Так с давних пор жило соление Димбу…

Наше упрямое желание пройти через южный лес взволновало жителей поселка. Пройти через этот лес, не значит ли это вновь проделать последний этап великого похода их прародителей? Мысль проследить до конца тот путь, каким пришли предки, в глубине души увлекала Тате, так же как и нас…

В одно прекрасное утро он запряг двух своих лучших быков в пирогу, куда погрузил наши мешки, запас муки, бурдюк. «Вперед!»— сказал он. И так началось приключение, о котором я уже рассказывал раньше.

К главе 3

Рис. 24

Болотный житель байейе с шестом

Рис. 25

Бегемоты и болотах Окаванго

Рис. 26

Автор книги слушает игру на национальном ксилофоне племени маши

Рис. 27

Повозка-«амфибия», применяемая жителями острова Кякомбуэ на реке Маши

Рис. 28

Мамбукши используют быков для верховой езды

Рис. 29

Шешешга, жительница острова Шилоан

Рис. 30

Вождь шангани — Мамптуа и его супруга

Рис. 31

Многочисленные супруги мамбукушского царька Хатвины (Южная Алгола) толкут в ступах зерно

Рис. 32

Женщина из народа нгони (район озера Ньяса)

Глава четвертая

СЕВЕРНЫЙ ТРАНСВААЛЬ

Нгони. Ндебеле, шангани и венда. Макапансгат — высокое место. У королей гор. Великий любовник и мудрец! Земной рай парка Крюгера. Близкая и заманчивая Мономотапа

Тропик Козерога, пересекающий Калахари недалеко от Серове, проходит далее через Северный Трансвааль очень близко от его границы с Южной Родезией. Именно там мы оказались на песчаном плато высотой 900–925 метров, окруженном скальными массивами. В северном (Соутпансберг) и западном (Ватерсберг) массивах есть вершины свыше 2000 метров; что же касается центральной части — цепи Драконовых гор, то она вздымается много выше. Здесь есть и зелень, и вода, в горячие источники — столько факторов, влияющих на дух и нравы населения.

Банту проникали в Южную Африку несколькими группами. Выше было отмечено, что сото-тевана осели: одни — в Басутоленде, другие — в Бечуаналенде под именем бечуанов. Их общее число — три миллиона человек, преимущественно басото. Другие группы остались в Трансваале или по соседству (об их происхождении и по сей день еще спорят); это нгони вместе с зулусами и идебеле, тонга, венда, шангани.

На пути к местам своих окончательных поселений на огромной территории Южной Африки они мало-помалу изменяли свой язык. В наши дни существует семь различных языков банту!^[31] И когда один банту встречает другого банту, можно сказать, что иногда они не понимают друг друга. На золотых рудниках, где все племена работают вместе, африканеры употребляют почто вроде эсперанто собственного изобретения — фанакало.

НГОНИ

Как и все банту, нгони (говорят также: «нгуни») спустились на юг Африки вдоль великих озер^[32].

В конце XVII века они пришли к горам Северного Трансвааля. Среди основных современных подгрупп этого народа прежде всего следует назвать свази, которым мы еще посвятим целую главу, затем коса. Их бантустан Транскей лежит немного южнее нашей параллели^[33]. Наконец, ближе к северу обосновались зулусы, историческая роль и воздействие которых на соседние племена были особенно заметны.

Зулусский огонь

Они мирно занимались земледелием и скотоводством, когда в 1816 году один из их вождей, Чака, которому тогда исполнился тридцать один год, навязал всем зулусам свою власть и приступил к широкой военной подготовке.

Индуна Чака организовал полки, каждый из молодых людей одного возраста. Он запрещал воинам жениться, пока они служили. Воины жили в особых поселениях. Их содержало племя (были мобилизованы даже женщины…).

Метательный дротик был заменен копьем, более удобным в рукопашной схватке. Чака ввел обязательное употребление мечей с колющим и рубящим клинком, насиженным на короткую деревянную ручку. Когда бросали дротик, воин оставался безоружным, а поэтому схватки бывали короткими. Ущерб они наносили небольшой. Совсем другое дело сабля. Ею можно нанести врагу гораздо больший урон. Так войска Чаки получили превосходство, которое приносило им победу за победой над племенами, оставшимися верными традиционному оружию.

Он применил также более совершенную тактику. До него воины встречались противостоящими шеренгами и, обильно осыпая друг друга оскорблениями, бежали одна шеренга навстречу другой, чтобы бросить свои дротики с удобной дистанции. Часто бой прекращался после первого же столкновения. Войско, где было больше убитых и раненых, бежало… Единоборства происходили редко.

Чака надумал разделить свои силы на три отряда: «лоб и рога быка». «Лоб», прикрываясь большими щитами, атаковал неприятеля и выводил из строя его шеренгу, пока она расходовала свои дротики. В это время «рога» окружали противника и атаковали его с тыла, блокируя путь к отступлению. Происходило жестокое побоище.

Так Чака последовательно победил все кланы нгони, расположенные от его владений до Индийского океана. Населением этих кланов очень быстро овладел ужас; оставшиеся в живых воины бежали на запад вместе с женщинами, стариками, детьми и стадами. Чака догонял и уничтожал взрослых. Молодежь он брал в плен и распределял по своим полкам.

Буры, не поладившие с Чакой, называли его «африканским Наполеоном…»^[34].

У Чаки появились подражатели. Первым был Маникусе. В 1819 году он опустошил все побережье португальского Мозамбика. В 1966 году в эстуарии Сави я видел следы его набега на Мамбоне. Преследуемый зулусским вождем, Маникусе разбил его и основал свою собственную империю — Батуд, которую только в 1895 году покорил Мозинью ди Альбукерки.