То же сказано и о навозно-земляных компостах. Постановлено было материалы комиссии опубликовать в журналах «Вестник АН СССР», «Вестник сельскохозяйственной науки», «Агробиология». Несмотря на то что комиссией были вскрыты вопиющие безобразия и сознательные подлоги, ни научный руководитель «Горок Ленинских» Т. Д. Лысенко, ни директор базы Ф. В. Каллистратов, ни научный сотрудник С. Л. Иоанисян, руководивший жирномолочной аферой, отстранены от работы не были.
Обследование «Горок Ленинских» явилось переломным моментом в борьбе за ликвидацию лысенковщины. Ведь со времени, когда она начала разрушать нашу биологию и наносить вред сельскому хозяйству, это был первый случай официального гласного разоблачения и осуждения Лысенко и было оно сделано на уровне двух академий и Министерства СССР. Началось оно уже через три с половиной месяца после отстранения Хрущева от власти. До сих пор критика Лысенко исходила лишь от людей, лишенных какой-либо административной власти, притом гласность критики с 1959 г. стала наказуемой.
Результаты комиссии, обследовавшей «Горки Ленинские», естественно ставили вопрос об официальном отречении от августовской сессии ВАСХНИЛ 1948 г. И действительно, Келдыш решил организовать контравгустовскую акцию на общем собрании АН СССР 1965 г. и поручил основной доклад сделать физиологу растений академику А. Л. Курсанову.
Курсанов до этого не участвовал в борьбе с лысенковщиной, и можно было рассчитывать, что такое поручение будет выполнено объективно и компетентно. И действительно, доклад Курсанова на 50 машинописных страницах, выдержанный в спокойных тонах, содержал подробный разбор теоретической и практической деятельности Лысенко и точно рисовал ее катастрофические последствия. До его зачтения на общем собрании АН СССР доклад Курсанова обсуждался на совещании у Келдыша в присутствии нескольких министров и был принят с некоторыми поправками. Однако антиавгустовская сессия не состоялась. На ее проведение пришел запрет из ЦК КПСС. Попытка Курсанова опубликовать текст доклада в печати тоже ни к чему не привела. Этим была упущена возможность благотворно повлиять на процесс оздоровления нашей науки. Ведь во многих местах, особенно на периферии, было много очагов, где педагогической и исследовательской деятельностью занимались люди, искренне верившие в незыблемость истин мичуринской биологии.
Президиум АН СССР продолжал предпринимать меры по нормализации биологии. Выше было сказано, что Ж. А. Медведев написал обширный труд «Биологическая наука и культ личности» и обратился в разные инстанции, включая АН СССР, с просьбой помочь его опубликованию. Теперь же, в 1967 г. Президиум создал комиссию из пятнадцати человек для рассмотрения этого вопроса. Председателем комиссии был назначен академик Н. Н. Семенов, в нее входили Б. Л. Астауров, Ю. И. Полянский, М. Е. Лобашев, Б. Е. Быховский, М. Н. Хаджинов и другие. После ознакомления с рукописью Медведева комиссия единодушно решила, что опубликовать ее необходимо, и для исправления некоторых неточностей рекомендовала сформировать редакционную коллегию. И на этот раз из высокой партийной инстанции на публикацию книги был наложен запрет. В 1969 г. книга Медведева под названием «Rise and Fall of T.D. Lysenko» была наконец выпущена в свет научным издательством Колумбийского университета.
Несмотря на то что разоблачение лысенковщины притормаживалось указаниями, исходящими из ЦК КПСС, процесс перестройки биологии продолжал прогрессировать. Перечислю основные меры, которые были предприняты для выведения нашей биологии из состояния глубокого кризиса. В 1966 г. было создано Всесоюзное общество генетиков и селекционеров, получившее имя Н. И. Вавилова. Первым его президентом был избран академик Б. Л. Астауров, пользовавшийся огромным научным и моральным авторитетом. Академия наук СССР организовала Научный совет по проблемам генетики и селекции под председательством академика Н. П. Дубинина. Начал издаваться журнал «Генетика».
Важнейшим событием был провал Лысенко при очередном переизбрании на должность директора Института генетики АН СССР на общем собрании Отделения общей биологии АН СССР в январе 1965 г. Этот пост он занял в 1940 г., после ареста директора института Н. И. Вавилова. За переизбрание голосовало 3 члена Отделения, против 15. Очевидно, что если бы академики заседали на несколько месяцев раньше, до ухода Хрущева, результат голосования был бы иным. В феврале 1966 г. Президиум АН СССР постановил ликвидировать Институт генетики, и Лысенко перевели на место заведующего лабораторией в «Горки Ленинские». Одновременно был учрежден Институт общей генетики АН СССР, директором которого избрали Дубинина.
В 1966 г. закончил свое двадцатилетнее существование редактировавшийся Лысенко журнал «Агробиология», на страницах которого публиковались труды лысенковцев и полемические статьи, полные брани в адрес оппонентов. Вскоре Лысенко вынужден был оставить и кафедру генетики в Тимирязевской сельскохозяйственной академии.
Крайне необходимо было повысить уровень знаний исследователей, преподавателей вузов и школ в области генетики, цитологии и молекулярной биологии, осведомляя их о последних достижениях западных ученых. В этом отношении большую роль сыграли монографии биофизиков М. В. Волькенштейна «Молекулы и жизнь» (1965), С. Е. Бреслера «Введение в молекулярную биологию» (1966), а также начавшие ежегодно появляться еще с 1962 г. под редакцией Г. М. Франка сборники переводов статей по цитологии и молекулярной биологии из первоклассного научно-популярного журнала «Scientific American».
Исследования в области молекулярной биологии и генетики на современном уровне требовали совместных усилий специалистов разных дисциплин — биологов, физиков, химиков, а для организации таких комплексных работ нужно было взаимное знакомство и взаимопонимание. Для выполнения этой важной задачи по инициативе биофизиков из Института высокомолекулярных соединений АН СССР в 1965 г. была собрана первая «Зимняя школа по молекулярной биологии». Поначалу приютили школу у себя в Дубне гостеприимные физики Объединенного института ядерных исследований. Собралось около 300 «школьников» всех возрастов, разных специальностей из многих городов страны. Лекторы, они же «школьники», знакомили собравшихся с последними результатами изучения белков, нуклеиновых кислот, с новейшими методами биохимических и биофизических исследований. Огромное значение имели личные контакты и дискуссии между представителями смежных дисциплин. Молекулярные школы начали собираться ежегодно, первое время они длились по 12–14 дней. В 1985 г. в Мозжинке под Москвой школа отмечала свое 20-летие. Трудно преуменьшить ее значение для овладения знаниями современной биологии и для развития молекулярной биологии в нашей стране. Фактически главой школы, ее научным руководителем был замечательный ученый и человек Р. Б. Хесин. Характерной чертой школы было сочетание серьезной науки с шутками и юмором. Лозунг ее был — «От ложного знания к истинному незнанию».
А вот со средней школой дело обстояло совсем плохо. Здесь вплоть до 1966 г. биология преподавалась по учебникам «Дарвинизма», содержащим концентрат бредней мичуринской биологии, и обучали ей преподаватели, большая часть которых понятия не имела о чем-либо ином. Наконец в № 4 журнала «Биология в школе» за 1965 г. публикуется проект «Программы по общей биологии для Х класса средней школы». Здесь же были помещены статьи генетиков о Г. Менделе (В. В. Сахаров), о значении мутаций (М. Г. Оганесян) и обобщающая статья М. Д. Голубовского «О развитии генетики в нашей стране и научной истине» с суровой критикой лысенковщины. В 1966 г. появилось «Пособие по общей биологии» коллектива авторов под редакцией профессора Ю. И. Полянского, где давалась нормальная биология. В 1969 г. пособие было преобразовано в учебник, который школы используют по настоящее время. Но это еще не решало вопрос. Необходимо было подготовить новых учителей биологии или переучить старых, что было, пожалуй, еще труднее.
