— Кариночка, ну не дави на парня. Давайте лучше выпьем за творчество. Карина, передай Леше графин, — попросил мужчина. А девушка мельком зло зыркнула на мужа. Он вряд ли это заметил, но от моих глаз ее гримаса не укрылась. Если я хоть что-то понимаю в женщинах, этот брак едва ли строился на высоких чувствах.
— И все таки, Слава. Даже если вы не хотите петь сами, нельзя же зарывать такие песни в стол? — продолжила атаку девушка, когда мы выпили, — поверьте. Сейчас найти стоящего поэта-песенника решительно невозможно. Все более или менее достойное уходит Пьехе, Пугачевой или Алиске Мон! Слава, вы бы не хотели помочь мне с песней, мы бы даже купили. Да, Александр? — Карина упрямо посмотрела на мужа, требуя ответ, на что тот лишь кивнул и в свою очередь вопросительно посмотрел на меня.
— Творчеством не торгую. Простите. Повторюсь, это не моя тема, петь и песнями торговать, — покачал я головой, но что бы не оставлять у хозяев осадок добавил, — а вот помочь что-то написать при случае могу. Когда будет свободное время.
— Ловлю вас на слове, — выставила вперед изящный указательный палец девушка и хитро прищурилась. Поднялась на ноги, вышла и через минуту вернулась в зал с ручкой и листочком, — диктуйте номер. Вы обязательно должны мне помочь с репертуаром. Александр, ты же не против? — спросила она мужа, впрочем, тому вся эта тема изрядно надоела. Мужчину явно немного развезло, и он, что-то прикинув у себя в мыслях, посмотрел на свои наручные часы.
— Хорошо, записывайте, — я продиктовал номер домашнего телефона, и только после этого девушка вернулась за стол на свое место.
— Что ж, друзья. Давайте на посошок, — предложил мужчина и, сам подавая всем пример, наполнил свою рюмку водкой, а потом поднялся на ноги, — отлично посидели, товарищи. Спасибо, что нашли время зайти к нам в гости. Посидели бы и по дольше. Но простите, дела.
— Да. Друзья заждались в бане, — с нотками ядовитого сарказма прокомментировала заявление мужа девушка, на что Александр Иванович не стал ничего отвечать. Мы выпили и начали собираться. Настроение у меня было благодушно-приподнятым, а от того остро тянуло на приключения.
Глава 3
4 ноября 1988 года, г. Москва. Святослав Степанович Григорьев
По приезду домой энергичное, я бы сказал игривое настроение никуда не выветрилось, молодому подогретому алкоголем телу остро хотелось приключений. Войдя в свою квартиру, я не сразу сообразил, что же было не так, а потом понял. Брат вернулся. Из кухни, что располагалась слева от входа, шел гомон мужских голосов, а так же явственно пахло табаком и алкоголем. Заглянув туда, обнаружил там брата в шортах и белой майке «алкоголичке» с неизменным жетоном на веревочке, надетым на шею, и двух его товарищей Ткача и Рэмбо:
— Ну что? Добро пожаловать домой, получается? — весело подмигнул я Вовке, и он расплылся в улыбке в ответ. На столе стояла бутылка «Столичной» и стояли тарелки с закуской в виде нарезанного сыра и колбасы двух сортов: коньячной и докторской.
— Привет, брат! Да, отбегался наконец, — хохотнул он, поднялся с табуретки, и мы обнялись. Потом конечно поручкались с Ткачом и Рэмбо. Ту же самую процедуру следом проделал и Медвежонок.
— А я смотрю вы с Мишаней не расстаетесь, спелись как братья, — беззлобно пошутил Вова, — ну чо? Садитесь, пацаны. Выпьем за возвращение блудного брата, блин. В очко будете с нами играть? По рублю гоняем, — предложил брат, садясь на свое место за столом ближе к окну.
— Миша у нас не игрок с некоторых пор, — покосился я на загоревшегося было парня. Услышав мои слова, Миша осекся и согласно кивнул, — а то были прецеденты. А ты лучше рассказывай, как прошло все с Хромым?
— Да нормально прошло. Короче, дело было так… — брат начал свой рассказ. Пару раз вмешивался с уточнениями Рэмбо, завершил Вова историю рассказом о недавнем звонке нашего адвоката, — Шницерман час назад звонил. Все бумаги в деле оригиналы, так что Хромой все в чистую отдал и с розыска меня сняли. Еврей по своим каналам пробил.
