Берездов

778

Полоннский р-н

5729

Черноостровский р-н

1995

Полонное

4171

Чёрный Остров

1172

Понинка

675

Старосинявский р-н

1842

Дунаевецкий р-н

5326

Старая Синява

1237

Дунаевцы

4478

Городокский р-н

3961

Летичевский р-н

2730

Городок

2329

Летичев

1946

Орынинский р-н

1623

Базалийский р-н

573

Орынин

1508

Базалия

410

Шепетовский р-н

6465

Антонинский р-н

411

Шепетовка

4844

Антонины

110

Судилков

1311

Хмельницкий р-н

248

Теофипольский р-н

1449

Староконстантиновский р-н

6934

Теофиполь

1266

Староконстантинов

6743

Славутский р-н

6512

Меджибожский р-н

2517

Славута

5102

Меджибож

2347

Солобковецкий р-н

1369

Солобковцы

940

Деражнянский р-н

2799

Остропольский р-н

1319

Деражня

2651

Острополь

1063

Грицевский р-н

1313

Сатановский р-н

1642

Грицев

1095

Сатанов

1516

Уничтожение евреев в июле - августе 1941 г.

Область была оккупирована частями 17-й армии 1-17 июля 1941 г. Первое зафиксированное в материалах ЧГК уничтожение евреев имело место в начале июля в с. Купель Волочиского р-на; тогда там было убито несколько десятков евреев. В первую очередь издевательствам и истязаниям был подвергнут раввин Купеля - 55-летний Ицхак Меир Глазер. Он сумел бежать и спрятаться. Тогда немцы взяли 51 еврея и объявили, что заложники будут казнены, если раввин не объявится. Чтобы спасти людей, Ицхак Меир Глазер добровольно вышел из укрытия. Тем не менее, большинство заложников погибли: их поместили в небольшое помещение, в котором они были вынуждены ложиться друг на друга; двери и окна этой крошечной комнаты оказались наглухо закрыты, вследствие чего почти все, кроме оказавшихся на самом верху, за ночь задохнулись. Трупы были зарыты в яме близ памятника Ленину, а через некоторое время, когда появился трупный запах, были перезахоронены на еврейском кладбище. Там же был похоронен и Ицхак Меир Глазер^{2}.

Примерно тогда же националисты убили и евреев-мужчин в Кузьмине Городокского р-на^{3}.

В конце июля более тысячи евреев были расстреляны в северной части обл. (Славутский, Берездовский, Шепетовский р-ны). 28-30 июля чисткой этой территории занималась 1-я мотопехотная бригада СС (командир - бригадефюрер СС Рихард Херрман)^{4}; тогда же здесь начал действовать полицейский полк Юг (командир - полковник полиции Герман Франц), который 28 июля провёл свою первую «еврейскую акцию» в Шепетовке, расстреляв свыше 800 евреев^{5}. Акция в Шепетовке в обвинительном заключении прокуратуры Регенсбург от 2 февраля 1970 г. по делу Розенбауэра, Бессера и Кройцера излагается следующим образом^{6}:

[...] 26 июля 1941 г. [45-й резервный полицейский] батальон достиг находящегося на Украине г. Шепетовка. Спустя день туда также прибыл высший фюрер СС и полиции Екельн.

Полицейский полк «Россия-Юг» имел тогда задание вместе с 1-й бригадой СС очистить леса южнее автострады «Север» в районе Острог - Шепетовка - Полочное от вражеских частей [...] Оперативный приказ Екельна от 25 июля 1941 г. содержал, кроме прочего, следующее распоряжение: «...С агентами-женщинами или евреями, которые предоставили себя в распоряжение Советов, следует поступать соответствующим образом...» [...]

В Шепетовке командир полка полковник Франц (умер 18 февраля 1969 г.) вызвал к себе обвиняемого Бессера и сообщил ему, что по приказу Гитлера все евреи подлежат расстрелу и батальон в скором времени должен принять участие в выполнении этого распоряжения [...] Спустя день или два Бессер получил от Франца конкретный приказ убить евреев Шепетовки, независимо от возраста и пола. При этом Франц разъяснил ему, как следует выполнить приказ. После этого обвиняемый Бессер разыскал начальника милиции города, велел рассказать о месте проживания евреев и таким образом составил себе представление о масштабах предстоящей акции [...] Затем он уполномочил командира 2-й роты обер-лейтенанта Кройцера провести эту первую акцию истребления; она была назначена на следующий день рано утром, причём жертвы должны быть обмануты сообщением, что они отправляются в эвакуацию, поэтому необходимо хорошо одеться, взять с собой ценные вещи и продукты [...] Как и планировалась, акция началась рано утром. Под руководством обвиняемого Кройцера члены роты обыскали дома евреев, под предлогом эвакуации собирали еврейских жителей, независимо от возраста и пола, и отправляли их на подготовленное тем временем место казни, которое находилось в лесу или возле леса за Шепетовкой. Близ места казни евреи были под охраной, группами по 5-10 человек их отводили к находящимся в лесу ямам или воронкам от бомб. Обреченные становились на край ямы лицом к ней, и стоящие за ними стрелки убивали их выстрелами в затылок из карабинов или пистолетов [...] вся акция длилась пару часов. В ходе неё было расстреляно не менее 100 человек [...] Однако действительная цифра должна значительно превышать 100, так как только свидетель Хикфанг привёз на своём грузовике на место казни три партии по 25-35 человек, а грузовиков было больше [...]

