— Не знала, что ты посещаешь такие места, — отцепляться Марлена не желала. Более того, она прижалась к Гардову всем телом и, запрокинув лицо, призывно улыбалась ему, глядя в глаза. — Это судьба, я точно знаю.

— Марлена… — Егор все еще не оставил попыток освободиться из хватки бывшей подруги, но все они были тщетны. Девушка цеплялась за него, как за последнюю соломинку, ластилась, как кошка.

— Его-ор! — почти простонала Марлена, приподнявшись на носочки, она потянулась к его губам.

— Так! — Гардову надоела вся эта ситуация и он решительно отстранился, расцепил тонкие пальчики, унизанные тяжелыми серебряными перстнями и развел руки Марлены в стороны. — Хватит!

— Ну почему?!! — девушка обижено надула губы. — Мы так давно не виделись. — Ты не рад меня видеть?

— Не особо, — усмехнулся Гардов.

— А вот я рада, — Марлена растянула полные губы в призывной улыбке. — тут такая тоска, просто жесть. И так хорошо, что я тебя встретила. Ты же поможешь девушке, правда?

— И что ты хочешь? — поинтересовался Гардов, понимая уже, что выпутаться из цепких лапок Марлены будет совсем не просто.

— Все как всегда, — призывно улыбнулась девушка. — Немного «Принца».

— Я больше этим не занимаюсь, — решительно мотнул головой Гардов.

— Что? — отказ определенно не пришелся ей по душе. Девушка нахмурилась, закусила нижнюю губу, даже вешаться на Гардова перестала.

— У меня ничего нет.

— Но ты же можешь достать?

— Могу, — кивнул Гардов, — но не буду. И мой тебе совет, завязывай с дурью.

— Гардов, не зли меня, — томное настроение слетело с девушки словно по волшебству. — Мне нужна дурь!

От злости, Марлена не заметила, как повысила голос. И пусть в ночном клубе грохотала музыка, и Егор ловил себя на том, что время от времени не слышал собственных мыслей, все же вздрогнул и с опаской огляделся по сторонам.

И замер, встретившись взглядом с Лиз.

Она стояла шагах в пяти, рядом с баром, и смотрела на Егора широко распахнутыми глазами, в которых застыло непонимание, неверие… боль… Во взгляде Лиз было столько отчаяния, что Егор на мгновение задохнулся, отчаянно желая в этот момент защитить ее, укрыть собой, спрятать от всего мира, уберечь от горечи и разочарований. Острая боль пронзила все тело, руки сжались в кулаки от желания разорвать на мелкие кусочки того, кто осмелился обидеть ее, причинить ей боль. Уничтожить того, кто стал причиной слез его женщины.

Об этом когда-то давно рассказывал отец. О ярости, что теснит грудь, заставляя ненавидеть весь мир за то, что он может причинить зло той, которую ты выбрал. Душой, сердцем, даром… всем своим существом. О бурлящем вулкане внутри, что требует выхода в желании убивать, рвать на части…

И о глухой тоске, что приходит на смену ей вместе с осознанием, что это ты, стал причиной ее слез.

Вокруг гремела музыка, смеялись и кричали люди, не понимающие, не имеющие ни малейшего представления о том, что происходит всего в шаге от них.

Но и Егору не было до них никакого дела. Он продолжал удерживать взглядом взгляд Лиз, боясь отпустить. Казалось, что стоит хотя бы на долю секунды отвести глаза и все исчезнет, растворится в мареве боли и страданий… и она тоже исчезнет, как видение.

— Эй, Гардов! — в очередной раз попыталась привлечь его внимание Марлена. Егор почувствовал, как холодные ладони скользнули по груди, вымораживая его даже через плотную ткань, тонкие пальцы погладили шею, затем ухватили за подбородок, с силой поворачивая его голову. — Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю!

Зрительный контакт был разорван. Звуки снова вернулись, оглушая, заставляя поморщиться и удивленно воззриться на ту, кто посмел нарушить их с Лиз хрупкое уединение.

Марлена злилась.

— Что ты себе позволяешь, Гардов?

— Отстань, — резко бросил Егор, высвобождая свой подбородок и снова разворачиваясь, чтобы понять, что этой секунды хватило Лиз, чтобы сбежать.

