… Еще недостаток в отношении проверки людей сверху. Не проверяют. Мы для чего организовали Генеральный штаб? Для того, чтобы он проверял командующих округами. А чем он занимается? Я не слыхал, чтобы Генеральный штаб проверял людей, чтобы Генеральный штаб нашел у Уборевича что-нибудь и раскрыл все его махинации. Вот тут выступал один товарищ и рассказывал насчет кавалерии, как тут дело ставили, где же был Генеральный штаб. Вы что думаете, что Генеральный штаб для украшения существует? Нет, он должен проверять людей на работе сверху. Командующие округами не Чжан Цзолин, которому отдали округ на откуп.

Такая практика не годится. Конечно, не любят иногда, когда против шерсти гладят, но это не большевизм. Конечно, бывает иногда, что идут люди против течения и против шерсти гладят. Но бывает и так, что не хотят обидеть командующего округом. Это неправильно, это гибельное дело. Генеральный штаб существует для того, чтобы он изо дня в день проверял людей, давал бы ему советы, поправлял. Может, какой командующий округом имеет мало опыта, просто сам сочинил что-нибудь, его надо поправить и придти ему на помощь. Проверить, как следует.

Так могли происходить все эти художества - на Украине Якир, здесь, в Белоруссии - Уборевич.

И вообще нам не все их художества известны, потому что люди эти были предоставлены сами себе, и что они там вытворяли, бог их знает!».

29-го апреля, вторник.

Просто сказать, что у товарища Сталина с утра было испорчено настроение - значит вообще ничего не сказать!

Как известно, по его указанию Нарком внутренних дел (НКВД СССР) Лаврентий Павлович Берия, совместно с Розалией Самойловной Землячкой (Комиссия советского контроля при СНК СССР) и Матвеем Фёдоровичем Шкирятовым (Комиссия партийного контроля при ЦК ВКП(б)), создал и возглавил Объединённую комиссию при Политбюро ЦК ВКП(б). Задание: в преддверии самой кровопролитной в истории человечества войны, проверить состояние дел в Наркомате боеприпасов, в Военно-Воздушных Силах и степень готовности «Линии укрепленных районов» (УРов) на старой западной государственной границе Советского Союза («Долговременный сухопутный фронт»).

Последний состоял из тринадцати отдельных укрепрайонов – (УРов), выстроенных с севера на юг на протяжённости 1850 километров - от Карельского перешейка до Чёрного моря. Стоимость этого воистину циклопического сооружения, зашкаливала за все мыслимые и немыслимые границы. Например, на один только Летичевский укреплённый район (ЛеУР) на Украине - 340 пулемётных и 7 артиллерийских ДОТов, было потрачено 16 613 521 рублей, что сопоставимо со стоимостью такого промышленного гиганта, как Уралмаш.

В пику «Линии Мажино» или не к ночи будет помянутой «Линии Маннергейма», в СССР «Линией Сталина» её никогда не называли, что Вождь считал ещё одним «камешком в огород» критиков так называемого «Культа личности»…

Впрочем, тем «хоть сцы в глаза – всё Божья роса».

Так вот, на эту «линию долговременных укреплений», в которую было в своё время вбухано словами потомков – «просто немеряно бабла», Сталин возлагал определённые надежды в связи с предстоящим военным столкновением с III Рейхом. Не то чтобы имея «Послезнание» он стал более рьяным поклонником долговременной фортификации, чем им был раннее…

Вовсе нет!

Ведь ни «Линия Маннергейма», ни «Линия Мажино», ни «Линия Зигфрида», ни «Атлантический вал» - не смогли надолго сдержать наступающих и предотвратить крах своих стран.

Как это ни звучит парадоксально, он ставил во главу угла в первую очередь меркантильные соображения:

Раз деньги вложены в какое-нибудь дело, они должны работать и хотя бы окупиться!

Вот и столь дорого обошедшиеся стране УРы должны окупиться хотя бы и «недолгим сдерживанием» Блицкрига, как это продемонстрировал в «Реальной истории» тот же Летичевский УР, словами Командующего 6-й армией Понеделина - «невероятно слабый», продержавшись дней десять.

