[Продолжение допроса 16 апреля 1944 г.] На расстрел к колодцу конвоировали Дзюбак Василий, Драгунский Александр, Щербина Василий, Махлый Константин, Орленко Сидор, Каная Никанор, Галаган Ларион и начальник полиции Белый Карп. Вместе с нашими полицаями конвоировали 15 полицаев из села Евгеньевка, за которыми ездил Белый и привёз их для расстрела евреев. Кроме полицаев ещё конвоировали и 40 человек немцев из карательного отряда гестапо.
Я участия в конвоировании не принимал. Я после сбора их отправил к колодцу, а сам остался организовывать подводы для вывоза на расстрел старых и больных евреев. Для вывоза евреев я назначил полицая Ткаченко Емельяна и Горевого Захара, которые собрали по селу примерно человек 26 и отвезли на расстрел...
Всех евреев, пригнанных на расстрел к евгеньевскому колодцу, остановили около колодца, где их раздевали и по 10 человек подводили к колодцу для расстрела...
У колодца евреев стреляли карательный отряд жандармерии, евгеньевские полицаи, начальник полиции Белый, Яценко, Галаган, Баранюк, Дзюбак Василий и Каная Никанор. Был случай, когда к Белому подходил один еврей и просил его не расстреливать. Белый не обратил на это внимание, взял и застрелил его, после чего бросил в колодец. Всё это я сам лично не видел, а мне об этом кто-то, я не помню, рассказывал.
В Фрайлебенском сельсовете{26} в сентябре 1941 г. расстреляны были 73 еврейских беженца из Бессарабии в Юдендорфе / участок 2 (ныне Чкалово) и брошены в колодец в 6 км от села. 18 сентября 1941 г. были расстреляны 416 евреев из Фрайлебенского сельсовета и также брошены в колодец{27}. Из протокола допроса жителя 2-го участка (Юдендорф) свидетеля Бориса Каца 18 марта 1947 г.{28}:
...Примерно 2 или 3 августа 1941 г. эвакуированные граждане еврейской национальности из гор. Котовского приехали в наш посёлок в количестве примерно 150 человек и остановились у нас в посёлке. В частности, были мои две родные сестры Ульяна и Пося, последние находились у меня в квартире. В вышеуказанное время вечером ко мне в квартиру пришли полицейские Дидиченко Григорий, Вакка Фёдор (осуждён), арестовали моих родственников и привели их под оружием в школу посёлка, где им повязали руки и конвоировали после этого до места расстрела. .. После этого спустя несколько дней, примерно числа 20 августа 1941 г., ко мне на квартиру пришли полицейские Дидиченко Григорий, Вакка Федор и другие, фамилии я их не помню, и стали производить обыск квартиры под предлогом обнаружения золота. В это время я из квартиры скрылся в огород, где спрятался в окопе и уже после этого в посёлке я не появлялся...
Из показаний бывшего полицейского 2-го участка (Юдендорф) Григория Дидиченко{29}:
В сентябре месяце 1941 г., числа не помню, утром в с. Чкалово приехал немецкий карательный отряд в количестве 9 эсэсовцев. Они сразу же собрали всю полицию сельуправы, как-то: Вакка, Дудка, Соколан Ивана, Данчин Семена, Шевченко Кондрата, Мирошниченко Василия, Костюк (имя и отчество не знаю) и меня. Все мы получили указание от карательного отряда и старосты сельуправы Берёзы о том, чтобы немедленно собрать всех граждан еврейской национальности, как взрослых, так и детей обоих полов, в здание школы с. Чкалово для их уничтожения. Причём было приказано, чтобы не объявлять им, что собирают для расстрела, а говорить, что на собрание. После этого полицейские были распределены по участкам для быстрого выполнения приказа по сбору граждан еврейской национальности. Мне было поручено собрать всех евреев села Чкалово, то есть центрального участка, где я проживал и хорошо знал всех жителей. Получив установку, все полицейские, в том числе и я, разошлись по участкам. Лично мной из посёлка Чкалово было арестовано и направлено в здание школы свыше 20 еврейских семей. После ареста собранных граждан в школе, я совместно с другими вышеуказанными полицейскими охранял их для того, чтобы они не разбежались. Примерно часа в два дня все арестованные граждане были выведены со школы и отконвоированы полицией за село Чкалово в степь к так называемому Андреевскому колодцу, который находился в 4 км от с. Чкалове. К колодцу подъехали автомашиной эсэсовцы и начали группами расстреливать приконвоированных нами граждан. Таким образом, все арестованные евреи в количестве свыше 400 человек были расстреляны и трупы их брошены в колодец. Расстрелы происходили беспрерывно на протяжении 2 часов. После расстрела я и другие полицейские колодец завалили землёй.
