Сейчас, сидя в экипаже, сладко спала на плече у Вероники. Из-за поездки ей пришлось отменить занятие с Глашей, но она об этом даже не обмолвилась, надо, значит, надо.

Когда меня разбудили, я вполне сносно себя чувствовала и даже смогла искренне улыбнуться Тимофею Андреевичу, который помог мне выбраться из повозки.

— Вам, Екатерина Фёдоровна, нужно отдыхать побольше, — верификатор всё же высказался, тщательно всматриваясь мне в лицо. — Так и до очередной магической лихорадки можно доработаться.

Я у него спрашивала о предвестниках истощения. Они мне известны: тошнота, головокружение, онемение конечностей, перепады настроения… Назвав их, он особо не помог. Когда Тимофей Андреевич говорил про то, что маги себя изматывают, имелось в виду, что делают они это под контролем, а ни как я.

— Я слежу за состоянием, — оправдалась, а Вероника, зараза эдакая, глаза отвела. Верификатор это заметил и только головой покачал.

Ладно. Неожиданно вспомнила, что с этим нападением совсем забыла рассказать ему про наш родник.

Эта новость моментально вытеснила претензии ко мне. Ой, что началось! Да, он был рад, но я слышала по тону, и некоторым словечкам, сожалеет, что не присутствовал при возрождении источника.

Мы уже начали записывать, как проходила наша совместная с Глафирой работа, и собирались продолжить в поезде.

Я не знала, как и где мы поедем, но оказалось всё даже лучше, чем думала. Это был общий вагон, но для элиты. Двухместные сидения больше смахивали на диваны с высокими спинками, которые полностью закрывали сидевших от соседей. Напротив, было такое же сидение, а между ними столик. У противоположного окна были такие же диваны. В общем, электричка для аристократов.

Как только мы сели, подошёл человек в форме проводника и предложил напитки. Я дико обрадовалась, когда предложили кофе. В поместье мы всё чаем баловались, а сейчас, это то, что доктор прописал.

Я выпила бодрящий напиток и повеселела. Верификатор предложил мне рассказать об эксперименте, но перед этим Вероника предложила ему копию того, что мы уже написали. Он пробежался по тексту, и посыпались вопросы.

Его интересовало всё, особенно зрение через дар. Доходчиво объяснить, как это получается, не смогла, возможно, дело в том, что мы, современные люди настолько насмотрены, что нам нужно минимум информации, чтобы мозг с ходу построил картинку.

— А может, попробуем опять через игру? — Тимофей Андреевич не сдавался. — Чувствую себя капризным ребёнком, которому не дают игрушку, — мужчина тихо рассмеялся.

— Чтобы предложить игру, я должна знать, как работает ваш дар и есть ли у вас свои источники силы? Как вы пополняете энергию? — затронула интересную тему.

— Про такие источники, как у вас не слышал…

Я заметила, что один представительный мужчина с противоположной стороны, чуть моложе верификатора, буквально ловит каждое наше слово. Когда мы сели, он уже занимал своё место. Да и верификатор его не знал, судя по равнодушному лицу. Глянула на него и, наклонившись, шёпотом спросила Тимофея Андреевича. Может нам пригласить того мужчину? Мы, по сути, разговариваем во всеуслышание.

— Сударь, присоединяйтесь к нам, дорога длинная, — верификатор сразу откликнулся.

И мужчина не стал медлить. Встал, учтиво поклонился тем, кто сидел с ним и перешёл к нам.

— Разрешите представиться, Юрий Степанович Архипов.

Тимофей Андреевич представил нас просто по имени, без фамилий и моего титула.

— Простите великодушно, что напросился, — мужчина склонил голову и приложил руку к груди. — Уж очень интересная у вас беседа. Вы из какого университета?

Я кхыкнула. Сейчас придётся откровенничать. Пугает ли меня это? Нет. Не я напрашивалась в компанию.

— Я верификатор из Петровска. Уважаемая Екатерина Фёдоровна, работает у себя в поместье и великодушно делится со мной своей опытной базой, — он кивнул на папку с бумагами, куда он вложил очередные листы.

— У меня дар Управителя, — сказала это с толикой превосходства и улыбкой.

