В «Текущей реальности», такой Указ Верховного Совета СССР вышел почти на полгода раньше.

Как и в «Реальной истории», с начала июня произошло максимальное ужесточение трудовой дисциплины на промышленных предприятиях и в государственных учреждениях. С целью снизить потери от «текучки», рабочие и служащие потеряли право переходить с одного предприятия на другое без разрешения дирекции. Рабочий день был продлен с семи до восьми часов, а рабочая неделя стала семидневной. Прогульщика, лодыря и бракодела могли судить и отправить на принудительные работы. То же самое наказание могло последовать за трехкратное опоздание на работу в течение месяца.

***

Во время «реальной» Великой отечественной войны, от голода умирали не только в блокадном Ленинграде… В Архангельске к примеру, от нехватки продуктов питания в первую же военную зиму вымерла десятая часть населения. Очень высока была  смертность среди заключённых исправительно‑трудовых лагерей, среди вынужденно перемещённых лиц (беженцев, эвакуированных) – как ещё в эшелонах, так и уже на месте развёртывания эвакуированных с запада на восток предприятий. От хронического недоедания в холодных бараках свирепствовали болезни, начиная от цинги и кончая туберкулёзом ‑ от которого в то время не было лекарств…

Это не говоря уже про брак на производстве, без которого не могли работать шатающиеся от голода рабочие вставших на «военные рельсы» заводов.

Это следствие потери житницы страны – Украины вместе с «урожаем‑41» и срыва уборочной в неоккупированных областях СССР вследствие мобилизации.

Имеющий «Послезнание» Сталин, конечно же хотел любой ценой избежать оккупации «житницы»… Но как говорится в народе – «надейся на лучшее, а готовься к худшему». И в соответствии с этим он и действовал, тем более имея перед собой примеры из ближайшего будущего.

Во время Второй мировой войны дефицит продовольствия испытывали все без исключения воюющие страны. И все они предпринимали меры, необходимые для того чтобы дефицит продовольствия – когда население вынуждено лишь «подтянуть штаны», не превратился в голод – от которого население как минимум теряет трудоспособность, а как максимум – здоровье и даже саму жизнь.

Как и следует полагать, наиболее «прямолинейно» подошли к этому вопросу в III Рейхе. Чтоб восполнить «Жировой пробел»⁸¹, там до войны был принят план «Erzeugungsschlacht» («Битва за урожай») входящий в состав общего Четырёхлетнего плана (1936‑1940‑й годы), а уже после начала «Барбароссы» ‑ «План Бакке» (также ‑ «План голода»). Цель ‑ обеспечить продовольствием воюющую на Востоке германскую армию и население Германии за счёт оккупированных территорий СССР.

В нём в частности говорилось:

«1) Войну можно продолжать только тогда, когда весь вермахт на третий год войны перейдёт на питание в России.

2) Если мы будем вывозить из страны всё необходимое для себя, без сомнения, при этом умрут с голоду миллионы людей.

3) Самое важное ‑ это спасение и транспортировка посевов масличных семян и жмыхов, а затем уже зерна».

«План голода» успешно выполнялся. Не считая съеденного на месте вояками Вермахта и Люфтваффе продовольствия, с 1941‑го по 1943‑й год оккупанты сумели реквизировать и вывезти из СССР в Германию более 630 000 тонн масличных семян, твёрдых жиров и пищевых масел. Это привело к временной стабилизации системы обеспечения продовольствием немецкого населения: осенью 1943‑го года ‑ впервые с начала Второй мировой войны, продовольственные пайки для немецких граждан  были увеличены…

Во сколько погубленных душ эта «временная стабилизация» обошлось народам СССР, история как обычно умалчивает. Она всё больше про мирных германских бюреров, вынужденных вместе со своими фрау и киндерами ‑ пожирать этот «доппаёк», сидя по бомбоубежищам вследствие авианалётов союзников.

Сталин ещё раз с удовлетворением заметил, что выбранная им стратегия выбомбить Германию из войны налётами на транспортную инфраструктуру – верна, как математическая аксиома. Ведь таким образом затрудняется не только доставка на Восточный фронт Вермахта всего необходимого для ведения боевых действий…

Но и вывоз оттуда всего награбленного, необходимого для работы военной промышленности Рейха.

И не только продовольствия, кстати. Но и к примеру захваченного промышленного оборудования, металлолома с разрушенных советских предприятий, криворожской железной руды и никопольской марганцевой…

Ведь рудники и шахты не эвакуируешь!

Мало того, оккупанты массово вывозили с оккупированных территорий рабочую силу – «остарбайтеров» (свыше пяти миллионов человек гражданского населения) и по некоторым (правда, не совсем достоверным) сведениям, вывозили целыми составами даже украинский чернозём.

Это уже не говоря уже о том, что по железной дороге, немецкие солдаты и офицеры свободно ездили в отпуска в Фатерланд и возвращались обратно.

Почему‑то последний факт больше всего возмутил Вождя. Он сложил из пальцев кукиш и сперва полюбовавшись им сам, направил его «остриём» на запад ‑ пообещал немецко‑фашистским захватчикам индейскую хату:

‑ Фигвам вам, а не отпуска!

Более прагматично‑прикладной характер носили продовольственные программы Британии «Копай для победы» и «Сады Победы» в США ‑ по принципу «Спасение утопающих – дело рук самих утопающих» стимулирующие свободное от несения военных и производственных обязанностей население (детей и женщин) к самообеспечению хотя бы овощами и фруктами. Выпускались газеты, журналы, фильмы, плакаты пропагандировали индивидуальное и коллективное садоводство и огородничество, подсказывали наиболее продуктивные способы для достижения высокой урожайности и продуктивности.

В СССР же, по обыкновению хватились лишь весной 1942‑го года, когда миллионы людей уже умерли от голода, или потеряли трудоспособность заболев. Пересмотр государственной политики в отношении индивидуальных огородных участков, а так же повсеместное развитие подсобных хозяйств при промышленных предприятиях, помогли относительно благополучно пережить последующие военные зимы.

Ну и конечно нельзя переоценить Ленд‑Лиз, по которому кроме общеизвестной тушёнки, в Советский Союз в частности поступило более половины от употреблённых в годы войны жиров и сахара.

Вождя Страны Советов такое положение дел совершенно не устраивало!

Для решения продовольственной проблемы в будущей войне на уничтожение, Сталин в первую очередь решил прекратить выращивать Кок‑сагыз – степной одуванчик, из которого какой‑то «умник» догадался добывать натуральный каучук.

Он вскипел возмущением:

«Это – чистейшей воды экономическая диверсия, сродни Чернобылю по последствиям».

Под этот «одуванчик» отводились лучшие земли совхозов и колхозов. Урожайность корней кок‑сагыза достигала 120–130 центнеров с гектара, из которых можно было получить до 100 килограммов чистого каучука. Это всего лишь комплект «резины» на грузовичок типа небезызвестной «полуторки».

С этого же гектара земли можно получить в среднем 8,6 центнеров зерновых, которыми можно в течении года кормить четырёх человек. Условно, конечно, ибо кроме зерна человеку нужны и другие продукты…

Так как тут не быть голоду?!

Поэтому он твёрдо решил:

«Надо найти если не виновника – инициатора этой катастрофы и отдать под суд».

На первом же заседании Совнаркома СССР посвящённом подготовке к войне в продовольственном плане, он как его Председатель заявил во всеуслышание:

‑ Это малопродуктивная технология, товарищи! У нас есть технология производства синтетического каучука из обыкновенной картошки, надо всего лишь в разы увеличить её выращивание и производственные мощности по её переработке…