Эвенки шемагирского и киндигирского родов с незапамятных времен кочевали по этому краю, промышляя драгоценного зверя. Эпидемия черной оспы в середине прошлого века опустошила страну. Немногие оставшиеся семьи эвенков, владевшие промысловыми участками обычно по долинам речек, оказались не в состоянии осваивать свои земли и стали сдавать участки в аренду русским охотникам. Вскоре появились вездесущие купцы, захватившие за бесценок целые районы и уже от себя пускавшие охотников «из доли». Алчные скупщики забирали у обезумевших от водки охотников соболиные шкурки за бесценок. Даже этот богатейший край стал оскудевать. С ужасом и отвращением писал замечательный исследователь соболиного промысла Г. Г. Доппельмаер о том, что делалось в этом чудесном крае в начале века.

Царское правительство было вынуждено принять экстренные меры. В 1912 году добывать соболя было запрещено на 3 года, и в 1914 году организованы экспедиции для выбора мест под заповедники.

С большим трудом проникли Г. Г. Доппельмаер, 3. Ф. Сва-тош и К. А. Забелин в Подлеморье, и их героический труд не пропал даром. «Министр земледелия 29 декабря 1916 г., — как было записано в Собрании узаконений и распоряжений правительства № 18,— представил Правительствующему Сенату об установлении Баргузинского, в Забайкальской области, Баргузинского уезда, охотничьего заповедника, расположенного по северо-восточному побережью озера Байкал в нижеследующих границах…»

Так был создан Баргузинский заповедник. В 1923–1926 годах существование его подтверждено указами Советского правительства.

Положение, рельеф, климат. Заповедник расположен на западных склонах Баргузинского хребта, занимая прибрежную полосу шириной 45–80 километров и длиной (по береговой линии) около 60 километров. Восточная граница заповедника проходит по центральному водораздельному гребню Баргузинского хребта, северная — по междуречью Езовки и Кабаньей, южная — по водоразделу рек Шумилихи и Громотухи. Площадь сухопутной части заповедника — 248,1 тысячи гектаров. Кроме того, заповедна прилежащая трехкилометровая полоса акватории Байкала.

Баргузинский хребет — одно из наиболее высоких поднятий Забайкалья. Пики центрального гребня имеют высоты 2100–2300 метров, а отдельные вершины — более 2800 метров над уровнем моря, сверкая белизной снежников. Только на юге заповедника Чивыркуйское плато имеет высоту около 900 метров.

Хребет сильно расчленен и труднодоступен. В гольцовой зоне повсюду встречаются мощные ледниковые цирки, или дворы, с каровыми озерами и отвесными каменистыми склонами. Озера дают начало бурным рекам и водопадам. Зажатые узкими и глубокими долинами, реки с трудом пробиваются через нагромождение камней и каскадами сбегают к Байкалу. Наиболее крупные из них — Большая, Езовка, Давша, Биракан, Туркулик, Сосновка, Кудалды, Шумилиха; кроме того, здесь множество ручьев и речушек.

Боковые отроги Баргузинского хребта уходят к побережью и образуют причудливые кулисы мысов, то скалами обрывающиеся у воды, то уходящие в холодное море зелеными шапками тайги.

Несмотря на то что заповедник лежит на 54–55° северной широты, климат его суровый и испытывает на себе очень большое влияние Байкала. Температура воды в открытом Байкале редко когда поднимается выше 10–12°, а на глубине свыше 500 метров она круглый год равна 3,5°. С декабря по май Байкал находится подо льдом.

От термического воздействия Байкала лето на побережье прохладное, а зима мягче, чем в отдалении от берегов. На побережье среднегодовая температура — 4,6°, средняя зимняя — 20,8°, средняя летняя 10,3°. В отдаленных от побережья участках зимняя температура на 5°, а летняя на 6–7° ниже. Минимальная температура на побережье — 29,6°, а в отдаленных от Байкала участках — 36,8°.

Весна приходит медленно, поздно на побережье наступает и осень, а первая половина зимы бывает сравнительно теплой.

