Вот про то – про подготовку советских ВВС и войск ПВО к операции «Удар возмездия» и, шла речь на этом – последнем в истории совещании Главного Военного Совета Красной Армии.

***

Присутствующий на Совещании ГВС КА Сталин сперва довольно спокойно и даже равнодушно-отстранённо выслушивал доклады командармов 2-го ранга Смородинова и Локтионова, комдивов Проскурова и Савченко… Вышеописанные внутренне-политические события отодвинули у него всё остальное на второй план. К тому же из «Послезнания» он достоверно знал, что никакого удара по советским нефтепромыслам не будет. Что уже десятого мая – меньше чем через месяц, Вермахт начнёт операцию «Гельб» и англо-французам станет как-то не до бакинских нефтепромыслов. А уже после нападения Германии на СССР, мы с ними станем союзниками по антигитлеровской коалиции и, получим от их буржуйских «щедрот» немало словами потомков – «плюшек»…

Даже Берлин и тот поделим поровну: как говорят потомки – «мир, дружба, жвачка!».

Но постепенно из «Послезнания» стали всплывать некоторые, словами потомков – «нюансы» и Вождь «одной шестой части суши» - лишь на самом южном краешке которой добывалась «чёрная кровь войны», призадумался…

Во-первых, он узнал, что операция по бомбардировке советской нефтянки называлась «Pike» - «Наконечник копья».

Во-вторых, тот «неопознанный летающий объект» на поверку оказался двухмоторным британским разведывательным самолётом американского производства «Локхид-12А», который базировался на аэродроме Хаббания (недалеко от Багдада) и который пилотировал австралиец Сидней Коттон. Был сей самолёт оснащен тремя фотоаппаратами с высокой разрешающей способностью и с высоты семь километров, мог снимать полосу шириной около двух десятков километров.

Сталин не мог не подумать с долей лютой зависти:

«Нам бы такой перед Финской войной!».

А над Баку и прилегающими нефтепромыслами, над районами Батуми и Поти - где находились нефтеперегонные заводы, «Локхид-12А» с австрийцем на борту начал летать ещё 30-го марта.

Но советские войска ПВО засекли сей словами потомков – «НЛО», только в последний раз, когда его экипаж видимо совсем обнаглел.

Эта информация повергла его в шок:

«Таким образом наш «часовые неба» и, налёт группы бомбардировщиков проспят!».

Дальше – больше.

В-третьих он узнал, что дело обстоит намного серьёзней, чем простой поджог бакинских нефтепромыслов… Словами одного из генералов союзников:

«…Предстоящая операция должна привести не только к тотальному разрушению военного потенциала СССР, но и в значительной степени решить ход всей войны».

«Тотальное разрушение военного потенциала» страны, означает ни мало ни много – утрату её суверенитета.

В-четвёртых, Сталин узнал, что союзники от слов уже перешли к делу.

Полученные снимки были срочно отправлены в Европу и на следующий день уже лежали на столах французского и английского Генеральных штабов. В итоге не по уму ретивые генералы союзников разделили «полномочия»: авиаудар по Батуми и Поти должны были нанести французы, за англичанами оставалась бомбардировка Баку и Грозного. Планировалось задействовать девять эскадрилий: две эскадрильи французских «Фарманов-221», четыре французские эскадрильи «Гленн-Мартинов», три английские эскадрильи «Веллингтонов»… Всего 117 бомбардировщиков, которые действуя с авиабаз в Дьецире (Сирия) и Мосуле (Ирак), сбрасывая за раз семьдесят тонн авиабомб, за период от десяти дней до полутора месяцев - должны будут сровнять с землей и сжечь в общей сложности 122 нефтеперерабатывающих завода в Баку, в Грозном, в Батуми и в Поти.

Предполагаемые собственные потери англичане оценивали в двадцать процентов за всё время операции. Французы же, видимо имея более реальные сведения о состоянии советской ПВО, вообще планировали обойтись без боевых потерь.

И наконец, в-пятых, он узнал точную дату начала операции «Pike»…

Пятнадцатого мая.