— Ну и отлично, — кивнул я, хватая с тарелки кружок докторской и закидывая в рот.
— Отлично то отлично. Но шо ты с Митяем думаешь делать? — посмотрел на меня вопросительно Ткач. Он поднялся и достал из шкафа две пустые рюмки после чего поставил их передо мной и Мишей, а Рэмбо взял бутылку и налил нам горькой, — парни его пропасли. Он после рынка вечером постоянно пехом к бабе одной ходит в частные дома на улицу Дачную. Это прямо возле лесопарка.
— С ночевкой?
— Когда с ночевкой, иногда нет, — Вовка поднял рюмку и все парни за столом последовали его примеру и выпили. Занюхав куском коньячной колбасы, Ткач продолжил, — но в любом случае спеленать его можно легко, шо младенца.
— И убрать легко, — поддакнул Рэмбо за что заслужил недовольный взгляд Ткача.
— Так ты говоришь сын Хромого со своим другом у авторитета этого дома трется? — спросил я Романа, проигнорировав тему с ликвидацией лобненского спортсмена.
— Да, там они оба трутся. От безделья с ума сходят, бухают и Хромому нервы делают, — кивнул Роман.
— Ясненько, — я задумчиво покрутил рюмку в руке. Расклад выходил не очень. Там их не достать.
— Не томи. Что на счет Митяя этого придумал? — нетерпеливо ткнул меня кулаком в плечо брат.
— Ну, раз рядом с его девкой лесопарк, сам Бог велел его туда свозить. На природу, — улыбнулся я парням, — а на природе уже можно пообщаться. И дать альтернативу либо жизнь, либо Митяй отдает нам точку.
— Да ну. А что мешает ему согласиться, а точку в итоге не отдать и нам кинуть ответку? — покачал головой Вова, — так он взял и нам все отдал. Чего он пацанам своим скажет? Мол, решил подарить бабки хорошим парням на новый год? Ерунда.
— Все верно, Вова. Урон авторитету будет и да, ничто не мешает общение нарушить, — кивнул я, взял кусок сыра и откусил половину, вдумчиво прожевал, а потом продолжил свою мысль, — поэтому нужно произвести обмен. Указать Митяю на альтернативу. Чтоб вышло все без потери авторитета для него. Я вот что думаю, вряд ли у Хромого интерес в Шарике заканчивается на таксистах. Я тут интересовался, для многих не секрет, что товары, которые через склады аэропорта идут, он крышует. И платят ему в том числе, чтобы эти товары спокойно добирались до Москвы. А еще карманники, грузчики, валютчики, проститутки. Короче, аэропорт — это бездонное море для заработка.
— Слишком крутой кусок для такого как Митяй, — подумав, покачал головой Вова, — он конечно, судя по всему, отбитый и с амбициями. Но даже он растеряется от масштаба предприятия.
— Да ничего сложного. На первый взгляд только непонятно с чего начинать и за что браться, — положил я брату ладонь на плечо, а потом спросил, — вот кто по твоему работает в Шарике? Правильно, люди с Химок, Долгопы и Лобни. С ближайших городков. А люди — это и есть ключ ко всему. Пообщается, определиться с кем и как работать. Пару начальников тряхнет. Перестановки нужные кадровые сделает и потихоньку начнет зарабатывать.
— Ну да. А людей Хромого выбить не сложно. У него их не много, — прикинув, подтвердил мои мысли Ткач, — а шо? Вполне может вписаться Митяй. Шобы не махнуть таксистов на целый аэропорт?
— А главное, он бы сам в итоге к этому пришел, со временем, — хмыкнул я, — мы лишь дадим ему наводку. А взамен без шума и пыли выполним условия вашей с Хромым договоренности и точку получим.
— Нормалек! Ну? За тех, кого с нами нет, — поднял рюмку в воздух и выдохнул брат, и мы молча и не чокаясь выпили. А Вовка немного подумав, выразил очередное сомнение, — только вот Хромой чую ни хрена не рад такому размену будет.
— Ну, во-первых, ему никто о нашей встрече с Митяем не скажет. Мы тут типа не при делах. А во-вторых, тебе ли не все равно на Хромого? Договор вы выполните? Да! При этом без войны и шума. Митяй сам отдаст вам точку и еще потом спасибо скажет. Вы же не обещали этого Митяя как то физически устранить?
