Подробная информация об акции в Мурованых Куриловцах содержится в показаниях Петра Файдена, который в 1942-43 гг. был начальником караула при Мурованокуриловецкой районной полиции. Об этой акции Файден рассказал следующее{124}:
...Утром собрали всех полицейских Мур.-Куриловецкого района, окружили гетто, вывели всех лиц еврейской национальности, построили их колонной, которая была длиной более 300 метров, и всех увели к месту расстрела, который проходил около села Попово (ныне Раздольное) Мур.-Куриловецкого района...
Когда мы пришли по шоссейной дороге к селу Попово (я тогда шёл впереди колонны вместе с Виклюком Дмитрием, который являлся секретарём Мур.-Куриловецкой полиции), то повернули с шоссейной дороги в правую сторону, отвели колонну метров примерно на 200-500, остановили колонну и всех лиц еврейской национальности посадили на землю; некоторых мужчин, человек около 70, отвели от остальных на небольшое расстояние и посадили на землю отдельно от основной массы. Там же на некотором расстоянии была большая яма длиной примерно 15-20 метров, шириной примерно 5-6 метров, глубиной около трёх метров.
Когда мы пришли с колонной, то недалеко от ям около повозки стояли Андрусев, Хотнянский, комендант жандармерии Лепах и два или три немца (кто они, я не знаю). Потом к ним подошли Мостовой Леонид, Бондарь Гавриил, Гречух Иван, Колесников (имя, отчества не знаю) - начальник Ярышевской районной полиции, и заместитель Колесникова... Всех полицейских поставили в оцепление вокруг места расстрела с трёх сторон с целью предотвращения побега еврейского населения... Я упустил ещё сказать, что полицейские Ярышевской районной полиции во главе с начальником полиции Колесниковым из Ярышева привезли все еврейское население, которое с этой же колонной привели к месту расстрела.
Расстрел начался так. Всех евреев заставили раздеться догола, их вещи обыскивали и бросали на кучу в сторону, вернее, вещи даже не обыскивали, а просто бросали на кучу. Лиц еврейской национальности, раздетых догола, по пять человек подводили к яме, командовал этим Хотнянский, затем их заводили в яму, где и расстреливали. Расстрел начал начальник жандармерии Лепах, который расстрелял несколько партий по пять человек. Расстреливал из автомата с рожковым диском одиночными выстрелами. Расстреляв несколько партий, Лепах вышел из ямы, отдал автомат другим, которые продолжали расстрел. Кроме Лепаха, расстрел производили два или три немца (кто они, я не знаю) и Андру сев, но в какой очерёдности - я не помню. Помню, что Андрусев, Лепах и указанные немцы заходили в яму, сменяя один другого, где из автомата одиночными выстрелами расстреливали заведённых в яму лиц еврейской национальности... Хотнянский, Мостовой и Колесников ходили вокруг лиц еврейской национальности, заставляли их раздеваться и вели их к яме, заставляя быстрее подходить и заходить в яму...
Через некоторое время после начала расстрела мужчины еврейской национальности, сидевшие отдельно от остальной массы евреев, что-то зашумели и часть из них бросились бежать от места расстрела... Когда начался побег примерно 10-15 лиц еврейской национальности, то Хотнянский Григорий выхватил у кого-то из полицейских винтовку и начал стрелять по убегающим и побежал догонять их. Одновременно по убегающим открыли огонь и немцы... При этом большинство из пытавшихся бежать были сразу же задержаны стоявшими в оцеплении полицейскими и возвращены к месту расстрела, а примерно три человека из них прорвались через оцепление и побежали в лощину по направлению к ставку с водой. Туда же за ними побежал и Хотнянский, стреляя в убегавших, а также за ними, помню, побежал полицейский Колёсник Иван... Колёсник Иван через некоторое время возвратился к месту расстрела и продолжал стоять в оцеплении, а потом возвратился и Хотнянский. Через один или два дня после этого я от кого-то (от кого - не помню) слышал, что один из убегавших евреев был убит на берегу ставка...