— Ты в своем уме, Гардов?!! — взвилась, обиженная до глубины души девушка, вцепляясь пальцами в свитер Егора. — Мне не отказывают!!

— Значит, я буду первым, — пожал плечами парень, понимая, что упускает время. Отчаянно не успевает.

— Да ты офигел, Гардов! — томная обольстительность слетела с Марлены точно тонкая шелуха. Девушка на глазах превращалась в разъяренную фурию. — Ты что о себе возомнил, говнюк?

— Пока! — махнув рукой и не обращая больше внимания на летящие в спину угрозы и проклятия, Егор заторопился вдоль бара к выходу. Светлая макушка Лиз только что мелькнула где-то впереди, а внимательный взгляд парня отметил, что девушку определенно заносило на поворотах.

Расталкивая в стороны особо ретивых танцоров, отчаянно сдерживая, готовые хлынуть непрекращающимся потоком, слезы, с трудом балансируя на высоких каблуках и пытаясь справиться с тем, что пол почему-то ужасно раскачивается, Лиз прорывалась к выходу. Было больно. И боль эта все нарастала с того момента, как она заметила неподалеку от бара, как Егор обнимается с Марленой.

Они выглядели парой, вели себя, как пара… Между ними определенно что-то происходило. Лиз слышала, что они когда-то встречались, но не придавала этим слухам никакого значения.

Но реальность оказалась отвратительной. Они не просто встречались… когда-то… они определенно все еще поддерживали отношения, иначе почему Марлена вела себя так нагло, обнимая ее парня? А он… Егор даже не делал попыток отстраниться.

— Сволочь! — вслух выругалась Лиз, налетая на какое-то препятствие. — Мразь! — добавила она, попытавшись ударить по этому препятствию кулаком.

— Эй, ты ваще офонарела, курица?!! — Препятствию определенно не понравилось, что в него не только врезались и обозвали, но еще и добавили кулаком. — Смотри куда прешь!!

Почти полностью дезориентированная из-за собственных переживаний, громкой музыки и выпитого алкоголя, Лиз не сразу поняла, что происходит и потому, когда ее грубо схватили за плечи и просто отшвырнули в сторону, не успела ничего сделать. Хорошо еще, что каким-то чудом удалось удержаться на ногах и не распластаться на скользком и далеко не чистом полу. Или нет, совсем не чудом, а благодаря тому, что налетела на компанию парней, которые стояли в паре шагов позади.

— Ой! — только и успела пискнуть она, как услышала тихий рык, потом звук удара и сдавленный стон, сопровождающийся женским визгом и мужскими проклятиями.

— Эй! Осторожнее!

Но Лиз не слушала, она даже не извинилась, взгляд ее был прикован к тому самому «препятствию», согнутому в три погибели и отчаянно ругающемуся. Своим положением парень был обязан Гардову, который, несмотря на то, что значительно уступал своему противнику не только в росте, но и в габаритах, оказался если не сильнее, то определенно быстрее. Вокруг визжали и подпрыгивали на месте какие-то девицы, друзья «препятствия» угрожающе хмурились и сжимали кулаки, явно желая проучить нахала, но не решались даже шага сделать. Егору хватило только одного взгляда, чтобы они отступили.

— Извинись перед девушкой, — очень тихо, склоняясь почти к самому уху поверженного противника, произнес Гардов.

— Чего?! — взревел его оппонент. — Да эта курица сама на меня налетела!!

— Я. Сказал. Извинись. Перед. Девушкой! — зло, четко выговаривая каждое слово, произнес Егор и еще сильнее заломил руку противника. Тот взвыл, падая на колени.

— Извиняюсь, — прошипел он.

— Сразу бы так, — буркнул Гардов, отпуская руку незнакомого парня. К нему тут же подскочили какие-то девчонки, помогая подняться.

Егор же больше не обращал на всю эту компанию никакого внимания, прищурившись, он смотрел на Лиз. И под этим взглядом у девушки сердце биться стало в два раза медленнее. Когда Егор сделал шаг по направлению к ней, захотелось попятиться, а то и вовсе развернуться и дать деру. Не успела.

Егор оказался рядом в мгновение ока, схватил за руку, потянул за собой.

— Идем!

Он держал крепко, но осторожно, не причиняя боли, и даже идти старался так, чтобы Лиз не могла приноровиться к его шагам, хоть это и получалось с трудом.