— Кстати всё хотел спросить. А как «Одарённые» на жизнь зарабатывают?

— Да кто как хочет. Но раскрывать не могу, сам понимаешь. Однако вот что могу сказать… Грабить коррупционеров и бандитов — выгодно. А ещё можно продать редкое или уникальное снаряжение за рубли. К примеру, свои перчатки ты бы легко продал миллиона за четыре или даже пять.

— Но… Я купил за двести монет. В деньгах это будет вдвое меньше, — удивлялся я.

— Конечно! Монет и снаряжения всегда не хватает, а вот денег за глаза. У некоторых кланов свои корпорации и денег куры не клюют. Вот они и скупают монеты через таких, как Гоблин.

— Корпорации?.. — удивился я, и… да, почему нет? Если они древние, сильные и со способностями. — И много таких корпораций под Одарёнными? Или… под Демонами?

— Хах. Слышал про один остров? О нём ещё в начале года в СМИ трубили. Ну и почитай, кто туда летал и чем занимался. Вот тебе и список Демонов, Упырей и прочих злых тварей.

Мне стало плохо… Половиной мира что, Демоны правят?..

— Ага-ага. Так что, продавая монеты различным торговцам, ты по факту спонсируешь Демонов. Поэтому продавай их мне, — широко заулыбался рыжий гад!

И нет, вряд ли Гоблин связан с корпорациями. По нему же видно, что он — местечковый скупщик.

— А почему цены у всех примерно одинаковые? — спросил я.

— Ну так если будет демпинг, цена может улететь в небеса. Скажем, по миллиону за монету. Думаешь, Демоны не смогут себе позволить? Смогут.

— Хочу миллион за монету!

— Ещё бы! — смеялся он. — Но продашь ты сто монет и получишь сто миллионов. Будешь ты ещё продавать монеты? Конечно же, нет! Так что всё это, считай, картельный сговор Демонов. И попробуй только сделать цену выше, чем у них, мало не покажется.

— Да уж… — понял я масштаб влияния демонов.

— Ага-ага. Так что неси монеты мне, а не демонам. Я хороший, а они плохие, честное лисье, — широко заулыбался засранец.

— Прям захотелось к Гоблину поехать!

— Эй! Ну что сразу начинается? — обиделся тот, а потом указал на стол. — Твоей матери я уже всё рассказал. Ещё два раза, и она исцелена. Дарье я предлагал лечение, но она отказалась. Мол, дорого.

— А что с ней?

— Не могу тебе сказать, это личная информация. Но ничего серьёзного. Если Живучесть поднимет, то и сама вылечится. Ну или у нас, но за денюжку. Зато быстро, — заулыбался тот.

— Ясно, благодарю.

Я направился к женщинам, размышляя… Да о многом. Столько информации получил сегодня, что поход сюда трижды окупился. А женщины… Ели, едва пережёвывая!

— Мне оставьте! — воскликнул я и тоже принялся за еду. А мне рамен поставили горячий и… вот он, нормальный рамен. Вкуснота!

В итоге мы минут сорок только ели, потом оживали. И… женщины бросили меня. Ушли в купальню, потом в другую, потом в салон красоты… Ко мне то и дело приходил жутко довольный Ян. И лишь вечером я узнал почему…

Не буду говорить, сколько монет мне пришлось доплатить, но ради мамы ничего не жалко. А Яна хочется побить…

Домой же мы поехали, когда начало темнеть.

— Словно другой человек, — довольно простонала мать, сев в машину. — И магия — это и правда волшебно.

Мама смотрела на свои ногти, окрашенные в нежно-розовый цвет. На ногах тоже… Плюс маме подстригли волосы, которые в итоге стали длиннее, сделали ресницы, брови и… многое другое. И правда, другой человек… Словно лет на десять моложе, свежее и красивее.

— Отлично выглядишь, мам.

— Знаю, но спасибо, — расплылась она в улыбке. — Замечательное место. И… надеюсь, я тебя не разорила?..

— Пустяк. Если хочешь, буду тебя сюда водить периодически.

— Хочу! Но… думаю, это дорого…

— Мам, забудь про это слово, — потребовал я, и мама опустила голову, мило улыбнувшись. Я же посмотрел на Дашу. Девушка тоже изменилась. Лицо очистилось, волосы всё ещё короткие, но теперь приятного коричневого цвета. Да и во всём остальном изменений хватало.