Юрий Степанович растерялся, и перевёл взгляд на Тимофея Андреевича.

— Но, позвольте! Я, подслушивал, прошу прощения, не сначала, но вы же говорили о восстановлении родника? При чём здесь Управитель, это же…?

— Скотский дар, — опять улыбнулась ему с превосходством на лице.

Новый знакомец замолчал, а нам как-то неудобно было продолжать прерванный разговор, словно его здесь нет. Мне даже в какой-то момент показалось, что он хочет уходить на своё место. Ну да, все, кто слышали меня, смотрели презрительно.

Вот же уроды зажравшиеся!

— Разрешите? — он попросил папку верификатора, мой друг вопросительно посмотрел на меня, я кивнула.

Да пусть читает и захлебнётся своим ничтожеством. Судя по вопросу про университет, он какой-то профессор.

Юрий Степанович очень медленно читал, казалось, он заучивает текст наизусть. Почему я так решила, а потому что он своеобразно водил пальцем по листу. То вёл строго по строчкам, по полю справа, потом словно ставил акценты в самом тексте.

Мне надоело сидеть молча, а продолжать говорить о восстановлении родника было неудобно, ведь мы отвлечём нового знакомого. Поэтому я тихо спросила о другом деле: есть ли торговые места, чтобы купить стеклянную тару.

— Мне бы такую, чтобы с герметичной крышкой, под эфирное масло, — показала размер примерно в пятьдесят миллилитров.

Тимофей Андреевич задумался.

— На Верхнем базаре есть торговая лавка от стекольного завода, — не отрываясь от текста, вклинился Юрий Степанович, продолжая с кислым лицом читать текст.

Вот же… затычка вредная.

— Да, спасибо, сударь, — верификатор поблагодарил его. — Что-то не подумал. И бумагу можно будет там же купить.

— Вы же не получали образования! — профессор утвердил, а не спросил.

— Как я уже говорила графу Гудовичу Льву Яковлевичу, то, что я не училась в ваших университетах — это лучшее, что могло произойти в моей недолгой магической карьере, — постаралась говорить нейтрально.

Тимофей Андреевич ошарашено на меня посмотрел, видно, удивился, что я знакома с графом или от моего хамства.

— Вы не могли это написать! — новый знакомый продолжал наезжать, проигнорировав грубость с моей стороны.

Мы вроде говорили тихо, но всё равно привлекли внимание всех окружающих.

— Естественное писала не я, для этого у меня есть помощница, которая записывает с моих слов, — я улыбнулась Веронике, которая дышать боялась от страха — вот же заячья душа, всего боится.

— Откуда вы черпали базу? — допрос продолжался.

— У себя из головы, — я показательно постучала по виску пальцем.

Юрий Степанович пристально на меня посмотрел, и я почувствовала слабое давление на лоб. Опаньки, он тоже маг Разума! Вон как беситься, потому что ложь не чувствует. Интересно, насколько законно применение магии в обычной жизни?

Я коснулась пальцем виска и следом отрицательно помотала головой. Мужчина встрепенулся, понял, что я заметила воздействие и явно не ожидал этого.

— Вы не можете этого знать, здесь очень глубокие знания по биологии, некоторые аспекты только начали обсуждать. Откуда у вас доступ… — профессор продолжал наезжать меня.

— Знаете, уважаемый, прежде чем обвинять — докажите! Попытайтесь найти труды по этой теме, расшибите голову. И не найдя доказательств, приезжайте ко мне в поместье и посмотрите на всё своими глазами! — хотелось ответить грубей, намного грубей, поэтому пришлось подбирать слова, от этого я буквально процедила слова.

Юрий Степанович запыхтел. А те, кто за нами наблюдал, сидели с вытянутыми лицами. У нас и так был напряжённый разговор, а сейчас грозил перейти в перепалку. Но, как ни странно, мне доставило удовольствие прилюдно поставить на место профессора. И главное, не я напросилась на разговор.

Мужчина ничего не ответил, потому что нечего. Он, скорей всего пытался вспомнить хоть одного деятеля с трудами по подобной теме, но не преуспел. Поэтому вернулся к изучению бумаг.