***

Конечно, можно было бы успокоиться и расслабиться: ведь в «реальной истории» такого не произойдёт.

Но сперва Вождя советского народа обдало холодным потом:

«А вдруг Гитлер тоже получил «Послезнание»? Тогда стоит ему подождать всего неделю-две и СССР окажется в войне с Британией и Францией. А в не так уж и отдалённой перспективе – и с Америкой…».

Сталин сквозь зубы выругался на причудливой смеси русского и грузинского языка, добавив и «фак ю!» из лексикона потомков… Ибо воевать в компании с Гитлером и Муссолини, ему словами потомков – «не улыбалось», от слова «ваще». Ибо если даже и возможно «принудить к миру» Британию, а Америку сковать на Тихом океане в «клинче» с Японией, это только отстрочит «внезапное и вероломное» нападение. Ибо, чтоб там не говорили отдельные «особо одарённые» особи из числа потомков - нацизм и коммунизм это антиподы, которые мирно рядом друг с другом не уживутся…

Кто-то один должен уничтожить другого!

Наморщив лоб и прикрыв глаза, он задал вопрос:

«…Как проверить?».

Вскоре он нашёл способ, прямо во время Совещания ГВС КА позвонив в Наркомат иностранных дел:

- Здравствуйте, товарищ Потёмкин! Нет ли у Вас для меня свежих новостей из-за пределов нашего социалистического Отечества? Конкретней – из Северной Европы. …Спасибо, Вы меня очень выручили.

Нет, судя по всему некие «высшие силы» (он украдкой посмотрел на потолок кабинета) не дали «Фюреру всей германской нации» информации о будущем. Или же он не захотел ей воспользоваться, что в принципе одно и то же.

Сегодня, 24-го апреля Вермахт высадился в Норвегии и для англо-французского словами потомков – «ограниченного контингента» в этой стране, начнётся чёрная полоса неудач закончившаяся эвакуацией из Нарвика 8-го июня.

А 10-го мая, «чёрная полоса неудач» начнётся для союзников и на основном театре военных действий – в Западной Европе. 15-го мая капитулирует голландская армия, танковый корпус генерала Гота расчленит 2-ю и 9-ю французские армии и двинется на Сен-Контен. И уже 26-го мая начнётся эвакуация прижатых к Ла-Маншу британских войск из Дюнкерка…

Понятно, что союзникам стало (станет!) не до Баку и вообще не до СССР.

Что-то его «зацепило», какая-то - пока неясная идея блуждала «вокруг да около» и, он несколько раз повторил мысленно:

«Союзникам станет не до СССР… Станет не до СССР… Не до СССР…».

А «чёрная полоса» для союзников, будет продолжаться всё лето сорокового года.

14-го июня без боя капитулирует Париж. 22-го июня французское правительство в Виши (город такой) заключит «похабный» мирный договор с Рейхом. 3-го июля силы британского ВМФ нападут на французскую эскадру в каком-то алжирском порту и бывшие союзники фактически окажутся в состоянии войны. Поэтому более позднее (лето 1941-го года) вторжение британских войск в Сирию встретит яростное сопротивление французской армии.

И хотя 21-го июля Гитлер дал (даст!) приказ о разработке плана войны против СССР – позже известный как «Барбаросса», 12-го августа начнутся авианалёты Люфтваффе на Британские острова, поставившие Великобританию на грань катастрофы.

Вдруг у Вождя аж «в зобу дыханье спёрло», как говорили на Руси со времён князя Рюрика и словами потомков – его «братвы»:

«Да это ж нам даёт просто невероятные возможности!».

Он вновь, уже вслух выругался – но уже не в ярости, а в предвкушении изрядного куша - так и идущего ему в руки.

Придя в себя, он увидел что находящиеся на Совещании - буквально «прижали уши», как перепуганные кролики – посчитав эту ругань в свой адрес. В принципе они это правильно сделали, ибо Вождь углядел в их «планировании» множество словами потомков – «косяков».