Среди жертв были и 40-45 евреев, привезённые из с. Ярышев. Сбежавший по дороге Ефим Бортников (в 1942 г, - 22 года) вспоминал{125}:
...Везли нас на 8-9 пароконных подводах. На каждой подводе сидело 5-6 человек еврейских граждан, по одному немцу и вооружённому полицейскому. Они нас охраняли. За день до вывоза из Ярышева еврейских граждан арестовали, и всю ночь мы содержались под стражей в Ярышевской полиции... Из Ярышева нас вывезли рано утром. Ехали мы по шоссейной дороге в сторону м. Мурованые Куриловцы. Я догадывался, что нас везут на расстрел, а не на работу. Поэтому меня не покидали мысли о побеге. Я говорил Подлубному Григорию, Гольшмиду Эйберу, Лейзенбуху Киве, ехавшим со мной на подводе, убежать из-под конвоя и спастись, но они меня не поддержали, верили немцам, что нас везут в Вар на работу, а не расстреливать. Под м. Мур-Куриловцы я соскочил с подводы, перескочил через каменный забор и скрылся в саду. Со мной никто не убегал. Немцы и полицейские меня не преследовали...
Через три-четыре дня после расстрела 10-12 жителей с. Попова, в том числе Григорий Бондарь (в 1942 г. - 33 года), были назначены старостой волости Парфением Олейником явиться с лопатами к яме,
Где ранее расстреливали еврейское население, так как там ещё будут расстреливать евреев, а мы должны закопать трупы расстрелянных... Когда я туда пришёл, то около ямы уже было примерно 40-50 человек мужчин, женщин и детей еврейской национальности, которые уже раздевались, снимая с себя всю одежду. Эти еврейские граждане были окружены полицейскими и немцами. Там же был немец-агроном, которого называли по фамилии Веллер, и немецкий комендант Мур.-Куриловецкой жандармерии... Когда все граждане еврейской национальности разделись догола, то Веллер и ещё два или три немца брали по пять человек евреев, которых подводили к яме, ставили на краю ямы лицом к яме, а сзади к ним подходил комендант Мур.-Куриловецкой жандармерии и из автомата с рожковым магазином очередью стрелял в советских граждан - и они падали в яму... После их расстрела нас заставили засыпать трупы расстрелянных граждан землёй... Там же, недалеко от ямы, стояло 4 или 5 подвод, которые после расстрела подогнали к куче одежды, погрузили её на эти подводы, и подводы поехали в Мур.-Куриловцы...
...Когда расстрел граждан закончился, то один из немцев нашёл одного мальчика еврейской национальности лет 6-7, который как-то отошёл к подводам и там находился. Немец привёл этого мальчика к яме, где Веллер винтовкой зацепил его за хлястик пиджачка и таким образом поднял его на стволе винтовки и сбросил в яму, а комендант жандармерии выстрелил в него и убил в яме{126}.
Завершился 1942 г. убийством последних 7 евреев-ремесленников в Комсомольском 13 декабря{127} и около 100 евреев-ремесленников в Ильинцах 15 декабря{128}.
В совокупности, в 1942 г. в немецкой зоне оккупации было истреблено (не считая убийств в рабочих лагерях) около 40000 евреев.
В «еврейских акциях» в апреле-июне 1942 г. наряду с немецкой полицией безопасности, немецкой жандармерией и украинской полицией принимал участие и 2-й батальон 49-го венгерского пехотного полка (командир батальона - подполковник Нандор Папа). Солдаты батальона участвовали минимум в шести массовых расстрелах: они зачищали гетто, конвоировали евреев и производили оцепление места казни, преследовали тех евреев, которые пытались бежать. Один из офицеров батальона фотографировал расстрелы; снимки распространялись за плату, причём несколько фотографий получило и вышестоящее ведомство{129}.
В 1943 г. массовые расстрелы евреев имели место (исключая еврейские рабочие лагеря) в Оратове, Терновке, Хмельнике и Гайсине. В Оратове в овраге в 2 км от села 20 января (или февраля) были расстреляны 34 еврея{130}. 3 марта было ликвидировано гетто в Хмельнике (около 1300 жертв){131}, а 2 апреля - гетто в Терновке (несколько десятков жертв){132}. В Гайсине 7-10 мая были расстреляны ещё остававшиеся в гетто 120-130 евреев-ремесленников{133}. 26 июня были убиты 50 евреев из рабочего лагеря в Хмельнике. В нём вначале находилось 135 человек, но 85 смогли бежать, в том числе 13 - с места казни{134}. Наконец, 26 августа в Гайсине были расстреляны ещё 28 евреев{135}.