— А ты как? Выглядишь довольной.

— Очень… Аж самооценка поднялась. Спасибо, что показал это место. Хоть для меня и дорого, но мне дали уйму полезных советов! Только одно это всё окупило! А ещё сделали заказы. Подзаработаю!

— Понятно. А сам массаж как? И купальни?

— Х-хорошо… Было божественно… — смутилась та.

— Представляю… — вспомнил я лисичек.

Вскоре мы приехали домой. Я занялся работой, Даша — тоже, мама — отдыхом, и так пролетело два дня. Наступила ночь на среду, и мы едем в Аниву! Точнее, я еду… Но не отдыхать, а рисковать жизнью…

Глава 19

Залив Анива — жемчужина юга Сахалина. Тёплая вода, тридцать с лишним километров великолепных пляжей, богатая экосистема и прекрасный вид.

Всё это было засрано, уничтожено и доведено до такого состояния, что МЧС официально запретило купаться на пляжах Анивы. Мол, здесь нет официальных постов спасателей, нет медобеспечения, и не выполнены все условия для безопасного отдыха. И, вспоминая новости прошлых лет, вода в какой-то момент стала настолько опасной, что могла нанести вред здоровью…

В общем, купаться нельзя. Но когда это останавливало людей? Благо, сейчас, спустя десятилетия, да ещё и по решению суда, строятся очистные сооружения.

Ну и мы же Сахалин, туристический остров. Вот и пытаются привести нашу жемчужину в достойный вид. Дай бог, смогут. Но пока что купаться нельзя.

И сейчас мы приехали к одному селу, рядом с которым расположен крупный агрохолдинг. Думаю, нет смысла говорить, кто именно загадил Аниву… Точнее, внёс самый значительный вклад.

Но ладно, сейчас не до ворчания. У нас важное дело…

— И как её достать? — спросил Лёха, глядя на плывущий чёрный остров из слизи. Но нет, это не слаймы, это хуже. Медузы!

— Плыть! — захохотал крупный мужчина, и мы все уставились на него. А там вместо ног рыбий хвост, ведь он — «русалка». Точнее, русал. Ну или водяной, по-нашему. Одет в футболку, на голове — кепка козырьком назад, на шее — золотая цепочка, на пальцах — четыре кольца. В руках же трезубец.

Чуть в стороне с девчатами стояла эффектная девушка. Чуть пухленькая, грудастая, щекастая и в купальнике. В руках тоже трезубец. Но девушка держала ладонь на лице. Стыдно за «отца-скуфа». За что именно стыдно, я так и не понял.

— Вот сам и плыви, Леонид, а мы там сдохнем, — заявил Лёха, указывая рукой на остров медуз.

— Отключение текстур. Вода удалена, — услышали мы приятный женский голос.

— Ура! Рассказчица! — воскликнул Лёха, и все мы уставились на воду. А её нет… Пропало море! Лишь дно и медузы…

— Мать вашу… — раздался голос русалки. — Хорошо, что не полезла в воду…

Все мы закивали, ведь всё здесь было в чёрных медузах!

— Да, это было предсказуемо. Так залив засрать. Вот люди и ругаются, а Негатив копится, — заявил Леонид. И да, он совершенно прав. Мы видим воплощение огромного потока Негатива островитян. И что с ним делать, никто не знает.

Я же окинул взглядом нашу команду. Лёха со своей суккубой, кстати, одетые в обычную одежду. Екатерина — во всё том же топе и шортиках. Саня, уже сидевший на диване рядом с Пером, ну и Варвара, дочь Леонида.

Они с Камчатки, и, как говорится, какое море, такие и русалки. Сейчас живут в Поронайске, что в центре Сахалина. Их и ждали. Всё же триста километров, и нужно выделить время, дабы приехать. Ну или приплыть. Кто их знает?

— Что делать-то будем? — спросил Ян. Про него я совсем позабыл. Он был лисой и просто сидел на песке.

— Что-что. Разбиваем лагерь, мы здесь надолго, — заявила Екатерина и, вытянув руку, указала на медуз. — Будем зачищать.