, рассмотренных командой, использование компьютерного дисплея было наиболее радикальным. Они полагали, что дисплей, доступный сразу нескольким пользователям, станет инструментом будущего. Тогда под словом «дисплей» я подразумевал любой экран, хотя, по мнению Джеффа, последнее, с чем расстанется школьный учитель, – это доска и кусок мела.