Если знать, что Минск был взят Вермахтом на шестой день войны – 28-го июня, а Смоленск – на двадцать четвёртый (16 июля 1941-го года)…

В этом месте лучший друг советских литераторов не смог сдержатся и вслух матерно выразился.

…То десять дней - это достаточно весомый вклад в «копилку» Победы!

Ведь каждый выигранный день стоит миллионы рублей и в первую очередь – миллионов человеческих жизней. И, если бы каждый из тринадцати укреплённых районов продержался бы столько - сколько держался «невероятно слабый» Летичевский УР, война была бы совершенно другой. И совершенно другими были бы её итоги.

Второе соображение было связано с так называемым, словами потомков – «человеческим фактором».

Вождь прекрасно знал свой народ, свою армию и своих командиров и, «воздушных замков» на этот счёт не строил от слова – «ни одного». Можно хоть за сколько угодно часов, дней, недель и даже месяцев до «внезапного и вероломного нападения» приводить их в «состояние повышенной боевой готовности», но война всё равно застанет Красную Армию словами потомков – «со спущенными штанами».

Расстояние от Бреста до Минска по прямой 327 километров. Так что даже если танковые «клинья» Парцерваффе на своём пути к столице Белоруссии вообще не будут встречать никого сопротивления (кроме русских «направлений» вместо автобанов, конечно), у товарищей командиров всё равно будет достаточно времени чтобы проснуться, надеть синие штаны, проводить своих зарёванных баб и детей до вокзала и, самим утерев сопли - вернувшись к своим подчинённым приказать им занять предполье укреплённых районов.

А ежели Клейст, Гудериан, Гот и Гёпнер не смогут «проткнуть» оборону на старой границе с ходу, то им придётся или штурмовать её – что так или иначе приведёт к тяжёлым потерям (пусть и по немецким меркам), или же ждать подхода пехотных дивизий и тяжёлой артиллерии.

Что то, что другое приведёт к срыву Блицкрига, переходу к войне «на истощение» и в конечном итоге – к «досрочному» поражению III Рейха.

«Третьей соображение» - география.

Обладающий «Послезнанием» Сталин уже сравнительно давно решил привлечь к перестройке Вооружённых сил страны старых – ещё царских военных специалистов. Таких осталось очень немного, конечно…

Но они всё же имелись.

И одним из первых с кем он поговорил, был уже ранее пару раз упомянутый Михаил Дмитриевич Бонч-Бруевич – бывший царский генерал, один из «отцов» Красной Армии и…

«Дедушка» отечественной аэрофотосъёмки.

Вообще-то этого словами потомков – «боевого старикана» (Михаил Дмитриевич был старше Сталина на восемь лет), он хотел привлечь в Генштаб желая обладать авиационной разведкой уровня «Группы Ровеля» у Гитлера. Но общаясь по телефону, как бы между прочим задал и такой вопрос:

- Как Вы считаете, Михаил Дмитриевич, если(!) наши отношения с Германий осложнятся - нам стоит прибегнуть к превентивному удару? Или же придерживаться оборонительной стратегии, построив вдоль новой границы линию укреплённых районов? А может Вы считаете, что нам надо придерживаться «скифской тактики», заманивая противника вглубь страны?

Старший брат ближайшего соратника Ленина по своему характеру был «правдолюбом» - резал правду-матку в глаза, не считаясь кто перед ним – «Надёжа-Государь-Император» или Вождь Страны Советов и Учитель народов. И он по-стариковски, с брюзжащим сарказмом в каждом слоге своей короткой речи - «выдал», что называется:

- Чтоб вести «скифскую войну», Иосиф Виссарионович - планомерный отход вглубь страны с обороной на промежуточных рубежах, нужны отлично обученные войска и опытные штабы. В противном же случае, при малейшей попытке применить такую «тактику» результат будет заведомо предсказуем – безудержное бегство…

Поняв намёк, что с Красной Армий в целом, такое словами потомков – «не прокатит», Сталин проглотив горькую обиду слушал дальше: