Аня молчит.

Могу вернуть.

А н я. Вернуть?

И в а н. Крикну — услышит. Позвать?

А н я (помолчав). Нет, не надо. (Опускается на обочину шоссе.) Я… очень… устала.

И в а н. Еще бы, сколько прошли…

А н я. Устала. (Беззвучно плачет.)

И в а н. Анна Вадимовна…

А н я. Не надо. Ничего не говорите.

И в а н (тихо). Эх ты, светлая! (Отходит в сторону.)

Шум подъехавшей машины. Скрипнули тормоза. Появляется  И л ю х и н, следом за ним шофер  В а с я.

И л ю х и н. Стабретов!

Иван предупреждающе показывает на Аню.

А пассажир?

Иван машет рукой.

Они разговаривали?

И в а н. Нет.

И л ю х и н (подходит к Анне). Анна Вадимовна, вставайте. (Осторожно помогает ей встать.)

А н я. Спасибо… Я… Я… немножко заблудилась.

И л ю х и н. С кем не случается… Садитесь в мою машину. Вас отвезут на станцию. Вася, отвези.

В а с я. Есть.

А н я (тихо, стараясь разгадать выражение лица Илюхина). Почему вы здесь?

Илюхин молчит.

Вы ехали за мной?

И л ю х и н. Да.

А н я. Где машина?

В а с я. Пойдемте. Вот сюда. Осторожнее. Перед рассветом всегда самая темень.

Аня уходит.

В а с я. Георгий Иванович, а вы?

И л ю х и н (смотрит на часы). Скоро пойдет колонна, я с ней уеду.

В а с я. Ясно. (Уходит.)

Слышится шум удаляющейся машины.

И в а н (с радостью). Домой поехали! На Светлую!

И л ю х и н. А куда же ей еще путь держать.

И в а н. Ох и горько же ей сейчас… Другая бы на ее месте не знаю что делала… А эта — держится… Неужели она все еще его любит?

И л ю х и н. Любит?! Не знаю… Верит в человека.

И в а н. И себя не жалеет… (Пауза.) Слышь, начальник, убери меня с тракта. Давай мне другую работу. Посылай в дальние горы, в тайгу. Или совсем отпусти. Натворю я здесь делов.

И л ю х и н (посмотрев на машину). Вижу. Уже начинаешь. Что с тобой случилось?

И в а н. Сам не знаю. Не бывало со мной такого… Рассказать — не поверишь. Что она со мной сделала, чем согрела…

И л ю х и н. Не рассказывай. Понимаю. (Смотрит на дальние огоньки стройки.) Ты лучше посмотри. Красиво. Я еще сам не видел со стороны, издалека.

И в а н. Весело горят… Манят к себе.

И л ю х и н. То-то и оно… Это, голубчик, если хочешь знать, особые огоньки. Когда-то в полуосвещенной кремлевской комнате о них думал Владимир Ильич. Про эти огоньки мечтал мой учитель, академик Фролов. Их хотела видеть Таня Русинова… А вот гражданин, которого ты вез, никогда не видел и не увидит, как ты говоришь, манящих огней, сколько бы он ни бегал, ни петлял… А ты не выдумывай… Ремонтируйся и работай… Наша светлостроевская дорога порой трудновата, но на ней счастье только и можно встретить… (Пауза.) Слышишь? Колонна подходит. Бодрее держись, товарищ Стабретов. К нам, на Светлую, тысячи людей едут. Ясно? Ну, то-то. Сколько здесь будет красоты! Большой! Человеческой!

Подъезжающие машины своими фарами освещают Илюхина и Стабретова. Илюхин поднимает руку, останавливая колонну.

З а н а в е с.

1954

ИВАН БУДАНЦЕВ

Драма в четырех действиях, шести картинах

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

Б у д а н ц е в  И в а н  П е т р о в и ч, 58 лет.

Е ф р о с и н ь я  Н а з а р о в н а (Н а з а р о в н а) — его жена, 55 лет.

В а л я — их дочь, 25 лет.

У ш а к о в  Е г о р  Т р о ф и м о в и ч, 32 лет.

Я к у т и н  В а с и л и й  И в а н о в и ч, 40 лет.

З а д о р о ж н ы й  Я к о в  Н а у м о в и ч, 45 лет.

Т и х о н о в  С е р г е й  Н и к о л а е в и ч, 28 лет.

Е л е н а  Ф е д о р о в н а (Л е н а), 25 лет.

Д а ш а  Г р а ч е в а, 24 лет.

Л у ш а — ее ровесница.

Г е н н а д и й, 28 лет.

Н ю р а — девушка в приемной.

Время действия 1955 год.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

КАРТИНА ПЕРВАЯ

Скверик около вокзала небольшой железнодорожной станции. Подстриженные тополя и кусты желтой акации обнесены невысокой оградкой. Расставлено несколько садовых скамеек. За тополями виднеются телеграфные столбы, крыши домов районного центра. Здания вокзала не видно, оно находится справа. Раннее утро, но зной уже дает себя чувствовать. На скамейке в тени, подостлав пальто, а вместо подушки положив чемоданчик, спит  Г е н н а д и й. Слышится шум подъехавшей машины, хлопанье дверок, неясные голоса.

Слева появляются  Б у д а н ц е в  и  У ш а к о в.

Б у д а н ц е в. Невезенье. Опаздывает.

У ш а к о в (смеется). Кто несчастливый? Мы или они?

Б у д а н ц е в. Машинист.

У ш а к о в. Пойду узнаю, намного ли опаздывает. (Уходит налево.)

Буданцев присел на скамейку. Заслышав голоса, Геннадий проснулся, сел.

Г е н н а д и й (трясет головой). Как тут люди живут?

Б у д а н ц е в. По привычке.

Г е н н а д и й. Только что… Плакаты понавесили — все для пассажиров, а спать негде.

Б у д а н ц е в. Не любишь казенных нежностей — сидел бы дома.

Г е н н а д и й. Дурная голова ногам покою не дает. На бродягу смахиваю? Образ?

Б у д а н ц е в. Около того. Помятый.

Г е н н а д и й. Пойду ополоснусь. (Достав из чемоданчика полотенце и мыло, уходит.)

Возвращается  У ш а к о в.

У ш а к о в. Говорят, пока минут на тридцать.

Б у д а н ц е в. Значит, верный час. Ну, я время на ожидание терять не хочу. (Зовет.) Луша! Лукерья! Уснула?

Голос Луши: «Не думала».

Появляется  Л у ш а.

Л у ш а. Вот я.

Б у д а н ц е в. Показала свою аккуратность, примчала вовремя — так оставайся одна. Церемония отменяется. Встретишь этого, так сказать, архитектора — и вези прямо отдыхать. К Степаниде Колобковой.

У ш а к о в. Что ты, Иван Петрович! Неудобно. Какая же это квартира!

Б у д а н ц е в. Отличная. Детишек малых нет, тихо, спокойно.

У ш а к о в. Тесная до невозможности.

Б у д а н ц е в. Это и полезно будет товарищу испытать. Для расширения кругозора. (Луше.) Отвезешь — приедешь за нами. В райком.

Л у ш а. Как же я встречу? В глаза человека не видела.

Б у д а н ц е в. Расскажи, Егор Трофимович, какой он из себя. Я его тоже не видывал.

У ш а к о в (Луше). Как тебе объяснить… Самый обыкновенный. Молодой. Ростом с меня. Волос темноватый. Скромный, спокойный.

Л у ш а (в тон). На людей не кидается. Тоже мне, примета! Бородавка или шрам какой имеется?

Б у д а н ц е в. Не мудри. Спрашивай, кто мало-мальски по виду подходящий: «Вы случайно не товарищ Тихонов?»

У ш а к о в. Сразу узнаешь — городской. На все смотрит чуть кисловато, чуть с удивлением.