Кроме Шепетовки, расстрелы, в основном евреев мужского пола, были произведены в Киликиеве, Аннополе, Берездове и в других сёлах.

После завершения этих операций высший фюрер СС и полиции «Россия-Юг» обергруппенфюрер СС Фридрих Екельн, по приказу начальника тыла группы армий «Юг» генерал-лейтенанта Карла фон Роквеса (Roques) от 29 июля 1941 г.^{7}, собрал свои основные силы в районе Староконстантинов - Любар -Полонное - Шепетовка для охраны линий связи и коммуникаций, причём эта охрана сводилась в основном к убийству евреев на этой территории. Так, уже 3 августа четыре роты 8-го пехотного полка 1-й мотопехотной бригады СС провели «еврейскую акцию» в Староконстантинове: были схвачены 1404 еврея (812 женщин и 592 мужчины), из которых 489 человек (187 женщин и 302 мужчины) были расстреляны, а остальные евреи распределены по рабочим командам^{8}. 4 августа 1-й батальон 10-го пехотного полка СС уничтожил в Грицеве 268 евреев, а мотоциклетные разведывательный и охранный взводы в Куневе и Мал. Радогоще (Плужнянский р-н) - 159 (109 мужчин и 50 женщин)^{9}. Бывший командир батальона, оберштурмбаннфюрер СС Роберт Кистлер, на допросе после войны акцию в Грицеве описал так:

Я полагаю, что акция была проведена в понедельник. Понедельник сохранился в моей памяти потому, что мы днём ранее, в воскресенье, во второй половине дня, в рамках штаба батальона сидели в хорошей компании, возможно, отмечали какое-то событие (день рождения?). Вечером через полк пришёл приказ, согласно которому батальон на следующий день должен произвести чистку села и принять меры против гражданских лиц. Мне было понятно, что это означает. Дословно приказ я, конечно, уже не помню. Считаю возможным, что в нем речь шла о «ликвидации» [...] На следующий день со своим адъютантом Шварцбахом я обсудил акцию против жителей села, названия которого уже не помню [...] Военнослужащие моего батальона - какая рота или какие роты участвовали, я уже не помню - собрали жителей села и доставили их в одно здание, которое, по моему мнению, было школой. Я ещё говорил со Шварцбахом о том, что сбор русских, по возможности, должен занять много времени, чтобы выиграть время. Я допускал, что может поступить приказ о выступлении батальона и я смогу акцию не проводить. Однако, поскольку такой приказ не поступил, евреи на грузовике батальона были отвезены к оврагу в 1-2 км от села [...] Расстрелы начались вскоре после полудня; они могли быть закончены между 15 и 16:00. Это происходило так, что один грузовик все время подвозил людей из школы на место казни. Стрелки стояли в нескольких метрах от жертв и стреляли из карабинов. Евреи стояли спиной к стрелкам перед вырытым рвом. После того как они были поражены, они падали вперёд в ров [...] Возраст жертв я точно указать не могу. Предполагаю, что их средний возраст колебался между 30 и 50 годами. Среди убитых были также женщины. Насколько я помню, расстреляно было больше мужчин, чем женщин, возможно, в соотношении 2/3:1/33 к 1. Я ещё помню, что были убиты дети в возрасте 12-14 лет, причём не могу сказать, были ли среди них девочки. По моему убеждению, расстрелянные были евреями [...] Ликвидировали не всех жителей села. Я ещё помню, что производился отбор, но как именно он происходил, я не знаю [...] Количество расстрелянных сегодня точно назвать не могу. Я считаю, что их было 200-300 [...] Люди, которые отправлялись на смерть, вели себя спокойно. Попыток к бегству я не помню. Я также не помню, чтобы кто-нибудь из стрелков отказался стрелять [...] Был только один ров для расстрела. Его длину я сегодня оцениваю метров в 15. В нескольких случаях люди не были сразу убиты. Предполагаю, что унтер-фюреры производили их добивание [...]^{10}.