Баргузинский хребет задерживает осадки, которых на его западных склонах в заповеднике выпадает почти в два раза больше, чем за хребтом. Последние снегопады в гольцах Баргузинского хребта бывают еще в середине июня, а первый снег выпадает в конце августа. На побережье высота снежного покрова в среднем 70–90 сантиметров, а в гольцах — до 160–200 сантиметров. Снег в гольцах спрессован до плотности льда, и поэтому ходить без железных шипов на обуви трудно. Завалы снега в верхнем поясе гор нередко остаются на все лето.

Лето солнечное, но часто ветреное. Особенно свирепствуют северо-западные ветры осенью, с октября по декабрь. Сарма, как называют эти ветры, поднимает тучи брызг, лодки и суда обледеневают, что нередко влечет за собой катастрофы. Срываясь с Приморского хребта, сарма особенно свирепствует в Малом море. Во время осенних штормов на берегах вырастают огромные ледяные барьеры с гротами и причудливыми колоннами.

В заповеднике есть горячие источники с выходом на поверхность. У поселка Давша один из горячих ключей с запахом сероводорода имеет круглый год температуру 39–40°. Группа гидро-карбонатно-хлоридно-сульфатно-натриевых источников на реке Большой, в 35 километрах от побережья, имеет температуру 54–76°. Зимой над горячими ключами клубятся столбы пара, оседающие кругом кристаллами инея, а среди сугробов у темной воды зеленеет трава. Горячие ключи — хранители южных реликтовых видов; здесь найдены южные стрекозы, узорчатый полоз, щитомордник, европейская фиалка, папоротник-ужовник. Деревья около горячих ключей гигантские, а трава в рост человека. Недалеко от источников образуются солонцы, которые охотно посещают дикие копытные.

Растительность. Из-за большого перепада высот, расчлененности рельефа и влияния Байкала в заповеднике хорошо выражены высотные поясы растительности при достаточном ее разнообразии и богатстве.

Самый верхний, безлесный пояс занимают гольцы, составляющие более половины сухопутной территории заповедника. На юге заповедника, где гребень Баргузинского хребта приближается к побережью на 25–30 километров, гольцы начинаются уже в 8—10 километрах от Байкала.

Там, где гребень хребта изрезан, утесы и каменистые россыпи покрыты лишайниками. Кое-где у ключиков ютятся кустики высокогорных ив и березок. На задернованных участках ледниковых цирков (дворов) образуются зеленые луга из кобрезии и осок, расцвеченные анемонами, водосборами, геранью и жарками. На высокогорных плато развиваются настоящие каменистые тундры, чаще дриадовые или дриадово-алекториевые. Если почва достаточно мощная, их сменяют ерниковые и рододендрово-ерниковые тундры с пышными коврами из кладоний и цетрарий.

Ниже тундра переходит в заросли кедрового стланика, обычно чередующиеся с ягельниками и голыми россыпями. Кое-где среди темных пятен стланика выделяются светло-зеленые заплаты зарослей корявых каменных берез. Приходится продираться сквозь тесно переплетенные упругие ветви стланика, ноги скользят, попадают в капканы ветвей. Стланик — замечательное растение Забайкальских гор, он хорошо плодоносит, и небольшие шишки, туго набитые маленькими кедровыми орешками, которые так любят обитатели заповедника, во многом облегчают им существование в этих суровых местах.

Еще ниже, до самого побережья, простирается тайга. В верхней части лесной пояс слагают пихта и кедр, к которым, чем выше, тем больше примешивается каменной березы, образующей верхнюю границу древесной растительности.

На северных склонах нередки чистые пихтарники, а на южном — кедрачи.

Наиболее богата тайга среднего пояса гор, где преобладают кедрово-пихтовые леса с примесью лиственницы и сосны. В долинах рек леса особенно разнообразны. Светло-зеленые листья и белесая кора огромных душистых тополей рельефно выделяются на фоне темных елей, стройные, грациозные ивы-чозении образуют светлые, чистые рощи у воды. Хорошо растут в поймах сосны и березы, осины и пихты; гигантских размеров достигают здесь кедры. Густые заросли кустарников из красной и черной смородины, черемухи, спиреи, жимолости, рябины, бузины, сибирского дерна, кустарниковой лапчатки и шиповника образуют обильный подлесок.