Из протокола допроса в качестве обвиняемого жителя с. Юдендорф Павла Доля 13 сентября 1944 г.{30}:
...У нас в посёлок в помещение школы было согнано с 4 посёлков все еврейское население, примерно больше 400 человек, которые все были расстреляны немцами километрах в четырёх от 2-го участка у колодца... Ночью начальник полиции Вакка, староста сельуправы Берёза, полицейский Дидиченко, а остальных фамилии я не знаю, ходили по еврейским домам и забирали всех евреев, в том числе стариков и детей, и сгоняли их в помещение школы на 2-м участке.
После того как всех евреев согнали в школу, закрыли их там и поставили охрану из полицейских. Охраняли их Данчин Семён, Соколан Иван, Кержой Яков, Мирошниченко, которые все эвакуировались с немцами.
В тот вечер я пришёл с мельницы и собирался ужинать, ко мне пришёл начальник полиции Вакко и послал меня охранять арестованных евреев в помещении школы. Я первое время отказывался, а потом взял палку и пошёл охранять евреев.
Арестованные евреи сидели в школе часов до одиннадцати следующего дня, а потом приехали из Калининдорфа немцы со знаками СС и стали строить всех евреев. Когда всех выстроили, то погнали по направлению на северо-запад от посёлка под усиленной охраной немцев с автоматами.
Я не знал, куда погнали арестованных евреев, но когда оттуда вернулись подводы с еврейской одеждой, я узнал, что их там у колодца раздевали, расстреливали и бросали в колодец.
...У школы были расстреляны четыре старушки-еврейки, фамилии которых я не знаю, и одна молодая женщина Остапенко с двумя малолетними детьми. Их расстреляли немцы за то, что они не могли идти... у школы еврейских женщин расстреляли у меня на глазах из автоматов два немецких солдата и меня немцы заставили зарывать убитых евреев, но у меня лопаты с собой не было, так я пошёл к Науменко Юлии, взял лопату и вместе с Вакко закопали расстрелянных.
Из показаний бывшего полицейского 3-го участка Ивана Соколана 10 января 1946 г.{31}:
В середине сентября месяца 1941 г. к нам на третий участок прибыл староста Фрайлебенской сельуправы Берёза, который приказал все еврейское население собрать в школу. После этого я, полицейские Костюк и Кержой, староста сельуправы Даньшин собрали все еврейское население 3 участка, группу в количестве 70-80 человек, в том числе женщин, детей и стариков, в помещение школы, где некоторое время их охраняли, а после этого в том же составе стали всю группу еврейского населения конвоировать на 2 участок. Приконвоировав на 2 участок в помещение школы, я увидел, что там уже находилось еврейское население со всех посёлков Фрайлебенского сельсовета, группа примерно человек 800 или 900. Спустя непродолжительное время полицейские, в том числе и я, совместно с немецким карательным отрядом всю группу в количестве 800-900 человек стали конвоировать к колодцу на расстрел, который находился в 2-3 км от 2 участка Фрайлеоенского с/совета. Приконвоировав к колодцу, немцы приказали еврейскому населению раздеваться, после чего группами стали расстреливать из автоматов, а мы охраняли ещё не расстрелянных граждан еврейской национальности для того, чтобы они не разбежались.
Расстрелы имели место также в Шолом-Алейхемском сельсовете{32}:
Населённый пункт
Дата расстрела
Место расстрела
Кол-во жертв
к/х «Серп и Молот»
16 сентября 1941 г.
Колодец на территории к/х им. Сталина
